— Что ты делаешь? — удивился Питер, отталкивая от себя руку проводника.

— На тебе нет клейма, — Филь не обратил внимание на возмущение своего спутника. — Выходит, ты все же не раб.

— Я ведь сразу так и сказал, — буркнул Питер.

— Если ты не раб, то зачем согласился идти со мной?

Питер пожал плечами.

— А что мне остается делать? Если я не сделаю, как велел Гром, то не смогу вернуться назад.

— Ты и так не вернешься, — заявил Филь.

— Почему это не вернусь?

— Потому что из этой пещеры еще никто не возвращался!

Питер сглотнул, чтобы увлажнить внезапно пересохшее горло. О чем это таком говорит Филь? Не мог же Гром послать его на совсем уж гиблое дело! Должно быть этот деревенский парень просто насмехается над ним.

— Старьевщики сказали, что ты гик, — продолжил говорить Филь.

— Они называют меня так, — согласился Питер.

— А тебе известно, что это значит?

Питер отрицательно покачал головой.

— Гик — означает бесстрашный. Раньше так называли борцов с хворью, потому что она не пугала их. Но теперь так называют всех, кто отправляется на верную смерть. Проще говоря, гик — это смертник.

Питер уже слышал от Грома это слово. Хворь. Старьевщики иногда упоминали о ней, но всегда говорили об этом тихо и сжато, будто это какое-то табу. Кири при упоминании хвори всегда бледнел.

— Я не понимаю, — покачал головой Питер. — Что это за хворь такая?

Филь остановился и впервые посмотрел Питеру прямо в глаза.

— Ты не знаешь о хвори?

— Нет.

— Ты странный, — юноша возобновил движение, но продолжал искоса поглядывать на Питера. — Ты плохо говоришь, ты не знаешь о хвори. Откуда ты?

— Не отсюда, — уклончиво ответил Питер. — Издалека.

— Должно быть, ты очень далеко от дома, раз не знаешь таких простых вещей! Как ты здесь оказался?

— Сам хотел бы знать, — вздохнул Питер и попросил: — Расскажи мне, пожалуйста, об этой хвори.

Какое-то время Филь молчал, и Питер подумал, что он и вовсе не станет отвечать. Но затем проводник заговорил:

— Много лет назад, люди жили на этой земле очень густо. Было много городов и деревень, между ними велась торговля. Столица тогда находилась в «Черном городе», что расположен далеко на юге. Люди жили счастливо, сытно. Но однажды в порт «Черного города» вошел странный корабль. Он плыл без парусов, а корпус его был отлит из драгоценного металла. Говорят, что этот корабль приплыл из самого ада.

Филь замолчал, чтобы перевести дыхание, а Питер в нетерпении спросил:

— Что было дальше?

— Стражники взошли на борт, но не нашли там ни одной живой души.

— Все были мертвы?

— Нет, — Филь покачал головой, — просто корабль оказался пуст. Команда покинула его, если она вообще там была. Несколько дней спустя, все, кто побывал на борту корабля, заболели, а еще через пару дней стали умирать. Их все время рвало кровью, тела покрывались гнойными язвами, и уже через неделю после первых симптомов все они были мертвы. Ни лекарства, ни заговоры не сумели их спасти. Все, кто находился рядом с больными, тоже заражались. Болезнь передвигалась быстрее ветра, и вскоре весь город был охвачен ею. Страну еще можно было спасти, но король слишком поздно велел закрыть ворота. Те, кто успел бежать, унесли хворь с собой и разнесли ее по всему королевству.

— Это просто ужасно!

Питер был ошарашен рассказом Филя. Он наконец-то понял, почему в деревне было так много трупов, и почему старьевщики шарахались от него каждый раз, когда он выходил из очередного дома.

И тут Питеру стало по-настоящему страшно. Столько раз он брал в руки предметы, которые могли нести на себе смерть.

Чудо, что он все еще жив!

Слушая рассказ Филя, Питер и не заметил, как они подошли к холму. Местность вокруг него была скалистой, под ногами гулко стучал камень, который лишь слегка покрывал слой высохшей земли.

Проводник повел Питера в обход холма, но вскоре остановился рядом с небольшой дырой, которая больше напоминала кроличью нору, чем вход в пещеру.

— Мы на месте, — остановился возле дыры Филь. — Полезай!

Питер присел рядом с черным зевом, и ему показалось, что оттуда веет холодом.

— Там внизу тоже хворь? — спросил он. — Поэтому оттуда никто не возвращался?

— Нет. Хворь не умеет ходить, а то, что обитает внизу, может.

— Хочешь сказать, что там кто-то живет?

Питер с сомнением посмотрел в дыру. Неужели кто-то может жить в этой холодной и, наверняка, сырой пещере? Но напряженный взгляд Филя убедил Питера, что это не шутка.

— Каждые три месяца из села пропадает человек. Многие видели черную тень, которая волочила за собой тело. Следы всегда вели сюда. Некоторые смельчаки пытались спуститься вниз, но назад никто из них не вернулся.

— Значит, никто не смог его убить?

— Никто! — покачал головой Филь. — Отец говорит, что это и не человек вовсе, и не зверь, а злой дух или неупокоенная душа.

— Если взрослые, хорошо вооруженные мужчины не смогли ничего сделать, то чего ты ждешь от меня? — спросил Питер, которому совсем не хотелось спускаться в эту страшную пещеру.

— Ты гик, это твоя работа! — сурово ответил Филь, после чего безразличным тоном добавил: — Ну, а если ты не сможешь одолеть духа, то твоя смерть хотя бы на какое-то время утолит его голод.

От этих слов по спине Питера пробежала волна мурашек.

— Так ты привел меня сюда, как жертву?! — выкрикнул он. — Вы обманули Грома! Что он скажет, если узнает об этом?

Филь издевательски рассмеялся в ответ на слова Питера.

— Ты думаешь, он ничего не знает? — его губы изогнулись в жестокой улыбке. — Этим утром бородатый здоровяк сам пришел к моему отцу с предложением отправить тебя в пещеру духа! И, кстати, он уже получил свою оплату.

— Какую оплату? — пересохшими от волнения губами прошептал Питер.

— Молочного поросенка, — ответил Филь.

Вот значит, как… Без малого месяц Гром и Кири использовали Питера в своих целях, ежедневно подвергали его смертельной опасности, били, унижали, а теперь просто взяли и продали.

Один поросенок — вот во сколько Гром оценил его жизнь!

— Я не пойду, — сквозь зубы процедил Питер.

— Что, значит, не пойдешь? — нахмурился Филь. — За тебя уже уплачено!

— Я не раб! Я не продаюсь, понял?!

Питер развернулся и зашагал назад к лагерю. Он решил в лицо высказать Грому и Кири все, что о них думает. А потом пусть возвращают эту злополучную свинью или сами лезут в пещеру.

Сильный удар в спину застал Питера врасплох. Он упал на живот, а когда перевернулся на спину, над ним уже возвышался Филь. Лицо проводника было сурово, в руке он сжимал длинный каменный штык.

— Ты спустишься в пещеру, или же я убью тебя и скину вниз твой труп! — пообещал он.

По тону, которым это было сказано, Питер понял, что Филь не блефует. Точно так же, как и Гром с Кири, этот парень не ставил его жизнь ни во что. Откажись он повиноваться, и Филь с легкостью пронзит ему сердце.

Пока Питер раздумывал, потерявший терпение Филь наклонился к нему и замахнулся для удара.

— Не надо! — испуганно выкрикнул Питер, отстраняясь назад. — Не надо… я… я сделаю это.

Филь убрал оружие и презрительно ухмыльнулся:

— Так-то лучше!

Спуск не занял у Питера много времени. Филь обвязал его веревкой и принялся спускать вниз. Не прошло и минуты, как ноги мальчика коснулись дна пещеры. Отвязав веревку, он сложил руки рупором и крикнул:

— Я внизу!

Из-за изгибающейся формы колодца Питер не мог видеть ожидавшего наверху Филя, но отчетливо услышал его ответный крик: «Лови!», после чего вниз полетел зажженный факел. Несколько раз ударившись о стены, факел упал у самых ног Питера и при этом чуть не погас. Факел светил довольно слабо, но Филь обещал, что гореть он будет как минимум час.

Питер задумался. Подняться наверх без помощи Филя он не сможет, а тот обещал, что не станет его поднимать. Чтобы выбраться отсюда, придется идти в другой конец пещеры, где, по уверениям проводника, находится другой выход.