Я мученически закрыла глаза.

— К тому же он хотел занять место ректора, которое пророчили Михаилу Векшину.

Я начала всхлипывать. Дима положил ладонь мне на плечо.

— Ниночка…

Я выпрямилась и, смахнув слезы, спросила:

— Моих родителей вычеркнут из списка неудачников?

— Конечно, — ответил ректор. — Они пали как герои. И им будут отданы все почести.

— Хорошо, — едва слышно произнесла я.

Убрав выбившуюся прядь волос за ушко, я повернулась к Диме.

— А кто напал на меня?

— Это личная охрана Фёдора Николаевича, — ответил за Диму ректор. — Слава богу, он не убил вас, а вернул домой.

— А почему? Сжалился? — с горечью усмехнулась я.

— Нет, конечно, — отмахнулся мужчина. — Он боялся только за свою карьеру. В его досье и так было много тёмных пятен.

— А почему ты так долго не приходил за мной? — я вновь обратилась к Диме.

На его лице заходили желваки. Дима отвёл глаза в сторону.

— Я, пожалуй, отвечу вместо стража, — сказал ректор.

Я посмотрела на Георгия Владленовича.

— Дима попытался выкрасть киавтуит, чтобы переместить вас в укромное место, но был обнаружен Фёдором Николаевичем. И… Между ними завязался бой.

Вздрогнув, я повернулась к Диме.

— Так вот откуда шрам…

— Их у него много, — с отеческой гордостью произнёс ректор. — Старый урод применил запретные боевые руны. Но, Дмитрий оказался не из робкого десятка.

Дима нахмурился.

— После того, когда преступник был уничтожен молодым стражем, в академию прибыла комиссия. Она длилась, пока вы были в Воронеже, — Георгий Владленович развёл руками.

— И что теперь? — спросила я.

— Теперь мы начнём с чистого листа, — ректор улыбнулся. — Вы продолжите обучение. Вы талантливые ребята, которые нужны стране.

Мы с Димой переглянулись.

— Мы можем идти? — поинтересовалась я у Георгия Владленовича.

— Да, конечно, — устало проговорил ректор. — Ваши прежние комнаты закреплены за вами.

Дима приблизился ко мне.

— Я тебя провожу?

— Конечно.

Попрощавшись с Георгием Владленовичем, мы вышли из кабинета.

Глава 34

Переглянувшись, мы направились к лифту. Коридор встретил нас тишиной. Только где-то вдалеке гудели лампы. Рука Димы лежала на моей талии. Я чувствовала его тепло сквозь ткань платья.

Он не убирал руку, пока мы не добрались до двери с номером тридцать шесть.

— Вот мы и на месте, — тихо сказал мой страж.

Я повернулась к нему и заглянула в глаза. Даже в полумраке я увидела, с какой нежностью он смотрит на меня.

— Дима…

Но он не дал мне договорить. Шагнул ко мне, прижал к стене и поцеловал. Его горячие губы были требовательными, настойчивыми. Руки скользнули по моей спине, притягивая ближе.

Отстранившись, выдохнул в мои губы:

— Безумно скучал…

Я обвила его шею руками, запустила пальцы в волосы и поцеловала. Его язык скользнул по моим губам и, рыкнув, Дима впился в губы страстным поцелуем.

Мы целовались долго. Мы просто не могли насытиться. Как будто пытались наверстать всё то время, что были врозь. Его руки блуждали по моей спине, спускались к талии, сжимали её.

Когда мы, наконец, оторвались друг от друга, я с трудом открыла глаза. Губы горели. Дыхание сбилось.

— Ниночка, я до одури скучал по тебе, — с придыханием прошептал он.

Затем прижался лбом к моему лбу.

— Утром я приду за тобой. Пойдём вместе в столовую.

— Хорошо.

Дима поцеловал меня в макушку и ушёл.

Я смотрела ему вслед, пока он не скрылся за углом.

Потом тихо открыла дверь и вошла в комнату.

Аглая спала, свернувшись калачиком, и тихо посапывала. Я не стала её будить. Взяла полотенце, чистую футболку и пошла в ванную.

Горячая вода смыла весь безумный день. Я долго стояла под струями, пока кожа не покраснела. Потом вытерлась махровым полотенцем, надела футболку и вышла из ванны.

Бросив быстрый взгляд в окно, пробормотала:

— Мама… Папа… Всё теперь будет хорошо.

Залезла под одеяло и уснула.

Проснулась я от радостного визга.

— А-а-а! Нина! Ты вернулась!

Я распахнула глаза и не успела даже сесть, как Аглая налетела на меня, обхватила руками и прижала к себе.

— Ты вернулась! — Радостно повторила она. — Я так волновалась! Я так нервничала! Так хотела снова встретиться!

— Я тоже… — я невольно улыбнулась, обнимая её в ответ.

Соседка отстранилась, и я увидела в её глазах выступившие слёзы.

— А нам сказали, что тебе стёрли память.

— Так и было, — я провела ладонью по её щеке, — но память вернули.

— А дар? — перейдя на шёпот, спросила Аглая.

— Не знаю… — я пожала плечами. — Ничего ещё не знаю

Соседка снова обняла меня.

— Тебе обязательно помогут, слышишь, Ниночка.

— Не сомневаюсь, — невесело усмехнулась я.

Аглая выпрямилась и, вытирая слёзы, сказала:

— Кстати, Паулину исключили.

— Да…? — удивлённо выдохнула я.

— Конечно, — хмыкнула соседка. — После всего, что она вытворила в академии… — она встала, достала из шкафа одежду и начала одеваться. — Её лишили дара и стёрли память.

— Жестко…

— Нет, — возразила Аглая. — Комиссия, которая приезжала, выяснила, что у неё столько нарушений, что хватило бы на два отряда.

— А что ещё комиссия выяснила? — поинтересовалась я.

— Много чего, — соседка протянула мне расчёску, — нам много не рассказывают. Узнаём всё из коротких фраз, которые услышим от медиков. — Аглая повернулась ко мне, — про Диму говорили, что он был между жизнью и смертью. Но наши медики смогли его спасти.

У меня внутри всё оборвалось.

— Что…?

— Этот старый козёл применил запретные боевые руны, — Аглая вложила расчёску мне в ладонь, — но, как оказалось, Дима отзеркалил его удары. И убил гада.

— Он был ранен… А я его упрекнула, что долго не приходил… — растерянно пробормотала я.

— Ты же не могла знать, — мягко сказала соседка. — Не терзай себя, Нина. Давай собираться на завтрак. Сегодня обещали творожную запеканку с манго.

— Если бы я знала… — я сокрушенно покачала головой.

— Нина, — Аглая села рядом. — Уже всё в прошлом. Нужно жить дальше и собираться в столовую.

Слабо улыбнувшись ей, я кивнула.

— Да, ты права, — я оглядела себя. — Надо одеваться.

— Вот! Молодец. Чего сидеть и думать о прошлом? — соседка встала и подошла к моему шкафу.

— У тебя, кстати, есть запасная форма, — произнесла она, распахнув дверцы.

— Замечательно.

Когда я надела синюю водолазку и бордовую юбку, во входную дверь постучали.

Я бросилась её открывать. На пороге стоял Дима.

— Прости… — шепнула я, кинувшись к нему на шею. — Я не знала… Прости.

Он обнял меня.

— Ты о чём?

— Ну как же… — я заглянула в его глаза. — Ты был ранен…

— Ой, — раздалось за спиной. — Я случайно проболталась.

Дима одарил Аглаю недовольным взглядом и, взяв меня за руку, потянул в коридор.

— Не обижайся на неё, — сказала я, когда мы были уже в лифте.

— Я не обижаюсь, — буркнул он. — Просто раздражён немного. Просил же её не говорить о моих ранениях.

— Чтобы я не волновалась? — я уткнулась лбом в его плечо.

— Да.

— Дима… — я подняла голову.

— Что? — он повернулся ко мне

— Можно, — тихо произнесла я.

Он свёл брови на переносице, а, когда догадался, широко улыбнулся и поцеловал меня.

Когда лифт дёрнулся и остановился, Дима нехотя выпустил меня из своих объятий.

— Позже продолжим… — с хрипотцой выдохнул он.

Глава 35

В столовой было многолюдно. Большая часть студентов сидели за столами, а человек двадцать стояли около раздаточного стола.

Мы взяли подносы и встали в очередь. Я взяла овсяную кашу и кофе. Дима — омлет, сосиски, овощной салат, печенье и капучино.

Сели за свободный стол у окна.