— Это просто картина. Я создала её. Я вложила душу. Я просто сегодня перенервничала.

Добравшись до дома, вошла в квартиру, рухнула на кровать и уснула.

Глава 31

Ближе к вечеру я проснулась.

За окном закат золотил дома и кроны деревьев. Я лежала на кровати, уставившись в потолок, и чувствовала себя выспавшейся, но пустой.

Я встала и побрела на кухню, чтобы вскипятить чайник.

Пока вода грелась, я взяла телефон и написала бабушке:

«Приветик. Диплом у меня. Я дома».

Отправила и тут же получила ответ:

«Умница моя! Горжусь тобой. Приеду, отметим тортиком».

Чайник закипел, я навела себе кофе и уставилась в окно. Соседи выгуливали своих собак. Несколько бабулек сидели на лавочке. Подростки, сбившись в стайку, стояли на детской площадке. Всё как обычно… Кроме мысли, что я что-то упускаю важное.

Последующие две недели прошли как в тумане. Я гуляла по Воронежу, смотрела на прохожих, делала зарисовки в скетчбуке.

Иногда доходила да Кольцовского сквера, садилась на скамью и смотрела на фонтан. Бесцельно прогуливалась по проспекту. Сидела за столиком уличного кафе и пила облепиховый чай.

Люди вокруг куда-то спешили. А я смотрела на них и чувствовала себя чужой.

Я будто смотрела документальный фильм, который всё никак не заканчивался.

Возвращаясь домой, готовила ужин и включала телевизор. Читала книги, но забывала о чём она, перелистнув страницу.

В один из таких дней, я, гуляя по центру, увидела афишу. На ней было написано, что завтра состоится городская ярмарка мастеров.

Что-то внутри меня отозвалось. И я решила посетить выставку ремесленников.

Проснувшись утром раньше обычного, надела длинный коралловый сарафан, надела балетки в тон, взяла сумочку и вышла из дома.

На площади уже толпились люди. Пахло свежей выпечкой и мёдом. В каждой палатке стояли столы, на которых были разложены украшения, деревянная посуда, керамика и сладости.

Я медленно пошла между рядами, любуясь представленным товаром.

Мастера стояли за прилавками и что-то объясняли покупателям. Кто-то плёл корзины, кто-то разрисовывал посуду, кто-то вырезал из дерева.

Остановившись около стола, на котором была выставлена посуда, взяла в руки глиняную кружку.

Пожилая женщина улыбнулась мне.

— Нравится? — спросила она.

— Очень. Она как будто светится изнутри.

— Это глазурь. Я её сама делаю.

— Красиво, — я провела пальцем по краю чашки. — А сколько стоит?

— Двести пятьдесят.

Я достала деньги из сумочки и положила на стол. Женщина протянула мне кружку.

— Пусть она долго тебя радует.

— Спасибо, — я улыбнулась ей и пошла дальше.

Увидев палатку с серебряными украшениями, остановилась и начала рассматривать подвески.

— У вас хороший вкус, — услышала я мужской голос и резко обернулась.

Рядом стоял высокий парень. Светлые волосы, насмешливый взгляд. На нём была простая светлая рубашка, тёмные джинсы. Ничего примечательного. Но вот шрам на виске… Привлёк моё внимание.

Я смотрела на него чуть дольше, чем следовало. Незнакомец перехватил мой взгляд и дотронулся до шрама пальцами.

— Эта отметина мне особенно дорога.

— Чем же? — удивилась я.

— Я получил её от умирающего врага.

— Вы опасный человек, — я слегка нахмурилась.

— Для вас — нет.

Я растерянно улыбнулась и вернулась к украшениям.

— Вы что-то присмотрели?

— Пока нет, — ответила я, не удостоив незнакомца взгляда.

— А я выбрал вот это, — он взял в руки серебряный браслет, усыпанный жёлтыми камнями. — Хочу подарить его одной особенной девушке.

Слегка поведя плечиком, я покосилась на выбранное им украшение. И мне оно безумно понравилось. Такое изящное. Жаль, я его не заметила первая.

— Думаю, ей понравится, — проговорила я, пряча разочарование.

Незнакомец тихо рассмеялся и, оплатив покупку, положил браслет в карман джинсов.

— Предлагаю отметить моё удачное приобретение.

— Вы о чём? — бросила я ему через плечо.

— Давайте выпьем кофе? — предложил парень.

Я открыла рот, чтобы отказаться, но, парень взял меня под локоть и повёл в сторону кофейни.

— Возражения не принимаются, — с лёгкой иронией произнёс он.

Парень купил кофе, и мы пошли на набережную. Поначалу шли молча, но потом он спросил:

— Как вы поживаете?

— Хорошо. Отдыхаю, — ответила я.

— Правильно, это, порой, тоже необходимо, — сказал незнакомец.

— А вы воронежский? — поинтересовалась я, бросив быстрый взгляд на его руки.

— Я проездом, — уголки его губ дёрнулись. — Вам нравятся мои руки?

Смутившись, я отвернулась и, сделав вид, что не расслышала его последней фразы, начала говорить:

— Ну, тогда устрою вам экспресс-экскурсию по центру Воронежа.

Мы пошли сквозь толпу, и я начала рассказывать ему о главных достопримечательностях города. Он слушал, не перебивая, одаривая меня грустной улыбкой.

Когда проходили мимо моих любимых кафешек, то обязательно заглядывали в каждую и ели.

Мы гуляли до вечера.

И, когда закат окрасил небо в розовые, тёмно-синие тона, мы сели на скамью, чтобы полюбоваться вечерним городом. Рядом расположились музыканты и начали настраивать аппаратуру.

— Я люблю смотреть на звёзды, — сказала я тихо, глядя на небо. — Но в последнее время стало грустно на них смотреть.

Незнакомец молчал.

— А ты? — я посмотрела на него.

— Не хотел бы ощущать подобное.

Зазвучала красивая мелодия. Парень повернулся ко мне и протянул руку.

— Потанцуем?

Я посмотрела на его ладонь, потом заглянула в глаза и увидела такую тоску. Захотелось поддержать незнакомца. Боже… Мы до сих пор не представились друг другу. Улыбнувшись, дотронулась рукой до его пальцев.

Мы поднялись со скамейки и сблизились. Его рука легла на мою талию. Я опустила ладонь на его плечо. И мы начали медленно раскачиваться под музыку. Я украдкой смотрела на него, и внутри что-то таяло.

Он наклонился и, замерев на мгновение около моего лица, коснулся губами моих.

Я отстранилась и возмущённо произнесла:

— Я не целуюсь с незнакомцами!

— А мы знакомы, Нина, — с усмешкой сказал он и сильнее прижал меня к себе.

— Откуда…? Откуда вы знаете моё имя? — Я распахнула глаза.

— Я, пожалуй, перейду на «ты», — проговорил парень и добавил: — ты мне сказала своё имя.

— Когда? — ахнула я и, сощурив глаза, поинтересовалась: — а можно узнать ваше имя?

Он с нежностью посмотрел на меня и, остановившись, сказал:

— Дима.

Моё сердце пропустило удар.

— Дима… — по слогам повторила я.

— Твоё подсознание помнит меня, — парень широко улыбнулся.

— А-а-а, что я ещё должна помнить? — сдавленным голосом спросила я, уставившись на него.

— Академию.

— Какую академию⁈ — я выпучила глаза.

— М. О. С. Т.

Я смотрела не Диму как на сумасшедшего. Он достал из-за пазухи жёлтый камень и обратился ко мне:

— Ты хочешь всё вспомнить?

Я нервно сглотнула.

— Пока тебя не было, в академии много чего произошло, — произнёс он и, вздохнув, продолжил: — новый ректор реабилитировал твоих родителей.

Я прижала ладони к груди.

— А они тут при чём? Мама и папа давно погибли.

Дима качнул головой и, устремив взгляд куда-то вдаль, сказал:

— Они были частью академии. Ты просто всё забыла.

Что-то в его словах меня зацепило. Что-то, что я не могла пока себе объяснить.

— Ниночка, не бойся меня, — с грустью произнёс парень. — Я не причиню тебе вреда.

— И я… Должна вот так просто поверить? — я опасливо смотрела на него.

— Давай переместимся в академию, и ты сама во всём убедишься, — предложил Дима.

— Переместимся? — недоверчиво протянула я.

Он потянул меня к большому дереву и, спрятавшись за широким стволом, прижал меня к себе.

— Держись, — прошептал он и сжал жёлтый камень в ладони.