– Ну тоже дело хорошее, – смягчилась Катя. – А как у вас сегодня всё прошло?

– Не такой уж Златогорский и нудный, – пожала плечами Алла, включаясь в разговор. – Довольно приятный мужчина.

– А я и не говорила, что он неприятный, – возражающе закачала головой второкурсница. – Я говорила, что он… без тормозов. Златогорский может часами рассказывать про историю города, и это будет невероятно захватывающе. Просто, если ты стоишь на линейке под палящим солнцем, даже самое интересное становится утомительным. Что он там вам в этот раз наболтал?

– В целом, всё по намеченной тобой программе, – задумчиво произнесла Маша. Она собирала сумку для первого учебного дня и вот уже десять минут не могла определиться, какую тетрадь взять.

Катя хмыкнула и плюхнулась на свою кровать, поджав под себя ноги:

– «Лихославль хранит тайны», «мы – спасатели истории» и что-то про исключительность его музея?

–Его? – удивилась Маша, проигнорировав вопрос.

– Ну да. Он же мэр города, поэтому музей был открыт по его инициативе и при его полнейшей финансовой поддержке. Так что в целом, это частная коллекция Златогорского.

– Крутой дядька! – Алла одобрительно кивнула. – Хочу так, когда вырасту!

Девчонки засмеялись, но их прервал настойчивый стук в дверь.

– Войдите! – крикнула Катя.

На пороге показался Ваня. В одной руке он держал несколько сложенных листов, а в другой телефон.

– Не помешал?

– Помешал конечно! – Второкурсница театрально закатила глаза. – Заходи, раз пришёл. Чай будешь?

– Не, я на минуту, – сказал он, переступая порог и повернулся к Маше и Алле. – Принёс вам расписание и справки, которые на первое время заменят вам студаки. Эту табличку вообще уже в чат скинули, но я решил, что бумажный вариант надёжнее.

– Вот это забота, – протянула Катя. – А я-то думала, ты исключительно по личным делам пришёл. Соскучился…

Ваня бросил на неё быстрый взгляд.

– Катя.

– Молчу-молчу.

Алла тихо хихикнула, а Маша отметила, что между этими двумя есть какая-то химия.

«Хотя, скорее, это тянет на вайб супружеской пары, прожившей вместе лет двадцать», – тут же подумала она.

Ваня протянул первокурсницам листы.

– И ещё, – добавил он тише и посмотрел на Краснову. – Маш, я забыл сказать: если в субботу ничего не изменится, я зайду за тобой около десяти.

Алла приподняла бровь. Катя медленно перевела взгляд на Машу, а та вспомнила кофейню: Настю, Ваню, их тихий разговор, и совершенно неожиданно почувствовала себя так, будто делает что-то неправильное.

– Да, – всё же кивнула она, мечтая провалиться сквозь землю, только бы избежать любопытного взгляда Кати. – Хорошо.

Куратор поздно осознал, что сказанное звучит слишком интересно для местных сплетниц и попытался исправить ситуацию:

– Мы договорились, что я покажу Маше старый парк и знаменитый трёхсотлетний дуб, – пояснил он. – А то потом начнутся пары, задания, и так и отложится всё до следующего года.

– Такого допустить нельзя, – серьёзно помотала головой Катя. – Некоторые вещи ждать не могут. Особенно взаимодействие человека и дерева.

– Катя! – возмутились одновременно Маша и Ваня.

– Что? Я поддерживаю ваш интерес к ботанике.

– Ладно, я пойду… – Куратор выбрал наиболее простой путь решения возникшей проблемы. – Не буду больше вам мешать.

– Правильно, – кивнула второкурсница. – Иди. Мы тут как раз собирались тебя обсуждать. При тебе как-то неудобно.

– Не на-а-адо…

– Поздно.

Ваня, осознав, что совсем не исправил ситуацию, покачал головой и вышел. Несколько секунд в комнате стояла тишина, а затем Катя с широкой улыбкой, предвкушая интересную историю, перебралась на кровать Маши. Алла повторила её действие.

– И что это сейчас было? Рассказывай.

–Что рассказывать?

– Чего ты сразу не поделилась с нами, что увлекаешься ботаникой? – улыбнулась Алла.

– Угу, – закивала Катя. – И главное, что Ванька-то оказывается тоже в этом спец! Вот это будет великая история любви: он, она и дерево.

– Он куратор! Мы знакомы второй день! Какая история любви? – возразила Маша.

– Молодёжь сейчас постоянно куда-то торопится, – запричитала Катька, точно бабулечки с лихославльской остановки.

– Ка-атя-я-я, – Маша закрыла лицо руками. – Пожалуйста.

– Ладно, ладно. Не буду. – Она сделала паузу. – Но Ваньке ты определённо симпатична.

– С чего ты взяла?

– Потому что я его знаю. Ваня – человек хороший, но в вопросах романтики…

– Что? – заинтересовалась Алла.

– Он вообще ничего не понимает в девушках! Вокруг него девчонки могут ходить несколько месяцев, а он потом подойдёт комне, да спросит: «Как думаешь, она со мной дружить хочет?»

Соседки прыснули со смеху.

– Неужели он такой? – уточнила Маша, вспоминая то, что видела в кофейне. Там явно сидел другой человек, вполне уверенный в себе и своих действиях.

– Ещё хуже. В прошлом году девочка из параллельной группы специально записалась с ним в один проект, провела там два месяца, потом сама позвала его гулять. Он сказал: «Конечно, пойдём! Остальных ребят тоже позовём».

– Не-е-ет! – Маша рассмеялась. – Быть не может!

– Может. Девочка потом перешла в другую проектную группу, а я до сих пор не знаю, что для Ваньки было обиднее: потерять потенциальную любовь или вполне реальные рабочие руки. Так что, поверь, я что-то в его симпатии смыслю и ко мне можно обращаться с вопросами по Ванялогии, – Катя самодовольно смахнула волосы назад. – Это, наверное, единственный предмет, с которым я могу вам помочь.

Алла рассмеялась, а Маша залилась краской и тут же попыталась перевести тему:

– Думаю, это не понадобится. Я сегодня тако-о-ое видела!

– Какое? – прищурилась Алла.

– Ваня сидел в «Корнях» вместе с твоей новой подружкой, – выдала Маша. – Выглядели они со стороны очень… не как друзья.

– С Настей?

– С Мышкиной? – Катя удивлённо перебила соседку. – Она поступила?

– Да. С нами будет учиться. А ты её знаешь?

– В маленьком городе все всех знают. Или хотя бы знают того, кто знает человека, который всех знает. – Второкурсница сделала глоток чая под пристальными взглядами соседок и всё же пояснила: – Настя местная и ходила на подготовительные курсы. Симпатичная девчонка. Немного… своеобразная.

– Мне показалось, что она обычная, – хмыкнула Алла и нахмурилась. – Только поболтать любит и краёв в этом вопросе не чувствует.

– Ну да, – кивнула Катя. – Она такая милашка типа… И кроме поболтать ещё любит Ваню.

– Они встречаются? – зачем-то уточнила Маша и тут же схлопотала внимательный взгляд Кати.

– Нет, насколько я знаю.

– Но ты же сказала…

– Я имела в виду, что Настя к нему тянется.

– А он? – расспрос продолжила Алла.

– А он – Ваня, – развела руками второкурсница. – Честно говоря, он не докладывает мне абсолютно всё, и поэтому я хочу знать, что было в кофейне-то? Рассказывай давай, я ж сейчас лопну от интереса!

Разговор о делах амурных затянулся на весь вечер. Катя строила теории, тут же сама их разрушала, вспоминала старые истории о Ване и несколько раз подчёркивала, что в общем-то свечку не держала. Алла пыталась рассуждать логически, а Маша делала вид, что эта тема её совершенно не интересует, но почему-то запоминала каждое слово.

К часу ночи Настя превратилась в женщину-загадку, Ваня обзавёлся десятком предполагаемых поклонниц, а Маша убедилась, что в маленьком городе личная жизнь считается общественным достоянием.

Наутро невыспавшиеся сплетницы в спешке собирались на занятия. Маша и Алла помнили совет куратора прийти пораньше, чтобы не попасть в чёрные списки преподавателя по истории в первый же день.

– Девчонки, не паникуйте, я вам покажу нужную аудиторию. Сэкономите время, так что голову можете мыть спокойно.

Но очередь в душ всё же внесла свои коррективы в идеальный план Кати.