— Совсем недавно, — отозвалась с улыбкой Саша, потом внимательно посмотрела на молодого оборотня. — Митя, скажи, а ты знаешь Илью Викторовича, который только что приходил к Станиславу Францевичу?

— Кого? — переспросил Митя, почесав затылок. — Впервые слышу это имя.

— Ну как же, он сдаёт дом Станиславу Францевичу, — подсказала Саша. — Только что был здесь.

Митя ещё больше растерялся.

— Ваше благородие, вы точно что-то путаете. У Станислава Францевича есть собственная усадьба в центре Твери, там он живёт вместе с супругой и детьми. Зачем, скажите на милость, ему ещё дом снимать?

Теперь настал черёд Саши таращить на Митю глаза. И впрямь, зачем? Но тогда кто же этот Илья Викторович? Он так уверенно говорил про дом, который якобы снимал Домбровский. Нет, Саша точно всё верно расслышала. Она не могла ошибиться. А ещё Аглая Марковна, о которой заикнулся Илья Викторович… Она кто? Может, так зовут жену Станислава Францевича? Саша уже собиралась задать этот вопрос Мити, но громкий свисток старшего почтаря заставил её попридержать язык за зубами.

— Ваше благородие, вы уж простите, но мне пора, — улыбнулся Митя, поднимаясь со скамьи. — Буду поздно вечером. Бегу со срочным поручением до Старицы, а это семьдесят вёрст к юго-западу.

Взяв почту, Митя вышел со двора.

Саша лишь рассеянно кивнула ему вслед и мысленно вернулась к Домбровскому. Зачем к нему пожаловал арендодатель, когда у Домбровского есть собственная усадьба? И почему он так нервничал при его появлении? А если разговор про съёмный дом не шутки, то… Для чего ему этот дом? Кого он там принимает? Не нравилось всё это Саше. Хорошо бы понаблюдать за Станиславом Францевичем, но не заявишься же к нему в кабинет! Что ж, оставалось лишь ждать. Может, представится удобный случай?

Случай представился раньше, чем она ожидала. В тот же день, ближе к вечеру, когда Саша уже собиралась покинуть здания правления, на лестнице появился губернатор Челядин в обществе незнакомого ей мужчины. Они неспешно спустились в общую комнату, ведя непринуждённую беседу прямо на ходу.

Оказавшись рядом с Сашей, они, точно по команде, остановились.

— Так вот, значит, как выглядит стряпчая из Петербурга? — поинтересовался высокий незнакомец в тёмно-зелёном сюртуке, окинув Сашу проницательным взглядом. Его серебрёные у висков волосы были убраны назад, открывая широкий лоб, а в осанке угадывалось благородство.

— Александра Андреевна, позвольте представить вам князя Вяземского, Гаврилу Аркадьевича, — вмешался в разговор Иван Борисович.

Саша учтиво кивнула. Князь Вяземский относился к числу людей, которые вызывали симпатию с первого взгляда. В нём не было и крупицы той напыщенности, что с лихвой присутствовала у местных аристократов.

— Рада знакомству, Гаврила Аркадьевич, — сказала она совершенно искренне.

— Какие вести вы нам привезли из Петербурга? — поинтересовался князь Вяземский, при этом по-свойски подмигнув ей. — Давненько я там не бывал. Что нынче в моде? Много балов дают в этом сезоне?

Саша уже раскрыла рот, собираясь честно признаться, что не посещает балов, как князь Вяземский снова заговорил:

— Хотя, постойте! Лучше расскажите обо всём на приёме, в субботу. Марья Семёновна, голубушка моя, с ума сойдёт, когда узнает, что у нас будут гости из Петербурга!

Он разразился добродушным смехом, в то время как Саша ошеломлённо моргнула. Меньше всего ей хотелось посещать приёмы местных аристократов, даже таких располагающих к себе, как Гаврила Аркадьевич. Вдобавок он рассчитывал, что Саша развлечёт его гостей свежими сплетнями прямиком из столицы. Только вот рассказывать Саше было нечего. Она не посещала приёмов целых шесть лет, с тех самых пор, как двери домов и усадеб петербургской знати закрылись перед ней.

Дождавшись, когда смех князя смолкнет, Саша заговорила:

— Гаврила Аркадьевич, спасибо за приглашение, но, боюсь, я вынуждена отказаться. Вряд ли этот приём сулит мне встречу со знакомыми…

Князь не позволил ей договорить, вскинув руку.

— Возражения не принимаются!

Видя, что Саша настроена решительно, Гаврила Аркадьевич перешёл в наступление:

— Бросьте, Александра Андреевна! Будут только свои. И разве это не отличная возможность познакомиться с местной публикой поближе, а? Кроме того, там будут господин Челядин и господин Домбровский. Уж их-то вы точно знаете!

Саша собралась было возразить, но услышав фамилию Домбровского, резко передумала.

— Станислав Францевич… тоже там будет? — будто невзначай поинтересовалась она у князя.

— А как же! Без него не обходится ни один вечер в моём доме, будьте уверены, барышня-стряпчая!

Вот же она, прекрасная возможность проследить за Домбровским!

Саша изобразила самую очаровательную улыбку, что оказалось совершенно несложно, ведь князь Вяземский показался ей неплохим человеком.

— Гаврила Аркадьевич, с радостью приму ваше приглашение. Говорите адрес.

На следующий день, ближе к полудню, Саша отправилась в Горки. В имение князя Горчакова. В прошлый раз она просмотрела лишь половину документов, хранившихся в архиве. Но тайный ход — а Саша ни на минуту не сомневалась, что он есть, — так и остался для неё тайным. Сегодня она решила подойти к делу основательно.

Трясясь в наёмной бричке, Саше вдруг на ум пришла одна странность. С тех пор как она заикнулась Домбровскому про болезнь жилы, оборотни перестали жаловаться на недомогание. Совпадение? Саша не верила в такие совпадения. Выходит, Домбровский и впрямь каким-то образом причастен к перебоям на жиле. Если это так, то может он и к смерти Завьялова причастен? Может, главный инженер прознал о его махинациях, за что и поплатился жизнью? Увы, доподлинно она не знала, и эта неизвестность изводила её. Саша успокаивала себя лишь тем, что на предстоящем приёме попытается хоть что-нибудь поразузнать о Станиславе Францевиче. Сейчас любая информация будет полезной.

Дорога тянулась перед ней серой бахромой. Саша смотрела на проплывающие мимо дома, деревья, скверы и сады. Вскоре город остался позади, сменившись полями да перелесками, за которыми показались знакомые очертания усадьбы. Тёмный камень, высокие колонны, церковь с золочёным куполом.

Бричка остановилась уже у знакомых ворот. Саша вышла и направилась к калитке, оттуда — прямиком к двери. Как и в прошлый раз, Тихон Ильич без лишних слов проводил её в библиотеку. Стоило ему удалиться, Саша вытащила архивные документы, развернула первую попавшуюся схему и с головой погрузилась в изучение.

Вскоре кольцо на её пальце потеплело, а уже через мгновение рядом появился Харлампий Терентьевич.

— А я уж было решила, что ты собираешься отсиживаться в сторонке, — заметила Саша, не отрывая взгляда от чертежей. Сколько ни смотрела, она не видела на этой схеме ничего интересного. Всё не то, всё не то…

— Отсиживаться в стороне? Как можно? Конечно я тебе помогу, иначе так и просидишь здесь до самого вечера, — заявил дед, засучив призрачные рукава. — Хотя, должен признаться, сидеть здесь гораздо приятней, чем в той тесной конуре, в «Дубраве».

Саша пропустила упрёк мимо ушей. Она почти свыклась со скудной обстановкой постоялого двора, где снимала комнату. Тесная петербургская квартирка, в которую Саша перебралась вскоре после оглашения завещания отца, мало чем отличалась от тверской комнатушки.

— В прошлый раз я перелопатила половину архива, но так и не приблизилась к разгадке, — пробормотала она, откладывая изученный вдоль и поперёк чертёж в сторону и разворачивая следующий. — Но я уверена, что тайный ход на узел существует. Должен существовать.

В противном случае… Саша потратила время впустую, гоняясь за несуществующим ходом.

— Придётся тебе изрядно попотеть, раз просить помощи у хозяина дома ты отказываешься.

— Дед, ну сколько можно⁈ — насупилась Саша. Ей не хотелось снова обсуждать одну и ту же тему.

— Я же как лучше хотел!.. Ладно уж, давай смотреть что тут к чему, — запыхтел он как паровоз, заглядывая ей через плечо.