Солнце быстро садилось, словно стараясь поскорее передать власть над миром царству ночи, и когда последний его лучик одиноко блеснул из-за горизонта, вокруг лагеря заполыхали ночные костры.

Пираты уже давно устроились на ночь, кто на земле, кто в фургонах, и только Питер остался бодрствовать, обеспечивая остальным спокойный сон. Это было его второе дежурство в Пустоши, и он очень надеялся, что оно пройдет без происшествий.

Чтобы не уснуть, мальчик решил продолжить беседу с духом.

— Мастер, расскажи мне еще про Школу Света!

— Что именно тебя интересует? — тут же откликнулся дух.

— Ты сказал, что воинами света в основном становились нелюди. Тогда что там делал Гент?

— Не нелюди, а полулюди! — поправил Питера дух. — Ведь даже предки вампиров когда-то были людьми. Ну а Гента взяли для выполнения очень важной задачи!

— Он должен быть стать великим магом? — предположил Питер.

— Нет, он был двенадцатым!

— Двенадцатым?

— Да. По завершению обучения все ученики разбивались на команды по трое, и, если до нужного числа не хватало учеников, брали кого попало. Вот так и оказался Гент в Школе Света! Он был никем, просто номером двенадцать.

Сказать, что Питер был разочарован, значит, не сказать ничего. Когда Мастер открыл ему истинную суть Гента, показал его в момент трусости и слабости, даже тогда мальчик не переставал верить, что Гент обладал скрытой силой, неким незримым талантом, делавшим его уникальным! Но все оказалось намного проще. Гент не был ни сильным, ни умным, ни отважным, ни даже просто способным. Как и сказал Мастер — он был никем!

— Довольно о Генте! — решительно сказал Питер. — Расскажи лучше, почему так мало магии осталось в этом мире?

— Виновен в том все тот же Гент! — усмехнулся дух. — После создания королевства, он первым же указом сделал магию запрещенной наукой! Конечно, впоследствии этот закон отменили и даже создали гильдию магов. Но во времена Гента всех, кто изучал магическое ремесло или пытался его применять, объявляли преступниками! Я говорил тебе, что в те времена было много преступников? О, сколько же магической крови я выпил в те дивные годы!

— Но зачем ему было это делать? — спросил Питер, шокированный услышанным.

— Затем, чтобы никто впредь не мог призвать сильного духа, вроде меня! — самодовольно ответил Мастер.

— Так он пытался защитить королевство? — с надеждой спросил Питер.

— И королевство и себя лично. Ведь появись в мире маг, подчинивший себе более могущественного духа, нежели я, он смог бы свергнуть Гента, став новым королем Селиона!

Мнение Питера о Генте опустилось еще ниже, хотя до этого он был уверен, что оно уже достигло дна. Но нет! Пробив это самое дно, оно устремилось в доселе неизведанные глубины презрения.

Костры начали угасать, и Питер отправился по кругу, подбрасывая в них дрова. Попутно он продолжал общаться с Мастером.

— Много ли призвано духов, таких же сильных, как ты?

Мастер важно вышагивал рядом с мальчиком, сложив руки за спиной и выпятив внезапно появившийся у него живот. Его тело покрывала белая тога, отчего он походил на древнегреческого философа, прогуливающегося по своему саду.

— Этого я не знаю, — ответил дух. — Но думаю, что немного.

— А сколько вообще таких духов? Есть ли более сильные? Откуда вы беретесь?

— Как много вопросов! — хмыкнул Мастер. — Откуда берутся духи тебе знать еще рано, маленький слишком! Сильнее меня я духов не встречал, иначе мы бы с тобой сейчас не разговаривали. И вообще, что ты знаешь о потустороннем мире, мальчик?

Питер пожал плечами.

— Есть этот мир, а есть тот, — просто ответил он.

— Так я и думал, — вздохнул дух. — Ты совершенно ничего не знаешь!

— Ну так просвети меня!

— Я могу многое тебе рассказать, мальчик. Очень многое… за дополнительную жертву, разумеется! — алчно предложил Мастер. — Сейчас как раз все спят. Выбери одного и…

— Ну ж нет, — решительно заявил Питер. — Три месяца еще не прошло, у меня еще есть время!

— Тогда ничего я тебе рассказывать не буду, — обиженно сказал дух и пропал, оставляя Питера наедине с самим собой.

До конца своего дежурства Питер в одиночестве обходил костры, вглядываясь в ночь и размышляя об услышанном от Мастера. Когда время его дежурства подошло к концу, он уже буквально засыпал на ходу. Зевая во весь рот, он направился к палатке, которую предусмотрительно разбил на закате.

Все, чего сейчас хотелось Питеру — это забраться в нее и уснуть, но перед сном ему следовало разбудить следующего часового. Проблема заключалась в том, что Питер понятия не имел, кто этот следующий, поэтому прежде всего ему нужно было разбудить Ино.

Травница обычно спала в своем фургоне, но в этот раз решила воспользоваться палаткой Питера, чтобы, как она выразилась, «переночевать на свежем воздухе». Забравшись внутрь, мальчик стал осторожно трясти девушку, которая спала как убитая. Он мог бы трясти ее посильнее, но опасался, что спросонья травница ненароком полоснет его когтями.

— Чего тебе? — сонно спросила Ино после нескольких минут упорной тряски.

— Твое дежурство закончилось. Кто следующий?

Несмотря на то, что девушка смотрела прямо на Питера, мальчик был не вполне уверен, понимает ли травница, кто он и чего от нее хочет. Поэтому свои слова он повторил второй раз, а затем и третий.

— Ааа… да… следующий… — дошло на нее наконец. — Бык, кажется, называл мне имя этого сморчка… Кто же он?

Повисло минутное молчание. Питер буквально слышал, как медленно ворочаются шестеренки в ее сонной голове, но затем лицо девушки просветлело, и она радостно проговорила:

— Вспомнила! Это ты!

И травница вновь заснула, оставив злого, голодного и сонного Питера нести теперь уже свое дежурство. Когда мальчик вернулся к кострам, воздух пронзил оглушительный вой. Питер тяжело вздохнул.

— Мастер! Может хватит издеваться? Только тебя мне еще не хватало!

— Это не я, — ответил дух, появляясь перед мальчиком.

Питер и не думал ему верить, но в этот момент снова раздался вой, а затем ему вторил еще один и еще… Спустя минуту звучал уже целый хор, а из темноты на Питера таращились десятки красных, голодных глаз.

Ночь обещала быть долгой…

Конец первого тома.

Если книга вам понравилась, поставьте, пожалуйста, «лайк»!:)