Я неловко пошевелилась:

— Мне жаль.

Тео расхохотался:

— Тебе жаль? Ты серьезно? Ты правда пытаешься заявить, будто твоего хата с краю? Что Виктор дергал за ниточки, а ты ничего не могла поделать?

— Тео, — прошептал парень из рождённых мором рядом с ним. — Пожалуйста.

— Отвали, Вон, — огрызнулся Тео. — Она должна ответить за то, что натворила! На ней лежит столько же вины, сколько и на нем!

Кейдж зарычал снова — на этот раз выдав откровенно рычащий волчий звук:

— Ты перегибаешь палку. Палку перегибаешь именно ты, Дракхарроу!

— Нет, — быстро вмешалась я. — Дай ему сказать. Тео прав.

Тео похлопал глазами. Выдал нервный смешок:

— Правда? Серьезно?

— Да. — Я вскинула подбородок: — Я несу ответственность. Что бы ни произошло здесь сегодня ночью — виновата я. Я впустила Кровавую стражу в эту школу. Виктор стоял за их созданием, но я дала им ход… — я глубоко вдохнула, — …траву и боль. — Я прикрыла глаза: — И даже убийства.

— Именно этим они и занимались сегодня ночью, — тихо произнес Вон. — Коридоры залиты кровью рождённых мором.

Я побледнела:

— Я должна увидеть всё сама. Я иду немедленно. Я сделаю всё, чтобы остановить их.

— ОСТАНОВИТЬ их? — фыркнул Тео. — Простите, блядь, ты вообще кто такая и куда делась настоящая Реган? — Он подался вперед и постучал пальцем по моему виску. Я вздрогнула. — Виктор, ты там? Это шутка какая-то?

Кулак Кейджа врезался в лицо Тео прежде, чем я успела открыть рот. Парень из Дракхарроу отлетел назад на койку. Тео просидел так секунду, оглушенный, затем провел ладонью по лицу и зашелся истерическим хохотом. Он пребывал в истерике, осознала я — ничего подобного ему раньше свойственно не было. Впрочем, и ночь выдалась не из рядовых. Захохотав, он уже не мог остановиться. Вон присел рядом с ним, положив ладонь ему на плечо, пока тело Тео сотрясалось волнами смеха.

— Вы… вы разве не видите? — задыхаясь, проговорил Тео. — Не видите, насколько это смешно?

— Нет, — холодно ответил Кейдж. — Не вижу. — Он взглянул на Вона: — Он заражен? Его укусили?

Вон качнул головой:

— Нет, дело не в этом. Поверь мне. Тебе стоит послушать то, что мы должны сказать. — Он выглядел опечаленным. — Он через многое прошел. С учетом того, что Блейк стал драконом и…

— Что? — перебила я. — Драконом?

— Именно. Будешь притворяться, будто не знала? — обвинил Тео. — Будто Виктор тебе уже не доложил? — Он икнул, пытаясь взять себя в руки.

Я уставилась на него:

— Виктор не посвящает меня в свои настоящие планы. Если ты думаешь иначе, ты еще больший идиот, чем я считала, Тео. Он мой архонт. Ты понимаешь, что это значит? Я его ебаная собственность! — Мой голос сорвался, но я продолжала: — Он владеет моей семьей. Я даже не знаю, где мой младший брат! Ты этого не видишь? Не понимаешь? — Я внезапно осеклась, осознав, что орала на весь лазарет.

В комнате воцарилась мертвая тишина. Все меня слышали. Я почувствовала, как лицо пылает от унижения. Затем вскинула подбородок. Он слегка дрожал, но я понимала: назад дороги нет. Правда вылезла наружу. Всё подходило к развязке. Я не могла больше удерживать этот фасад. Всё рушилось. Я была дурой, вообще пытаясь играть эту роль.

— Просто забавно, — тихо произнес Тео, — что этот ебаный Авари пытается заткнуть мне рот, когда мы пришли предупредить его.

— Предупредить о чем? — потребовал ответа Кейдж.

Тео глубоко вдохнул:

— Предупредить о том, что Блейк правда превратился в дракона. Виктор угрожал прикончить Медру, если он не сделает то, что велено. Он потребовал, чтобы Блейк выжег чуму из города. Блейк не хотел, я знаю, что не хотел. Но… он улетел. — Глаза Тео были широкими от неверия. Теперь я понимала причину его истерического смеха. — Появился Никсарис. Виктор испарился. Мы понятия не имеем, куда этот ублюдок вообще делся!

Вся комната взорвалась — все заговорили одновременно.

— ТИХО! — проревел Кейдж. — Что ты имеешь в виду? Говори сейчас же. Говори быстро, пока я не вырвал тебе глотку!

— Да давай, Танака! Вырывай к хуям! — Голос Тео звучал выжатым досуха. — Это не поможет. Это ничего не остановит. Блейк полетел в город, я же сказал. Он полетел уничтожить Вейлмар.

Кейдж выглядел сомневающимся. Взглянул на меня.

— Я ничего об этом не знаю, — прошептала я. — Я понятия не имела.

Он кивнул.

— Не веришь мне? — бросил вызов Тео. — Всё, что я говорю — правда! Иди к ебаному окну и посмотри наружу, если не веришь!

Я дернула Кейджа за рукав:

— Быстрее. Пошли. Сделаем, как он сказал.

Все пошли за нами в коридор. Даже раненые студенты поднимались с коек, решив своими глазами увидеть, правду ли заявил Тео Дракхарроу. У нас у всех имелись знакомые в Вейлмаре, почти у каждого студента Кровавого Крыла там жила семья.

Напротив лазарета располагалась ниша с высокими книжными шкафами и мягкими креслами, явно предназначенная для ожидания или учебы. Мы быстро пересекли пространство к противоположной стороне, где три высоких стрельчатых окна выходили на море — а за ним покоилась жемчужина Санграты, крупнейший город Королевства, Вейлмар.

Кейдж рванул к центральному окну, выдернул раму и высунулся над водой. Но я уже увидела знакомый сполох. Едва окно распахнулось, горячий порыв ветра ворвался внутрь — с явным примесью дыма.

— Кровавая Дева, — выдохнула я.

На далеком горизонте горели огни Вейлмара. Сияющие улицы и башни тонули в клубящихся столбах оранжевого пламени. Пока мы смотрели, башня в Банковском квартале рухнула, медленно складываясь внутрь себя. Облака дыма и пепла валила над водой. А над всем этим, чуть ниже облаков, летел дракон. Не черный, как Никсарис, а алый — чешуя сияла в зареве инферно. Из его пасти поток ослепительно белого огня дугой несся вниз, превращая очередную улицу в реку пламени.

— Боже правый, — это был Родригес. Он подошел к нам и стоял у окна слева. Лекарь Элисия замерла рядом, молчаливая и дрожащая. За ними подошли Флоренс с Медрой. К моему шоку, я увидела, что Медра плачет. Слезы текли по ее измазанным кровью щекам, пока она смотрела на город.

Кейдж медленно отступил от окна. Я коснулась его руки и почувствовала, как дрожат его мышцы.

Нечто пронеслось между нами — тайное и мимолетное.

— Мы должны остановить его, — прошептала Медра, глядя на Кейджа.

Он кивнул:

— Я выдвигаюсь. Прямо сейчас.

— Но что мы можем сделать? — отчаянно выговорила я. — Он дракон!

Мысль о том, что Кейдж отправится туда и попытается сцепиться с драконом, наполнила меня ужасом. Я взглянула на Флоренс:

— Есть только один способ остановить дракона.

Вокруг себя я видела, что все пришли к той же мысли.

— Я… — заикнулась Флоренс. Она посмотрела на меня, потом на Кейджа, на Родригеса и наконец на Медру. — Она права. Вы ведь за этим пришли, да?

— Я пришла, потому что мне нужно было знать, что с вами всё в порядке! — Медра беспомощно качнула головой. — То, что сказала Реган, может быть правдой, но ты не готова к этому, Флоренс! Ты не готова. Ты не должна этого делать.

— Но я должна, разве нет? Я не готова, — лицо Флоренс стало серым, — но Никсарис готов. Он готовился к этому всю жизнь. Если кто и может остановить Блейка — то только он. Он единственный, кто может.

Кейдж не стал ждать ответа Медры; он уже двигался. Я кинулась за ним, следуя к лестнице:

— Ты куда?

Он притормозил, оглянувшись:

— В город.

Я глубоко вдохнула:

— Ты или волк?

Он не ответил.

— Я иду с тобой! — Слова вырвались лавиной. Но произнеся их, я поняла, что они верны.

— Нет. Исключено.

— Виктор будет там. Если Никсарис и Флоренс полетят в город, Виктор последует за ними. Я знаю. Он может быть там прямо сейчас. Может, он вообще верхом на Блейке летит! Я могу его остановить. Я знаю, что могу. Он станет меня слушать.

На самом деле я понятия не имела, правда ли это. Скорее всего, нет. Но одно я знала точно: Виктор должен заплатить за то, что натворил — со мной, с Персисом, с Блейком, со всеми. И я хотела стать той, кто причинит ему боль. Даже если сдохну в процессе.