— Ну ладно, — буркнула и, развернувшись, зашагала к двери.

— Ты не прочла записку! — взвыл призрак.

Остановившись на пороге, повернулась и сказала:

— Сначала проверю твои слова.

Закрыв за собой дверь, спешно направилась к лифту. Сердце колотилось где-то в горле. До меня доносилось жуткое завывание обитателя библиотеки. Он явно негодовал и что-то рушил в помещении.

Я не намерена была его обманывать. Обещанное, конечно же, выполню, но лишь когда удостоверюсь в правдивости его подсказки.

Доверять никому я не собиралась. Особенно здесь.

Войдя в комнату, легла на кровать и закрыла глаза. Аглая спала. Она даже не пошевелилась.

Я лежала, обдумывая свои дальнейшие действия. В голове кружились мысли о журнале, о родителях, о ректоре, о призраке…

Завтра будет сложный день.

Глава 21

Я проснулась ещё до будильника. В голове всплыло всё: библиотека, призрак, журнал, кабинет ректора.

Зажмурившись, я перевернулась на другой бок. На мгновение меня сковал страх и сомнение.

Судорожно вздохнув, я открыла глаза и, опершись на руку, села на кровати.

Аглая ещё спала, свернувшись калачиком под одеялом, и тихо посапывала.

Я встала, взяла полотенце и пошла в душ. Горячая вода смыла остатки сна, но не тревожные мысли.

Выйдя из душа, вытерлась и надела форму академии, которую мне любезно предоставил комендант. Мне нужно было слиться с остальными студентками. Я посмотрела на себя в зеркало. Бледная, с тёмными кругами под глазами. Ночные похождения не прошли бесследно. Порадовало то, как идеально на мне смотрелась синяя водолазка и бордовая клетчатая юбка. Ткань облегала грудь. А коротенькая юбочка обнажала стройные ноги.

— Ты уже встала? — раздался сонный голос соседки.

Я обернулась. Она уже сидела на кровати, протирая глаза.

— Я не буду тебя дожидаться, хорошо?

Аглая оглядела меня с ног до головы.

— Ого… Ты решила «добить» Паулинку? — усмехнулась соседка.

— Ты о чём? — недоумённо поинтересовалась я.

— Так… Про это… — она кивнула в мою сторону.

— Это ваша форма же? — я повернулась к зеркалу. — Что не так?

— Ну да… Наша форма, — Аглая зевнула. — Но ты в ней слишком шикарно смотришься.

— Переживёт, — буркнула я и направилась к двери. — Я буду в столовой, присоединяйся.

Я зашагала по коридору. Студенты, которые мне встречались, шли по своим делам. Кто-то с книгой, кто-то с чашкой кофе. Никто не обращал на меня внимания.

Я спустилась на первый этаж и вошла в столовую. Утренний свет заливал помещение. В воздухе витал запах свежего хлеба и ароматного кофе. Студенты сидели за столами, ели, разговаривали, смеялись. Кто-то читал книгу, кто-то о чём-то спорил с собеседником, кто-то просто смотрел в окно.

Я невольно скользнула взглядом по залу. Паулина сидела за столом, окружённая свитой, состоящей из пяти девушек. Моя соперница подняла голову, и наши взгляды встретились. Она скривилась, будто увидела мерзкую букашку и демонстративно отвернулась.

Почувствовав на себе шквал чужих эмоций, я, вспомнив проштудированные учебники, выставила щит. Это мне далось легко. Удовлетворённо улыбнувшись, взяла чашку кофе и два овсяных печенья.

Я села за стол и поднесла ароматный напиток ко рту.

— М-м-м, — вдохнув, блаженно прикрыла глаза.

Пила я свой кофе в уединении. Видимо, никто не желал присоединяться ко мне, боясь гнева Паулины.

Ну что ж… Мне не привыкать к одиночеству.

Чуть погодя, в столовую вошла Аглая. Она наставила на поднос то, чем планировала позавтракать, и приблизилась ко мне.

— Люблю омлет и сладкий чай с лимоном, — проворковала она, садясь напротив. — Икорка особенно хороша.

Моих губ коснулась едва заметная улыбка. И, когда соседка начала есть, я, без прелюдий, начала её расспрашивать:

— Аглая, расскажи мне о ректоре.

— О Фёдоре Николаевиче? — она удивлённо подняла бровь. — А что именно?

— О его работе… Как часто он покидает академию? Куда он перемещается? Как надолго?

Соседка замерла и вперила на меня пристальный взгляд.

— Нина, зачем тебе это?

— Просто интересно, — я пожала плечами. — Пытаюсь освоиться здесь. Для этого задаю безобидные вопросы…

— Ну… Если тебе интересно… — с сомнением протянула Аглая. — Хорошо. Расскажу, что знаю.

Из её сбивчивого рассказа я выяснила, что он покидает академию каждые выходные. Возвращается в понедельник и устраивает собрание, на котором выслушивает доклад коменданта и педагогов.

Преподаёт стражам четыре урока в неделю. В остальные часы сидит в своём кабинете. Безвылазно.

Выругавшись, я задумчиво закусила губу.

— Ты чего? — изумлённо отпрянула соседка.

— Да… Ничего, — я улыбнулась как можно беззаботнее. — Что ещё расскажешь?

Аглая продолжила:

— Когда он отсутствует, все вопросы решает Таца Икомавна. Да и когда он на месте, она тоже всё решает, — отмахнулась соседка. — Она составляет расписание, следит за соблюдением правил… Она милая, но с чудинкой.

— С чудинкой? — заинтересовалась я.

— Ага. Бывает, её «накрывает».

— Понятнее не стало, — я скрестила руки на груди.

— Она говорит что-то, но потом не помнит, что говорила, — Аглая отпила свой чай. — Она артефактор высшего уровня. Но, к сожалению, утратившая способность сшивать прорывы.

— Это как…?

— Насколько я знаю, — девушка посмотрела по сторонам и перешла на шепот, — у неё «кукуха поехала».

Я, нахмурившись, недоумённо уставилась на неё.

— Ну… Она с ума «спрыгнула», — дополнила соседка.

— О… А… разве с таким диагнозом можно работать в академии? — озадаченно поинтересовалась я, впечатлившись её пояснениями.

— Да, — беззаботно ответила Аглая и принялась поедать бутерброд с красной икрой.

Я вспомнила, что в одной из книг прочитала, что у артефакторов случается выгорание. И их больше не берут в экспедиции. Только вот упомянули это вскользь. А оказывается, это имеет такие последствия.

Вздохнув, я растерянно пробормотала:

— Перспективка…

— Фто? — пережевывая, спросила Аглая.

— Имя у неё редкое, говорю.

— А! Да… — отпив чай, соседка продолжила: — Как говорят, имя она сама взяла. Из древних книг каких-то. Это не простое имя, а защитное. Настоящее имя никто не знает.

Почувствовав, как внутри что-то сжалось, я подняла глаза и увидела Диму. Он вошёл в столовую и направился к столу раздачи. Даже не взглянув в мою сторону.

Я уткнулась в тарелку, стараясь не смотреть на него.

— Нина, что с тобой? — Аглая явно была встревожена моим состоянием.

— Всё нормально, — я заставила себя улыбнуться.

— Ты уверена?

— Да… У меня ещё есть вопросы.

— Задавай, — соседка откинулась на спинку стула.

— Те книги, что лежали на моём столе, — начала говорить я, — это всё? Или есть ещё, что я должна прочитать?

— Это базовые учебники, — ответила она. — Ты их все прочитала?

Я кивнула.

Аглая отложила недоеденный бутерброд на тарелку и уставилась на меня.

— Все? За одну ночь?

— Ну… да.

— Нина, — ошарашенно протянула она. — Это невозможно. Там же сложнейшие схемы, древние формулы, замудрённые правила. Я эти талмуды три месяца изучала.

— Как-то втянулась и прочитала, — я пожала плечами. — Просто я быстро читаю…

Аглая посмотрела на меня так, будто видела впервые.

— Ладно… — растерянно пробормотала она. — Если хочешь ещё что-нибудь почитать, то тебе нужно в учебную часть и попросить дополнительный список. Кстати, к Таце Икомавне обратись.

— А где её найти?

— Кабинет номер четыре, — соседка указала в сторону двери. — На втором этаже, в конце коридора.

— Поняла, — я поднялась со стула. — Тогда я пойду на поиски Таци Икомавны.

— Ага, — Аглая допила свой чай и тоже встала. — А я пойду пройдусь по саду, пока нежарко.

Улыбнувшись ей, я направилась к выходу из столовой, стараясь не смотреть в сторону Димы. И, пока я не скрылась за углом, чувствовала на спине его пристальный взгляд.