— Локи… — негромко произнесла я, упираясь похолодевшими ладонями в его широкую спину и оборачиваясь к богу огня, насколько позволяло моё неловкое положение. — Я умоляю тебя, будь осторожен… — отчего-то в ответ на мою просьбу Локи лишь запрокинул голову назад и надменно рассмеялся, после чего тяжело обрушился в постель вместе со мной, снова причиняя мне немалые неудобства. Он лежал на спине, притянув меня к себе, и смотрел на покорную жену томным жадным взглядом, слегка приоткрыв губы. Грудь его часто нетерпеливо вздымалась.
— Нам с тобой будет очень весело этой ночью, Сигюн, — двусмысленно улыбнувшись, вполголоса поведал повелитель. Локи пугал меня. Казалось, он был беспечен и нежен, но что-то недоброе читалось на его мужественном лице, затаилось в глубине одурманенного взгляда. Его чувственные губы неожиданно коснулись моего лица, заставляя вернуться из задумчивости. — Что же ты такая неласковая сегодня, моя лунноликая госпожа? — расслышав в тихом дрогнувшем голосе укор, я неуверенно улыбнулась, убрала непослушную медную прядь с его лица, игриво провела кончиками пальцев по чуть колючей щеке. Несмотря на сильное волнение, я не могла противостоять его влиянию, когда страстный ас смотрел на меня с таким нескрываемым вожделением, когда дышал так глубоко и шумно, а затем проводил острым кончиком языка по призывно улыбающимся губам. Прикрыв глаза, я покрывала его шею жаркими чувственными поцелуями, чередуя их с мягкими озорными укусами, гладила и расслабляла широкие сильные плечи, запускала пальцы в блестящие огненно-рыжие волосы…
Спустя несколько восхитительных мгновений, я вдруг осознала, что мне чего-то не хватает. Обычно такой решительный и деятельный бог огня в тот вечер совсем не отзывался мне. Приподнявшись на одной руке и заглянув в лицо супруга, я с удивлением обнаружила… Что он спит. Откинув голову на подушки, непредсказуемый ас спал мертвецким сном, сладко при этом посапывая. В тот миг я оказалась этим так поражена, что в полном смятении отстранилась, села в постели и неуверенно потрясла мужа за плечо. Повелитель действительно крепко спал, моментально провалившись в сон, и, казалась, никакая сила не сумела бы прервать его сладостное забвение. Я усмехнулась и покачала головой, поцеловала буйного аса в лоб. Воистину от Локи можно было ожидать чего угодно, но чтобы такое… Я даже не знала, радоваться мне или огорчаться.
Я прошлась по своим покоям в одну сторону и в другую, а затем тихонько рассмеялась. Видимо, пир у Фрейи удался на славу. Может быть, мне оно было только на пользу: я не уверена, что сильно пьяный и разгорячённый супруг сумел бы удержать себя в руках и не навредить ребёнку. Выходит, всё разрешилось лучшим образом для нас троих. Преисполнившись любви и умиления, я вернулась к спящему повелителю, бережно стянула с него сапоги и пояс, не желая призывать прислугу, сняла рубашку…
Что-то сверкнуло у него за пазухой так призывно в жарких отсветах пламени, что на миг озадачило меня, ввергло в совершеннейшую растерянность. Я не сразу поняла, что в родном облике вдруг сильно взволновало меня, но уже спустя мгновение обомлела от ужаса: под одеждами стройный стан Локи опоясывали струящиеся золотистые волосы! Гладкая волна густых и блестящих светлых волос трижды охватывала его тело, переливаясь подобно драгоценному янтарю.
В страхе отшатнувшись и поражённо раскрыв губы, я едва не упала с постели, не нащупав ладонью точку опоры. О милостивое провидение, только одной женщине могли принадлежать эти великолепные белокурые волосы, более того — асинье, богине, жене верховного бога, старшего сына Одина! Какой позор, какое бесчестье для неё, какая страшная беда и напасть для меня и родного чертога! Я судорожно вздохнула и схватилась за грудь, неожиданно пронзённую острой болью, вынудившей меня согнуться пополам. Сердце тревожно сжалось, вырывая из горла воздух, в глазах на минуту потемнело от волнения. В тот же миг кровь ударила в голову, ненадолго оглушив меня, после чего тело бросило в жар. Раскрыв губы, я тяжело дышала, стараясь не лишиться чувств.
Уняв первый бессознательный порыв, я перевела взгляд усталых печальных глаз на мужа. Локи всё так же безмятежно спал, и красивое лицо его было обманчиво невинно. Мне казалось, я готова убить его, удушить своими же руками, если бы только хватило силы, но я едва могла полноценно вздохнуть. Сердце в груди билось, как сумасшедшее, мысли лихорадочно метались в голове. Я понимала только одно: мы в большой беде. Что бы ни произошло и что бы Локи ни задумал, это совершенно точно обернётся для нас страшной бедой. В отчаянии я снова попыталась разбудить каверзного аса, похлопала его по щекам, но сморённый крепкой брагой супруг даже не шелохнулся. Не знаю, на что я рассчитывала, как надеялась призвать сонного и злого мужа к ответу. Моё счастье, что только протяжный звук Гьяллархорна сумел бы поднять его в ту ночь.
Сдавшись, я не без труда сумела вытащить красивые белокурые волосы из-под крепкого и тяжёлого тела бога обмана, после чего бережно собрала их воедино дрожащими руками, стараясь не пропустить ни волоска. Никто не должен был увидеть этот зловещий трофей, раньше времени узнать о страшном проступке, и я крепко задумалась, куда же могу спрятать драгоценную ношу своего злокозненного супруга. В замешательстве я бросилась сначала в один край своих покоев, затем в другой и, в конце концов, не придумала ничего лучше, чем уложить бесконечно длинные волосы на дно одного из сундуков, скрыв их под своими нарядами до наступления утра. Руки мои ходили ходуном, словно в произошедшем была и моя вина. Всё это было бессовестно и неправильно, но голова горела, и я решительно не понимала, как должна была поступить. Мною двигало одно-единственное желание: защитить любимого аса хотя бы на время.
Завершив своё недоброе дело, я заботливо укрыла супруга и окинула взглядом покои. Всё было, как прежде, ничто не выдавало опасную тайну, невольной пленницей которой я была вынуждена стать, и всё же моё сердце не унималось, голова предательски кружилась. С трудом осознав, что я уже совсем сама не своя, я решила выйти подышать и, тихонько приоткрыв двери на веранду, выскользнула наружу. Прохладный ночной воздух бодрил и вселял ясность мыслей. И хотя мне по-прежнему было совершенно непонятно, что же происходит и что могло подвигнуть Локи на такой подлый поступок, я, по крайней мере, сумела вернуть хотя бы частицу обычного самообладания. Прошло ещё несколько мучительно долгих минут, прежде чем я ощутила уверенность, что не совершу ошибок и не наделаю глупостей, если позволю себе покинуть покои.
Я вернулась в чертог, тихо прошла мимо спящего супруга и, выглянув из дверей, велела позвать Рагну. Через некоторое время мы снова встретились с исполнительной служанкой на веранде. Я стояла, облокотившись на каменное заграждение, и, глядя в глубины ясного звёздного неба, обдумывала, что буду делать дальше. Несомненно, нужно было осторожно выманить у Локи мотивы его поступков, если только он проснётся в благоприятном расположении духа, а потом… Я не знала, могу ли положиться на своего повелителя. Каждый раз, как только я осмеливалась довериться ему, бог лукавства умудрялся подставить меня и себя под удар. Он был неисправим. Такова, видно, его суть и моя несчастная судьба. Не для нас покой создан, ох, не для нас…
— Слушай меня очень внимательно, Рагна, — наконец, негромко выдохнула я, обращаясь к девушке, которая с почтением дожидалась, пока я сама решу заговорить с ней. Покорно склонив голову, сообразительная служанка приблизилась ко мне, навострила уши. — Со дня на день Тор-громовержец вернётся в Асгард из Йотунхейма. И сразу же после своего чертога явится в наш — без приглашения и предупреждения. Так вот, я желаю, чтобы никто из стражников не вставал у него на пути. Предупреди Хакана и всех, кого понадобится: пусть все с должным уважением и смирением расступаются перед Хлориди, встретят его ласково, как долгожданного гостя. Выбери миловидную и хитрую девушку, пусть тотчас поднесёт ему кубок лучшего мёда, отвлечёт и смягчит. После ведите его к повелителю, если он будет в чертоге. А ты быстро обо всём сообщишь мне. Если в тот миг мы с Локи будем вместе, веди к обоим. Если бога огня не будет в палатах, приведёшь ко мне, но тогда пусть лучшие из воинов Хакана и он сам сопровождают Аса-Тора ко мне. Ясно тебе?