Небольшой отряд закрутило в золотом вихре.

Когда всё стихло, отец сказал:

— Держимся вместе.

— Нам нужно как можно быстрее обнаружить разрыв, — взволнованно произнесла мама.

— Идёмте. Разрыв где-то рядом, — вымолвил хмурый парень.

Я в нём узнала ректора. Его лицо было непроницаемым. В глазах застыл холодный расчёт.

Участники экспедиции закивали и пошли в непроглядный туман.

Приглушённые звуки, доносившиеся из леса, искажались эхом. Моросил прохладный дождь. Туман становился гуще, плотнее.

Отряд шёл медленно, друг за другом. Впереди — отец, за ним мама, потом юноша, у которого на плече был вышит красный крест.

— Медик… — догадалась я.

За ним шёл плечистый мужчина и две девушки. Замыкал цепочку юный ректор.

— Смотрите, — вдруг произнёс Фёдор Николаевич. — Там у оврага. Вы видите зелёный свет?

Все обернулись. Я тоже увидела слабое свечение, пробивающееся сквозь туман. Оно пульсировало, как живое.

— Это признак прорыва, — смахнув с лица капли дождя, сказала девушка.

— Давайте, я и Зоя пойдём посмотрим, — предложил ректор.

— Разделяться нельзя, — покачал головой отец. — Вот-вот поднимется песчаная буря.

И действительно, ветер усилился. Туман начал клубиться и закручиваться в спирали. В воздухе появился запах мокрого песка.

— Нам нужно в укрытие, — произнёс широкоплечий парень. — Что-то неладное творится.

— Туда! — папа указал на тёмное пятно впереди. — Там ущелье. Переждём.

И они побежали. Сильный ветер бил в спины, песок забивался в глаза, в рот, в нос.

Даже я начала дышать с трудом.

Ущелье оказалось узким, мрачным, но в нём можно было спрятаться от ветра. Отряд ввалился туда, отплёвываясь от песка.

— Я пойду на разведку, — проговорил отец отдышавшись. — Обойду близлежащую территорию и вернусь.

— Я с тобой, — мама схватила его за руку.

— Нет. Останься.

Он поцеловал её и растворился в тумане.

Глава 25

Прошло минут десять. Папа всё не возвращался.

— Я выйду… Осмотрюсь, — ректор встал с большого камня, на котором сидел и ушёл.

Примерно через несколько минут, раздались пронзительные крики и вспышки света от использования боевых рун.

Мама вскочила.

— Там что-то происходит! — закричала она.

Она бросилась к выходу, но медик схватил её за руку.

— Нельзя. Мы не знаем, что там.

— Зоя, останься! — выкрикнула брюнетка.

— Давай дождёмся Мишу и Федю! — сказала вторая.

— Алла, Оксана, а если им нужна помощь⁈ — прокричала мама.

И в этот момент из тумана вышел ректор. Его лицо было бледным, одежда порвана.

— Мишку затянуло в разрыв, — глядя себе под ноги, произнёс он. — Я пытался его вытащить… Но не смог.

Мама замерла. Я почувствовала её боль и отчаяние.

— Что? — выдохнула она. — Как⁈ Он же лучший страж! Не может быть…

— Тьма затянула его, — перебил её Фёдор Николаевич. — Это случилось быстро. Я ничего не смог сделать.

Все замолчали. В ущелье стало тихо.

— Веди нас, — велела ему мама. — Покажи, где это случилось.

Ректор метнул на неё испуганный взгляд, но, обречённо кивнув, вышел из укрытия. Все последовали за ним.

У большого валуна, покрытого мхом, он остановился.

— Здесь, — сказал он.

Мама опустилась на колени. Я видела, как её дрожащие пальцы касаются земли, ища энергетические следы. Но она находит лишь капли крови и лоскуты ткани.

— Он погиб, Зоечка, — едва слышно произнесла Алла.

Мама не плакала. Она смотрела на капли крови и молчала. А потом подняла глаза на ректора.

— Зоя, я сам в шоке, — губы ректора искривились, — такой опытный страж, а позволил тьме утащить себя. Позор…

Мама вскочила. Её лицо было искажено яростью.

— Не смей! — выкрикнула она. — Не смей так говорить о Мише!

Она закрыла лицо руками и разрыдалась.

— Хватит, — бросил Фёдор Николаевич. — Я беру командование отрядом на себя. Идём к разрыву.

— А как мы вернёмся? — поинтересовалась Оксана. — Камень же… утерян…

— Вернёмся, — ректор достал из кармана куртки киавтуит. — Михаил успел его кинуть мне.

— Фух… — Алла с облегчением вздохнула.

Оксана подошла к маме и приобняла её.

— Пойдём… — тихо проговорила она.

Они дошли до края леса и остановились. Перед ними зияла дыра. Это был огромный разрыв. Неровный овал висел в воздухе, как открытая рана. Из него вылетали чёрные всполохи. Это была живая, голодная тьма. Она тянулась к ним и хватала всё, до чего могла дотянуться, и тащила к себе.

— Артефакторы, сшивайте! — крикнул девушкам Фёдор Николаевич и, повернувшись к парням, сказал: — бейте в центр!

Мама, Алла и Оксана встали рядом и, проговаривая заклинание, начали накидывать энергетическую сеть на разрыв.

Я видела, как из их пальцев вырывались золотые нити и скручивались в кружевное плетение.

Стражи встали чуть ближе к разрыву и начали закидывать в неё боевые руны, чтобы сбавить силу тьмы. Медик стоял позади, готовый в любой момент броситься на помощь.

Тьма не сдавалась. Она тянулась к артефакторам, пытаясь разорвать плетение. Одновременно била по стражам. Она была везде.

Я слышала, как завывала чёрная сущность, слышала, как она визжала, когда в неё попадали руны.

Я не ощущала страх. Я ощущала опустошение. Это было жутко. Безнадёжно…

Я увидела, как от напряжения дрожат руки мамы. Видела, как из последних сил пытаются устоять на ногах Алла и Оксана, как напряжены стражи.

И вдруг меня ослепила вспышка. Разрыв закрылся. Тьма исчезла.

— Победа… — прошептала Алла.

Оксана оглядела отряд и недоумённо сказала:

— А где Зоя?

— Она ушла во тьму, — процедил Фёдор Николаевич. — Ушла за мужем.

Алла начала всхлипывать. Оксана её обняла.

Парни подошли к ним.

— Домой, — устало сказал широкоплечий страж.

Ректор поднёс киавтуит к губам и что-то пробормотал.

Когда они вернулись в академию, Фёдор Николаевич сказал:

— Занесём всё произошедшее в журнал и забудем.

…

Меня вырвало из видения. Я, тяжело дыша, смотрела на журнал.

Что-то было не так. Моя интуиция подсказывала, что фразы были неполными. Как будто кто-то прошёлся по страницам и стёр некоторые места. Вырвали куски памяти. Убрали то, что не должно было быть прочитано.

И кто может всё объяснить?

— Призрак… — предположила я.

Я спрятала журнал под матрас и вышла из комнаты. Я почти бежала по коридору, не обращая внимание на студентов. Вбежав в лифт, нажала на первый этаж.

Оказавшись около двери в библиотеку, я перевела дыхание и вошла в книгохранилище.

— Мне нужна помощь!

Тишина.

— Я знаю, что ты здесь! — выкрикнула я.

И тогда в дальнем углу что-то упало.

Глава 26

Кто-то невидимый провёл ледяной рукой по затылку. Вздрогнув, обняла себя за плечи. Меня передёрнуло от холода.

— Я нашла журнал. Он, действительно, был в кабинете ректора, — сказала я, понизив голос до шёпота.

— У-у-у, — с усмешкой протянул призрак. — Смышлёная какая.

— Скажи, — я шагнула вперёд, вглядываясь в темноту, — кто-то мог стереть информацию в нём? Изменить что-то?

После непродолжительной паузы голос с обидой произнёс:

— Не скажу.

Цокнув языком, начала говорить:

— Послушай, прошу тебя, скажи. Это важно.

Ледяное дыхание коснулось моего уха. Я вздрогнула, но не отшатнулась. Привидение было совсем рядом.

— Не прочитала записку, — с укоризной прошептало оно.

— Да… Прости, — я искренне извинилась. — Я забыла, — я огляделась. — Где она?

Позади раздался глухой звук. Я повернулась и подошла к лежащей на полу книге. Приглядевшись, увидела уже знакомый лист бумаги.

Я подняла его и развернула.

— Читай… — прошипел призрак.

— Ты прям как змей искуситель, — усмехнулась я и, в поисках источника света, подошла к светильнику, висевшему на стене.