У малыша есть храбрость, — пророкотал дракон, в его голосе мешались забава и нетерпение.

На спине Никсариса Невилл аккуратно усаживался в крошечную выемку, которую я раньше никогда не замечала — слишком малую для меня, но идеально подошедшую ему. Мурлыкающий звук пролился из горлышка лаффина.

— Что он делает? — прошептала я.

Никсарис вздохнул: Он говорит, что тот другой тоже принадлежит ему.

Тоже?

Ночной Дракон хмыкнул: Похоже, это наглейшее создание заявило права на двоих.

На меня и на Блейка, ты имеешь в виду?

Я сказал ему, что тот зверь — Вораго. Что парень из высокородных потерян. Он не желает слушать разум.

Я быстро приняла решение:

— У нас нет на это времени. — Я поставила ногу между ониксовыми чешуйками и взобралась на шею Никсариса, пока ледяной ветер резал щеки. Хвост Невилла мотался из стороны в сторону — верный признак лаффиновского упрямства. — Надеюсь, ты понимаешь, что творишь, — пробурчала я ему.

Держись крепче.

Никсарис распахнул крылья с оглушительным треском. И башня ухнула вниз под нами. Мы рванули сквозь воздух к пылающему городу. Невилл победоносно пискнул.

— Я рада, что ты настроен столь оптимистично, — прошептала я лаффину. — Должна сказать, я куда меньше уверена в наших перспективах. Ты в курсе, что мы все можем сдохнуть сегодня ночью?

Мы миновали башню, скользя под омытыми луной облаками.

Соберись, маленький всадник, — внезапно выговорил Никсарис. — Драконий огонь — не для слабонервных. То, что тебе предстоит увидеть, может преследовать тебя всю оставшуюся жизнь.

Спасибо за подбадривание, — яростно прошептала я в ответ. Я и без того пребывала в диком ужасе.

Я говорю это не ради того, чтобы нагнать страху, а чтобы подготовить тебя, — мрачно откликнулся он. — Ветры будут нести крики. Запах горящей плоти. Ты не должна позволить страху сковать твои руки.

По мере приближения к Вейлмару я разглядела проваливающиеся кварталы крыш. Сотни домов превратились в дымящиеся остовы пепла. Улицы забились людьми, рвущимися к четырем воротам по сторонам города. Я молилась, чтобы многие успели сбежать вовремя.

А затем появился он — красный дракон, располосовавший новую рану на теле кровоточащего города. Он летел над линией зданий у набережной. Его пасть распахнулась, и целый квартал рассыпался в пламени, обломки посыпались на пришвартованные рядом корабли.

Между рушащимися зданиями бежали крошечные точки. Люди. Дракон камнем ухнул вниз, точно ястреб, цапнул одного когтями и зашвырнул назад в свою распахнутую пасть. Я в ужасе уставилась, как дракон сглотнул, а алое свечение озарило внутренности его глотки, пока его добыча жарилась заживо.

Он не просто сжигает город. Он им питается!

Инферни пьянеют от крови и разрухи, — ответил Никсарис. — Не сомневайся: Вораго кайфует от этого.

Меня затошнило. Никсарис заложил вираж, крылья с силой били по воздуху.

Готовься, — предупредил он. — Страх — это цепь. Не дай ему обвить себя, иначе твой город потерян.

Руки дрожали, пока я доставала болт, заряжая его в арбалет Лунаи.

Затем я подалась вперед, прижавшись грудью к широкому гребню между шейными пластинами Никсариса. Обняв его, я уперла арбалет в гребень, прижав приклад плечом. Невилл выглядел абсолютно невозмутимым. Крошечная выемка, в которой он устроился, позволила ему свернуться калачиком у моего правого бедра, а его пушистый хвост накрыл мою поясницу точно одеяло. Это странным образом успокаивало.

— Держись ровно, — прошептала я.

Я и так держусь, — пророкотал Никсарис.

Я пыталась дышать в такт с ним: вдох на взмахе крыла, выдох — на падении.

Вораго — Блейк — я понятия не имела, как его, блядь, называть — пыхал огнем по улицам внизу. Он нас еще не заметил. Я прицелилась. Выдох. Спуск.

Болт исчез в дыму. Не долетел добрую сотню футов.

Я зарядила, прицелилась, выстрелила снова. И промахнулась. Болт бесполезно ушел в темноту.

Я не могу этого сделать! — Голос наполнился паникой. — Я безнадежна! Верни меня назад. Забери Медру.

Это исключено, — зарычал Никсарис. — Хочешь, чтобы я применил огонь?

Нет, пока нет.

Третий болт. Я дала восходящему потоку направить меня, затем спустила курок. Искра расцвела, когда древко вошло прямо под корень правого крыла Вораго. Инферни дернулся, ревя. Его змеиная шея развернулась к нам, расплавленные глаза сузились.

Живот ухнул вниз:

— Он нас увидел.

Это был лишь вопрос времени, — откликнулся Никсарис, звуча куда спокойнее, чем я себя ощущала.

Вораго рванул вверх. Никсарис сложил одно крыло и ушел в пике. Пламя пролилось над головой, и я закричала, тянувшись к Невиллу, который всё так же сидел на месте, обвив меня хвостом.

Готовься стрелять снова! — скомандовал Никсарис, выравниваясь над гаванью.

Рычаг, натяжение, болт. Плечи горели. Я спустила курок ровно в тот миг, когда Инферни выдохнул огонь прямо перед моими глазами. Болт ушел в сторону. Я всадила еще один. Затем еще. И еще.

Восьмой болт, — прошептала я.

Чувствуй ветер. Дай ему вести твою руку. Дыши со мной.

Я старалась со всех сил делать так, как он говорил. Выдох. Спуск. Болт пошел точно. Вораго покачнулся, закружившись в воздухе, и на миг я подумала, что он рухнет на землю. Я притаила дыхание.

Инферни выровнялся и рванул вверх.

— О, Кровавая Дева, — застонала я, когда дракон понесся к нам. Я прижала голову, пока пламя хлынуло из пасти Инферни, а Никсарис крутанулся, выкручивая нас из-под огня.

Я попала в него двумя болтами! Разве он не должен замедляться? Ты в этот момент был почти неподвижен!

У Инферни и Ночных Драконов разная физиология, — заметил Никсарис. — Но он замедляется, не бойся. Меть в рану.

Он был прав. Вораго покачнулся, его крылья сделали несколько тяжелых взмахов. Работает! — начала я, пока облегчение затопляло тело.

Но тут огромная красная голова дернулась вверх. Рев ярости разорвал небо. Инферни рванул вперед с новой силой.

Никсарис выбыл цепь ругательств на классическом сангратском: Это была ошибка. «Погибели богов» мало.

Я прикусила губу: Может, смесь слишком долго стояла? Или Родригес замешал неправильную пропорцию для Инферни?

Какова бы ни была причина, — рявкнул Никсарис, — меняем тактику. Сейчас. Я раню его огнем. Затем ты палишь болтами с папоротником. Если это не сработает…

Тогда что?

Или мы, или он. Скажи мне, что ты это понимаешь.

Я сглотнула, затем потянулась за болтом с папоротником. Никсарис тяжело бил черными крыльями, содрогаясь от палящего ветра. Внизу величественный когда-то город раскинулся точно высыпанные угли в остывающем очаге. Мы пролетели над бывшей грандиозной площадью — белые мраморные фасады превратились в дымящиеся кучи. Я разглядела вершины стен: подворье Авари. Дворцовое сооружение превратилось в изрезанное кольцо обломков. Неужели семья Кейджа все еще оставалась внутри? На раздумья времени не было. Инферни несся к нам, пламя лизало его пасть.

Держись! — предупредил Никсарис.

Мы ушли в такое пике, от которого я закричала. Воды гавани рванули навстречу. Затем Никсарис внезапно взмыл вверх, карабкаясь на высоту, а затем крутанулся прямо под Инферни. Я почувствовала, как грудь Ночного Дракона расширяется, и в следующее мгновение… Вжух! Столб пламени ударил наружу. Вораго закричал от боли, закладывая дикий вираж.

Туда! СЕЙЧАС! — крикнул Никсарис.

Сказать было проще, чем сделать, когда мы летели под таким уклоном, но я уперла арбалет в его гребень, пока мир кренился вокруг. Я выстрелила, а затем застонала: болт сгинул в воздухе.

ЕЩЕ ОДИН! — проревел Никсарис.

Я засуетилась, выронив болт в море внизу. Я в ужасе уставилась ему вслед.