Выбор места встречи был символичным. Едва ли Настоятельница знала о ее страхах, но все же любой, кто вырос в Алебастровой Цитадели, понимал — кандидаты во Владельцы не равны между собой. И лучше всего это самое неравенство отражалось в том, где именно их принимала Настоятельница.

Редкие и самые важные гости приглашались в личные покои. Сама Агата никогда не бывала за резной дверью в конце узкого коридора второго этажа, но еще послушницей видела, как туда направлялись господа, прибывающие в Цитадель с десятком слуг и в нарядных экипажах. Один раз, правда, туда приходил какой-то совершенно невзрачный тип, но с таким резким и властным взглядом, что Агата, тогда уже полноправный Клинок, лишь порадовалась, что ее саму не пригласили на аудиенцию. От таких стоило держаться подальше. Это некоторые другие сестры, вроде белокожей Стефании, мечтали о Владельце побогаче и поизвестнее, чтобы самим попасть в высший свет Зеленых Земель, а то и, чем Богиня не шутит — оказаться в Белых Землях, центре освященного мира. И ей это даже и удалось, по крайней мере ее Владелец был из видных местных аристократов… Но Агата достаточно слушала старших сестер и читала книг — пусть и не тех, которые предлагали сестры-Знающие — чтобы понимать, что жизнь там, среди роскоши, не сахар. Да и занятия всякими этикетами и танцами навевали тоску.

Большинство будущих Владельцев принимали в Бальном зале. Помещение куда меньше и теплее, чем Главный зал, богаче обставленное, словно специально созданное для того, чтобы продемонстрировать подходящих под запрос мага Клинков во всей красе. Там даже зеркала были… Именно там, например, Альфонсо Террати и выбрал ее, Агату, из пятерых подходящих сестер. Да и с Гюставом она впервые увиделась там же.

Главный же зал, в котором кроме герба Клинков не было вообще ничего, даже столы с лавками на празднования Середины Зимы и Середины Лета сюда приносили специально, предназначался для тех, кто мало интересовал Настоятельницу. Маги и магессы с подмоченной репутацией, без денег и связей, чьи возможности не представляли никакой пользы. Да, по закону Светлого Союза любому практику Искусства полагался свой Клинок, но, как и в настоящей кузнице, клинки эти могли быть разного качества.

Агата совершенно не удивилась вызову. Отношения с Настоятельницей у нее не складывалась с самого, кажется, первого дня их знакомства. Она сама толком уже и не помнила, почему, но факт оставался фактом. И с годами ничего не изменилось. Слишком часто она задавала вопросы, слишком часто спорила, слишком часто пыталась отстоять себя любой ценой. Словно Клинок мог быть кем-то, кроме оружия, нужного для защиты Владельца… Смирения Агате никогда недоставало. И вроде выросла, закалилась, перековалась в служении, но все равно многое тянулось из прошлого.

Да, и, говоря по правде, она все равно не годилась бы для светских вечеров или — после смерти Гюстава — для работы с боевым магом. Так что оставалась служба где-то на окраине мира у кого-то незначительного.

Настоятельница в привычной белоснежной робе со знаком Клинка у сердца ждала у дальней стены. Рядом с ней находилась невысокая старуха в самом обычном крестьянском наряде, пусть и мужском, с самыми что ни на есть штанами. Впрочем, для магесс, Клинков, гонцов и некоторых других служителей во благо Светлого Союза, такое дозволялось. Женское седло не слишком подходило для чего-то кроме неспешных прогулок вокруг собственного имения.

— Ты не спешила, — ледяным тоном проговорила Настоятельница.

— Простите, госпожа, это я никак не могла ее найти, я…

— Я не спешила, — вмешалась Агата, пока младшая послушница не навлекла на себя проблемы, — это так. Приношу свои искренние извинения.

— Думаю, так же ты не спешила и раньше, не так ли?

— Оценивать мою скорость вовсе не мне.

— О, определенно. Гертруда — свободна. Сестра Марта уже заждалась тебя на молитве. А ты, Агата, подойди.

Младшая послушница склонила голову, бросила разом заинтересованный и сочувствующий взгляд на старшую подругу и вышла из зала. Агата же сделала как велено, «радуясь» про себя своей своевременной тренировке. Как бы то ни было, первое впечатление самое важное. А сейчас она в мокрой, пропахшей потом, да и не самой чистой тренировочной одежде, с деревянными мечом и кинжалом за поясом, раскрасневшаяся… Впрочем, на вид будущая Владелица из простых, насколько может быть простым сведущий в Искусстве. Глядишь, не оскорбится.

Вблизи от пожилой магессы не исходило никакой ауры силы, лишь слабый запах чего-то алхимического, хотя и незнакомого Агате. Но и страха, почти всегда сопровождающего приближение свободного Клинка, тоже не ощущалось. Пусть, поклонившись, Агата видела лишь простые потрепанные сапоги, износившиеся едва ли не до дыр, и такие же заношенные штаны, но ей и не нужно было изучать лицо, чтобы понять, боятся ее или нет. Страх, как и ненависть, злость и агрессию любой обученный Клинок чуял по тому неуловимому запаху, что един для людей и зверей.

— Лиана фон Тор, — с ощутимой усмешкой представила пожилую женщину Настоятельница, — Агата. Агата — вот твоя новая Владелица.

— Приветствую, — Клинок склонилась в земном поклоне. — Почту за честь служить вам.

Магесса хмыкнула.

— Так уж и за честь. Небось, грезишь о дворцах да балах, а не о старой кошелке да сеновале.

— Служба есть служба, — ровно ответила Агата. И, несмотря на присутствие Настоятельницы, добавила: — на сеновале свободы больше, чем во дворце.

— Наша Агата, увы, вздорное создание, — с притворным сожалением заметила Настоятельница. — Но уверена, что свежий деревенский воздух и долгая дорога поубавят ее пыл, да и силой она не обделена, поможет вам с вашими обязанностями.

— Это мы посмотрим, — изучающий взгляд магессы чувствовался кожей, — посмотрим. Что ж, в ваших бумагах я расписалась, и…

— Да, конечно. Сейчас, — Настоятельница принялась копаться во вместительной поясной сумке.

Агата против воли сглотнула. Она хорошо понимала, что сейчас будет. Понимала, не боялась, но….

Настоятельница звякнула крышной. Агата краем глаза видела, как открылась крошечная коробочка с тонким ободком-кольцом внутри. Глава Алебастровой Цитадели сжала кольцо в кулаке и бросила короткое:

— Боль!

В следующую секунду от солнечного сплетения Агаты, от того места, где красовалась Печать, разлетелись красные всполохи. Разлетелись, ударяя по нервам, вырывая из горла стон, заставляя повалиться на пол и дергать ногами и руками в агонии, разбирающей тело. Кинжал выпал из-за пояса, деревянный меч на боку хрустнул…

Сознание Агаты заполнила боль. Лишь крошечная незатронутая ей часть призывала стиснуть зубы посильнее. Как можно сильнее. И плевать, что так они сотрутся в порошок. Краем уха она слышала, как магесса с ощутимым холодком в голосе бросила:

— Достаточно, отпустите ее.

— Уверены?

— Да.

— Как скажете.

Боль исчезла, оставив после себя одни отголоски и нежелание двигаться. Но позволить себе валяться на полу Агата не могла. Она медленно, стараясь выровнять дыхание и прогнать мельтешащие перед глазами красные и черные точки, встала на четвереньки. Сделала несколько глубоких вдохов и поднялась на ноги. Да, мир подрагивал, но валяться у ног Настоятельницы и собственного Владельца — перебор.

— Полный контроль, — глава Цитадели протянула кольцо магессе, — боль отрезвляет лучше всего, но вы можете отдать любой приказ. Мысленно, это мне нужно говорить вслух. Впрочем, вы это и сами знаете.

— Знаю, — ровно откликнулась Лиана, — и вы могли бы обойтись и без демонстрации. В Черной Цитадели справились и так.

— О, так действеннее. К тому же, как я понимаю, Клинок из Черной Цитадели затупился, не так ли?

— Думаю, пятнадцать лет для той израненной девочки, Натальи, были хорошим сроком. Я сожалею о ее смерти. И замечу, что не было никаких проблем и без подобных методов.

— Все зависит от материала Клинка. Некоторый приходит с браком, от которого не избавится. Впрочем, думаю, вам предстоит самой все оценить. Контракт обновлен, сейчас я внесу уточнения, вам останется только приложить оттиск силы — и можете забирать ее.