— Неплохо! — похвалил Питера Мастер, когда гуль окончательно умер. — Очень даже неплохо, но не расслабляйся, ты еще не довел дело до конца.

Пять минут спустя Питер довел дело до конца, после чего спустился вниз, прикрыв за собой люк на чердак. Двух оставшихся гулей он победил легко. Просто воспользовался их медлительностью, чтобы зайти со спины и перерубить позвоночник в области шеи. Этого оказалось вполне достаточно.

Прежде чем покинуть злополучный чердак, Питер ненадолго задержался, чтобы размотать ткань, которой было обернуто тело одного из гулей. Увиденное повергло его в сильный шок, от которого мальчик еще долго не мог отойти.

Под густо намотанными тряпками скрывалось прикрытое истлевшей от времени одеждой тело. Усохшая кожа была испещрена надписями на незнакомом языке — кто-то изрезал весь труп, прежде чем обернуть его в тряпки.

Руки Питера были по локоть запачканы в крови. Больше всего на свете ему хотелось выйти на улицу, под мощные струи дождя, чтобы смыть с себя всю эту кровь и грязь. Однако сотрясающие дом порывы ветра просто унесли бы его прочь, так что от этой идеи Питер отказался.

Тем не менее, ждать пока гроза утихнет, он не желал. На кухне он нашел большое деревянное корыто, которое раньше наверняка использовали для стирки, и подставил его под струйку воды, льющуюся из дыры в потолке. Когда корыто наполнилось, Питер опустил в него руки по локоть и стал яростно тереть их друг о друга.

Кое-как отмывшись, Питер отправился обследовать дом. На сей раз он был собран и осторожен. Держа нож перед собой, он осмотрел каждую комнату, каждый уголок. Завершив осмотр и не обнаружив в доме больше ни живых, ни мертвых, мальчик снова улегся спать.

Несмотря на сильную усталость, сон больше не шел к Питеру. Стоило ему закрыть глаза, как перед мысленным взором вставали страшные лица гулей, тянущиеся к нему свои безобразные руки.

Люди, это были люди, и он их убил!

Питер подбадривал себя тем, что у него не было иного выхода, кроме как убить этих несчастных тварей, некогда мысливших, как и он сам. Более того, он сумел убедить себя в том, что, убив их, он сделал благое дело. Но, несмотря на это, в горле мальчика стоял ком, а на душе царила пустота.

Ночь тянулась невероятно долго. Питер то бодрствовал, то проваливался в неспокойный сон, полный тревожных видений. Такой отдых не только не прибавлял сил, но и напротив изматывал сильнее. Так что с рассветом Питер чувствовал себя не отдохнувшим, а уставшим и разбитым.

За ночь ветер отогнал грозу далеко от фермы, так что утро встретило Питера ласковыми лучами солнца. Быстро собрав пожитки, он допил остатки воды из фляги, съел кусочек черствого хлеба, найденный на самом дне сумки, и отправился в путь.

После ночного инцидента, он долго не разговаривал с Мастером, да и дух не горел желанием поболтать. Однако у Питера было немало вопросов, на которые он хотел бы получить ответы.

— Мастер, ты здесь? — позвал он, по привычке касаясь клинка.

— Глупый вопрос от глупого ребенка, — не слишком приветливо отозвался тот. — Где же мне еще быть, как не здесь?

Проигнорировав колкость, Питер спросил:

— Ночью ты назвал нападавших гулями. Но ведь это были люди!

— Когда-то были, — согласился Мастер и тут же прибавил: — Но очень-очень давно!

— Как это с ними произошло? То есть, как они стали гулями?

— Вообще-то для этого есть несколько способов, но здесь явно постарался некромант, — задумчиво ответил дух.

Некромант. Питер напряг память, пытаясь вспомнить, откуда ему знакомо это слово, и почти сразу же вспомнил.

— Некромант, это ведь маг, который оживляет мертвецов?

— Правильно. В нашем случае был не какой-нибудь любитель, а маг довольно высокого уровня! Можно сказать — профессионал.

— С чего ты взял? — спросил Питер, который решил выжать из разговорчивости Мастера как можно больше информации.

— Суди сам. Новичку хватит сил оживить труп на день, максимум на два. Некромант среднего уровня сможет поднять гуля уже на пару недель. Ну а этим был как минимум год.

— Ого! — искренне восхитился Питер. — А сколько вообще могут прожить гули?

— Это напрямую зависит от силы мага, который накладывает заклинание. Чем больше магической энергии он вложит в гуля, тем сильнее тот станет и дольше сможет существовать. Ну и, конечно, немаловажную роль играет свежесть трупа. Ведь заклинание не оживляет, поэтому тела продолжают гнить. Ты ведь заметил, что они плотно обмотаны тканью?

Питер кивнул, и Мастер продолжил:

— Так вот, некромант сделал это специально для того, чтобы тела гулей не начали разваливаться раньше срока. К тому же на ткань наносятся заклинания подпитки, которые могут долго держать гуля в форме.

— На коже гуля я видел символы…

— Это руны. Их наносят на кожу, чтобы тело не теряло гибкости и медленнее тлело.

— Тела двух гулей были высохшие, а одного рыхлым, — вспомнил Питер. — У второго не было рун? Или их воскрешали по-разному?

— Хех! А я смотрю у тебя появился интерес к этой теме! — поддел Питера Мастер. Мальчик покраснел, а довольный собой дух продолжил: — Как я уже говорил, есть разница в свежести трупа. Причем разница эта весьма существенна: дело идет буквально на секунды! Поэтому некоторые некроманты проводят большую часть обряда еще при жизни жертвы и убивают ее уже на самой последней стадии.

— Так ты хочешь сказать, что их…

— Да. Двух гулей готовили еще при жизни, поэтому они сохранились лучше. Третий, скорее всего, пролежал около часа.

— Но это же ужасно! — воскликнул Питер, представляя, как больно и страшно было тем несчастным. — Зачем кому-то понадобилось делать такое?

— Причины могут быть самыми разными, — пояснил Мастер. — Новичок вынужден убивать ради практики, ведь без нее он не получит опыта. Ну а для тех, кто уже достиг высшего уровня мастерства, это скорее забава.

Питер просто не поверил своим ушам.

— Забава? Что же, может быть, забавного в убийстве мирных людей?

— О! Поверь, если у тебя есть вкус, то убийство может стать настоящим весельем! Вот однажды мне попалась маленькая девочка, которая до жути боялась темноты и пауков. Так вот я целую неделю…

— Хватит! — оборвал Мастера Питер, который и сам мог оказаться на месте той несчастной девочки. Он догадывался, какая судьба ее постигла в той ужасной пещере, наедине с Мастером во всех его скелетообразных обличиях. — Ты омерзителен не меньше этого некроманта!

— Ну и не буду тогда рассказывать! — заявил Мастер, явно обидевшись на нежелание Питера слушать такую, как ему казалось, занимательную историю. — Не хочешь учиться, не надо!

— Учиться мучить и убивать? Да ни за что!

— Ты так говоришь, потому что не маг, — презрительно бросил дух. — Опыт для мага бесценен, а каким образом его получать — дело десятое.

Следующие полчаса прошли в молчании. Питер шел по дороге, не замечая ничего вокруг. Он раздумывал над словами Мастера. Ему начало казаться, что дух намекнул на возможность Питера самому стать магом, а вовсе не передачу своих садистских наклонностей.

С каждым шагом уверенность Питера росла. Но стоит ли спрашивать об этом Мастера? Вряд ли он станет отвечать на прямой вопрос. Однако спросить ведь можно и не прямо.

— Стать магом, наверное, чертовски сложно, — как бы невзначай бросил Питер. — Для этого нужно родиться с особым даром, не так ли?

Питер был уверен, что Мастера ответит утвердительно, но ошибся.

— Магом может стать любой, у кого есть хоть капелька внутренней энергии и желание учиться и развиваться.

Несмотря на отвращение к Мастеру, Питер страшно хотел, чтобы дух продолжал рассказывать ему о магии, и его последние слова не на шутку его зацепили.

«Магом может стать любой, у кого есть хоть немного энергии и желания учиться!» — мысленно повторил слова духа Питер.

Мальчик прислушался к своему организму и ощутил, как эта самая энергия буквально бурлит в нем! Что же касается желания учиться, то он никогда не испытывал в нем недостатка!