Агата сглотнула. Маг говорил об этом так спокойно…

— И часто это происходит?

Валентин криво улыбнулся.

— Вижу в первый раз.

— А говоришь так, словно нет.

На сей раз молодой маг усмехнулся вполне искренне.

— Когда ты не можешь помочь умирающему ребенку или знаешь, что жизнь человека в твоих руках — это оставляет эмоции. А тут — лишь кладбище. Еще и пустое. Почти.

Агата глубоко вдохнула и выдохнула.

— Нужно уходить. Сейчас же, здесь опасно.

— Не больше, чем в любом другом месте.

Клинок нахмурилась.

— Гретту убила нежить. Если она нападет на деревню, то…

— Не нападет.

— Откуда уверенность?

Вместо ответа Валентин присел на корточки. Начертил ножом несколько символов, произнес заунывную скороговорку — и темнота в холме и над холмом сделалась еще глубже, объемнее — и стало видно тонкую, но густую нить, тянущуюся в лес. Куда-то на север, вовсе не к оставшейся южнее деревне.

— И что это? И откуда целитель это знает?

Валентин поморщился. Взмахнул рукой — и темнота исчезла без следа.

— Считаешь, что я заодно с тем, кто это сделал?

Агата покачала головой. Но тяжелого взгляда с молодого мага, который еще и непонятно как потерял Клинка и, судя по всему, пока не собирался брать нового, не сводила. Валентин сначала казался невозмутимым, но потом явно начал нервничать.

— Ничего тут сложного нет, злобный генерал. Это лишь нити силы. А знаю потому, что бывал с Лианой в Ничейных Землях множество раз, а там надо знать в лицо врага. Хватит? Или снесешь голову с плеч?

— А есть за что?

— Понятия не имею что у тебя на уме. Пошли лучше, поможешь снять направляющие.

— Что сделать?

Молодой маг закатил глаза.

— Пойти со мной и пару раз приложить мечом по черепушкам. Материал тут еще остался, но ублюдку уже хватит отсюда кормиться.

— Ублюдку? Ты знаешь того, кто это сделал?

— Нет, но он нам не друг. Иди за мной. Разберемся, пока не стемнело. Иначе придется иметь дело с теми, кто еще не вылез.

Агату такая перспектива не радовала, так что она предпочла свернуть ничего толком не прояснившее обсуждение и направиться за молодым магом, который двигался от одной разрытый могилы к другой каким-то совершенно собственным маршрутом. Сапоги утопали в грязи по голенище — разрытая земля размокла от дождей.

Один провал в земле, другой, десятый…

— Здесь, — бросил Валентин, — ломай.

Клинок присмотрелась к могиле, на которую указывал молодой маг, и заметила, что между плотно-плотно утрамбованной, словно специально, землей, торчит череп, вокруг которого, казалось, клубилась чернота.

Агата подумала — и достала топорик. Взвесила на руке, и, встав так, чтобы ноги не скользили, размахнулась как следует и ударила по костяшке. Металл соприкоснулся с костью, ладонь неприятно дернуло, и черепушка разрушилась с тихим шипением.

— Отлично. Идем дальше.

В этот раз они петляли куда дольше. Агата уже начала думать, что Валентин просто хочет, чтобы она свалилась в какую-то из глубоких ям и там и осталась, но маг, наконец, привел к еще одному месту, где из земли торчали кости. В этот раз — ребра.

— Ломай. Умный и опытный, гад, распутывать тяжело… Ломай.

В этот раз ударов потребовалось несколько.

Следующим они, ближе к закату, нашли торчащие из земли кости рук.

Дождь шел все сильнее. Валентин нервничал все больше и больше — Агата это чувствовала. Чувствовала она и то, что запах вокруг еле уловимо, но менялся, становясь все более и более удушливо-гнилостным, словно кто-то разом забил сотню-другую коров и оставил их разлагаться на солнце.

Молодой маг спешил. В сотый, кажется, раз, миновал два растущих рядом дерева, около которых находилась особенно глубокая яма, и оступился. Агата, напряженно6 сле6дившая за всем вокруг, метнулась вперед даже быстрее, чем подумала об этом. Метнулась и ухватила начавшего заваливаться Валентина за руку.

Ноги тут же повело на грязной земле, но она успела ухватиться за могильный камень. Рухнула на спину, но не скатилась в яму и не упустила руку мага. Тот, сам пытаясь сохранить равновесие, в итоге упал сверху, пребольно саданув локтем по ребрам.

— Какого демона? — Валентин вскочил на ноги так быстро, что Агата всерьез забеспокоился, не свалится ли он опять.

— Лучше было доставать из ямы? — мрачно бросила она, медленно поднимаясь и чувствуя, что грязь залепила одежду на спине и бедрах.

— Я — маг! Сам бы вылез!

— Раз маг — так ищи остальные кости и пошли отсюда, — бросила Агата, подавив укол раздражения.

Она не обязана нянчиться с ним. Да, Лиана попросила… Но не приказала же.

Валентин явно хотел сказать что-то еще, но глянул на почти полностью догоревший закат и ускорил поиски.

Таз и позвоночник нашлись совсем недалеко от злополучной ямы. Тут Агате пришлось попотеть — кости словно бы стали в несколько раз прочнее.

Внутри холма, казалось, что-то происходило. Послышались странные, скрежещущие звуки.

— Идем! — поторопил Валентин, — осталась последняя точка.

— Только под ноги смотри, — мрачно бросила Агата. Ненадолго вернула топор в подвес и принялась натирать меч переданным Лианой составом, — из ямы многого не увидишь.

Молодой маг отмахнулся и почти побежал прочь.

Холм наполнился звуками. Царапанье, скрежет, хлюпанье, клацанье… Агата, следуя за Валентином, держала наготове и меч, и топор.

Маг боялся — но шел вперед, забирая на какую-то совсем уж старую часть кладбища. Здесь дыр в земле было поменьше, но буквально на глазах Агаты около одного из могильных камней начала двигаться земля — и спустя несколько вдохов показались белесые пальцы-кости.

Валентин еще ускорился.

— Под ноги смотри! — рявкнула Агата, когда маг зацепился за камень и лишь чудом удержался на ногах. — Их я уложу, а вот тебе голову к шее не приставлю.

— Не отвлекай!

Клинок ругнулась и прибавила ход, чтобы, если что, поддержать.

Не понадобилось — до следующих костей они добрались без приключений. Если не считать того, что у дальних деревьев уже начали мелькать странные фигуры, которые явно двигались к ним.

— Ломай!

Двигались быстро. Очень быстро.

А кости, кажется, ног, вдруг стали твердыми-твердыми, настолько, что первый удар их не взял. Агата ругнулась и в следующий раз атаковала разом и мечом, и топором, одновременно и в одну точку. И даже тут не обошлось без сопротивления, словно она рубила железный прут. Но пара костей все же раскрошились.

Силуэты приближались. Агата слышала чваканье земли под ногами.

Еще удар — еще несколько сломанных костей.

Твари совсем близко… Не скелеты, словно бы люди, только высохшие и безликие. Валентин что-то проговорил, сделал сложный жест — но ничего не изменилось. Еще ближе…

Последний удар с хрустом перерубил все оставшиеся на земле кости. Из них во все стороны прянула чернота, отбросив Агату на землю. Она во второй раз упала на спину, вскочила, занося оружие…

Но воевать было не с кем — твари без лица, еще недавно бежавшие вперед со скоростью хорошей лошади, теперь превратились в кучки костей. Гнилостный запах исчез, словно его и не было.

Валентин тряхнул головой.

— Вот и отлично. А теперь пора убираться отсюда.

Говорил молодой маг ровно, вот только Агата чувствовала, насколько он испуган. Это был даже не страх, а какая-то удушливая паника, которую Валентин с трудом контролировал. В ночной дождливой темноте сложно было сказать, сохранял ли он спокойное выражение лица, но по голосу о его эмоциях догадаться было трудно.

— Идем, — согласилась Агата, стараясь сообразить, как им вообще выбраться с этого кладбища.

Два здоровенных дерева оказались неплохим ориентиром. Очень неплохим, при условии, что других просто не имелось. От них можно было выбраться к краю холма, оттуда — на дорогу к заброшенному хутору, а уже от него — на полузаросшую тропинку к деревне.

Агата, неспешно — лучше прийти чуть позже, чем угодить ногой в чей-нибудь капкан или упустить тонкую стежку тропинки — шла по лесу, про себя удивлялась Валентину. Молодой маг боялся и сейчас. Меньше, чем на кладбище, но боялся. Ночного леса? Его странных шорохов, которые и у Клинка вызывали смутную тревогу? Ее?