Только здесь был единственный большой материк и тысячи островов, цепочкой бус протянувшихся поперек гигантского океана. От смешения родного и чужого голова шла кругом.
— «Росинант», — передал им «Эдвард Израэль», — почему взяли нас на прицел?
— Ох… — Холден похлопал по панели связи, нащупал нужный канал. — Нет, «Израэль», это стандартная процедура ориентации. Не беспокойтесь.
— Принято, — без особого доверия ответил голос с «Израэля».
Холден переключился на внутреннюю связь:
— Алекс, не тычь в медведя прутиком.
— Понял, капитан, — с подчеркнутым ковбойским акцентом протянул Алекс и хихикнул: — Просто дал им знать, что в городе новый шериф.
— Прекрати. Оставь нам час для последней проверки и садись в грязь.
— О’кей, — усмехнулся Алекс. — Давненько я на таких не садился.
— Будут сложности?
— Никаких.
Холден выбрался из командирского кресла и поплыл к трапу. Через несколько минут он оказался на шлюзовой палубе, рядом с Амосом. Механик разложил два комплекта боевых скафандров марсианского изготовления, набор винтовок и дробовиков, боеприпасы и взрывчатку.
— Это что такое? — удивился Холден.
— Ты велел собрать вещи для высадки.
— Я имел в виду смену белья и зубную щетку.
— Капитан, — сдерживая раздражение, заговорил Амос, — они там убивают друг друга. Полдюжины безопасников РЧЭ растворились в воздухе, тяжелый челнок рванул на посадке…
— Да, и наше дело — не усугублять положения. Убери эту пакость. Только личное оружие. Собери для нас одежду и все такое и еще запас медикаментов для колонии. И все.
— Потом, — предупредил Амос, — когда ты пожалеешь, что все это оставил, я буду беспощаден в насмешках. А потом мы все умрем.
Холден хотел огрызнуться, но остановил себя. Что вообще хоть когда-нибудь шло по его плану?
— Хорошо, на каждого по винтовке, но разобранными и в ранцах. Чтоб не на виду. И легкие бронежилеты. Только то, что можно скрыть под одеждой.
— Капитан, — с насмешливым изумлением произнес Амос, — неужто ты способен чему-то научиться? Ты действуешь по-новому?
— Почему я тебя терплю?
— Потому, — объяснил Амос, разбирая на составные части пехотную винтовку, — что я единственный на этом корабле способен наладить кофеварку.
— Я пошел за сменой белья и зубной щеткой.
Последним тормозным выхлопом «Росинант» наверняка осветил ночное небо над Илосом. Приземляясь на поле рядом с барачным городком колонистов, он взметнул километровую тучу пыли, а от грохота не только в поселке, но и дальше должны были задрожать все окна.
Поэтому Холден был удивлен и немного разочарован, обнаружив, что их никто не встречает.
Разве он — не посредник от АВП и Земли, избранный ооновской шишкой Крисьен Авасаралой и Фредом Джонсоном — главой АВП, если у АВП был глава, — для наблюдения за ходом переговоров? В других местах его бы удостоили встречающей делегации во главе с губернатором планеты и, возможно, оркестром. «Да хотя бы подвезли до поселка», — подумал Холден.
Взвалив на плечи два тяжелых мешка, он зашагал пешком. Амос тащил три. Третий назывался «на случай, если дерьмо попрет». Холден от души надеялся, что открывать его не придется.
Отойдя на достаточное расстояние, Холден дал знак Алексу, и «Росинант», снова взметнув тучу пыли, взлетел.
— Знаешь, — небрежно заметил Амос, — когда садишься так далеко, чтобы не пылить на местных жителей, а те даже карт за тобой не посылают, это выглядит как неблагодарность.
— Да, я и сам немного обижен. В следующий раз скажу Алексу, чтоб сел прямо посреди площади.
Амос кивнул на массивные строения инопланетян, поднимавшиеся вдалеке. Выглядели они как две перевитые между собой стеклянные башни — или стволы двух деревьев, выросших слишком тесно.
— А вот и оно.
Холден не нашел что ответить. Одно дело — читать в рапортах колонистов о «чужих руинах», и совсем другое — самому увидеть гигантские конструкции иной расы, возвышающиеся над планетой. Сколько им лет? Пара миллиардов, если верить Миллеру. По его словам, изготовители протомолекулы исчезли примерно тогда. Продержится ли так долго что-нибудь из построенного людьми?
— Безопасники с «Израэля» считают, что именно там перебили их ребят, — через несколько минут заметил Холден.
— Отлично, — отозвался Амос, не замедляя шага, — кого-то здесь уже убили. Так мы метим свой участок, сам понимаешь. Теперь планета официально принадлежит нам.
Если не замечать чужих башен — а не замечать их было трудно, — пейзаж напоминал юго-запад Северной Америки. Твердая как камень земля, чахлая поросль на ней. Мелкие зверьки шмыгали из-под ног. На несколько секунд Амоса и Холдена окружил рой мошкары, но когда несколько мошек, укусив и напившись крови, упали мертвыми, остальные, как видно, смекнули, что человек в пищу не годится, и разлетелись.
Сама колония выглядела трущобным городком. Пестрая смесь сборных домиков и развалюх, склепанных из кирпича и металлических обломков. Некоторые дома были глинобитными — видно, кто-то решил испытать и этот способ. Холден улыбнулся, подумав, что люди, преодолев пятьдесят тысяч световых лет, вернулись к технологии десятитысячелетней давности. Люди — очень странные существа, но в них есть свое обаяние.
В центре поселка собрался народ. Или, точнее, собрался на пересечении двух немощеных улиц. Около пятидесяти колонистов стояли против дюжины людей в униформе РЧЭ и орали друг на друга. Слов Холден разобрать не сумел.
Кто-то из крайних заметил, как новые гости вошли в поселок, и указал остальным. Спор затих, вся толпа обернулась к Холдену с Амосом. Холден бросил мешки и с улыбкой помахал рукой. Амос тоже улыбнулся, но при этом невзначай положил руку на рукоять пистолета.
Высокая коренастая женина немногим старше Холдена бросилась к нему и горячо пожала руку. Холден почти не сомневался, что перед ним Кэрол Чивеве, но, если это было так, она сильно переменилась с тех пор, как ее снимали для досье.
— Наконец-то! Скажите этим гориллам…
Она не успела договорить, а Холден — ответить, потому что криками разразилась вся толпа. Холден смог разобрать лишь обрывки требований: прогнать РЧЭ, дать еду, лекарства, деньги, позволить им спокойно продавать литий, подтвердить, что колония не имеет отношения к исчезновению безопасников…
Пока Холден пытался утихомирить толпу, к нему не спеша подошел человек в форме РЧЭ. Остальные выстроились широким клином, словно косяк гусей.
— Пожалуйста, перестаньте. Я выслушаю каждого и приму к сведенью все требования, когда мы устроимся. Но если вы будете вопить сейчас, мы ничего не…
— Шеф Мартри, — представился человек в форме, держась так, словно толпы не существовало. Он улыбнулся, протянув руку. — Возглавляю службу безопасности «Роял-Чартер-Энерджи».
Холден пожал ему руку.
— Джим Холден, общий посредник от ООН и АВП.
Толпа притихла и раздалась, образовав островок спокойствия с Холденом и Мартри в центре.
— Это ваши люди пропали? — продолжал Холден.
— Убиты, — с той же улыбкой поправил его Мартри. Холдену он напоминал акулу. Зубы, холодные черные глаза.
— Как я понял, это не доказано.
— Верно, они подчистили следы. Но я уверен.
— Пока уверен не буду я, никаких карательных акций, — сказал Холден и почувствовал, как Амос у него за плечом с безмолвной угрозой придвинулся ближе.
Улыбка Мартри не затрагивала глаз.
— Вы здесь босс.
— Посредник, — уточнил Холден, интонацией давая понять, что, с его точки зрения, это одно и то же.
Мартри кивнул и сплюнул в сторону.
— Конечно.
Словно прорвало плотину: народ снова надвинулся на них, какая-то высокая женщина протолкалась вперед и сунула Холдену ладонь с яростным требованием рукопожатия. Раз Мартри пожал руку, мне тоже пожимай!
— Кэрол Чивеве, координатор колонии, — сказала она, дважды встряхнув Холдену руку. Значит, первая была не она.
— Здравствуйте, мадам координатор, — начал Холден.