– Настя! – обернулся он.

– Ты всё-таки стал куратором!

– А ты всё-таки поступила! Тебя не было в списках…

– Я принесла согласие на зачисление позже, поэтому произошла такая заминка…

Настя сказала что-то ещё и засмеялась, но музыканты снова заиграли, и Маша не расслышала слов.

Затем выступили представители студенческих клубов и отрядов, каждый рассказывал, что именно их общество самое дружное, сплочённое и активное. Подтверждением тому были номера, которые они готовили: старшекурсники пели, танцевали, показывали юмористические сценки – словом, старались привлечь свежую кровь всеми способами.

– Да уж, Катя была права: это долго… – Алла будто из-под земли возникла, дёрнув соседку по комнате за рукав.

– Ага, – выдохнула Маша и снова покосилась на блондинку, было в ней что-то странное.

– Это Настя, – сказала Алла, проследив за взглядом. Девушка, приковавшая внимание, явно услышала их и отвлеклась от происходящего на сцене. Она вполне приветливо улыбнулась и махнула рукой.

– А я Маша, – кивнула Краснова в ответ и уже была готова смотреть на танец студенческого педагогического отряда дальше, как новая знакомая подошла к ней.

– Это ты та девчонка, которая приехала из Питера? – спросила она.

«Как быстро тут разлетается информация», – подумала Маша.

– Да. А ты откуда?

– Я местная. – Настя пожала плечами, будто это было очевидно.

– Мне нравится Лихославль, – зачем-то сказала Маша, пытаясь поддержать довольно натянутый диалог.

– Да, он уютный. Иногда мне кажется, что я чувствую особую связь с городом, он как будто со мной разговаривает, поэтому решила не уезжать отсюда…

Маша воздержалась от комментариев и только вежливо улыбнулась, но что-то в этих словах зацепило её. Ведь вчера она тоже ощущала нечто похожее. Только Настя говорила об этом легко, почти романтично, а Маше почему-то вспомнился голос, позвавший её на остановке.

Спустя час линейка подошла к концу. Ведущий поблагодарил всех за внимание, а директор попросил далеко не уходить и дождаться наставлений кураторов.

– Ну что, – Ваня подошёл к своей группе. – Все живы? Не уснули?

– Мы были близки к этому, – засмеялся кто-то из ребят.

– Отлично, значит, выносливые! – Куратор улыбнулся. – А теперь слушаем. Завтра первая пара – лекция по истории реставрации. Приходите на полчаса раньше, чтобы найти аудиторию. Сергеева опозданий не любит, и я бы даже сказал не прощает. – Он подмигнул и перешёл на серьёзный тон. – А пока... я предлагаю небольшую экскурсию по корпусу. Покажу вам, где всё находится, чтобы вы не заблудились.

Группа одобрительно загудела. Маша оглянулась в поисках Аллы и увидела, что она снова разговаривает с Настей. Та что-то оживлённо рассказывала, жестикулируя, а Алла кивала, но по её лицу было видно, что ей не очень комфортно.

– Что, увели твою подружку? – послышался незнакомый голос. Рядом с Машей стояла симпатичная девушка, чуть выше неё ростом, с длинными волосами, сплетёнными в плотную косу. Она напоминала Василису Прекрасную с известной картины.

– Н-нет… У меня ещё нет тут подруг, мы просто соседки по комнате.

– Общага, значит, – понимающе улыбнулась девушка. – Меня Варя зовут, а ты та самая странная Маша?

– Откуда ты знаешь моё имя? И почему странная?

– Да тебя тут все обсуждают! Местным кажется странным, что можно променять большой и красивый Санкт-Петербург на маленький и… ну, пусть будет симпатичный Лихославль.

– Ну, значит, я та самая странная Маша. Здесь просто сильная школа реставрации, – уже в который раз повторила она.

– И музей, – добавила Варя. – Все, кто сюда поступают, сначала делают вид, что пришли исключительно за знаниями, а потом мечтают попасть в мастерские.

– А ты тоже?

– Я ещё не решила, кем хочу стать, – призналась девушка. – Но работать с музейными коллекциями точно было бы интересно. – Она задумчиво сузила глаза, а затем сказала: – Ты мне не кажешься странной.

– Спасибо… – ответила Маша, не зная как на такое реагировать. – А ты не местная?

– Местная. Просто нормальная, – хихикнула Варя, и тут же, не дав одногруппнице и слова вставить, добавила: – Идём, сейчас отобъёмся от всех, потом ещё месяц не разберёмся, где тут что.

Она, схватив Машу за руку, потащила её вперёд, даже не дав опомниться.

«Интересно, она всегда такая шустрая?» – только и пронеслось в голове.

Ваня вёл их по коридорам, рассказывая про аудитории и показывая местные достопримечательности: старую лестницу с резными перилами, портрет основателя университета, который, по его словам, смотрел на студентов с осуждением, и огромную столовую, сохранившуюся благодаря реставраторам, в первозданном виде.

– А вот здесь была мастерская, – говорил Ваня, проходя мимо высокой двери. – Сейчас её перенесли в другой корпус, но раньше студенты тут сутками сидели.

– И ты, конечно, тоже? – спросила Настя и мило улыбнулась.

– Я вообще образцовый студент.

– Не верю.

– Правильно делаешь.

Группа рассмеялась.

– А сейчас самое главное, – сказал он, остановившись в узком коридоре у двойных деревянных дверей, украшенных резными элементами. – Здесь у нас библиотека. Но не простая, а с секретом. Если найдёте нужную книгу, она может рассказать больше, чем любой преподаватель. Но это только для тех, кто умеет слушать. – Его взгляд был абсолютно серьёзным.

– Слушать книги? – удивилась Алла.

– Книги, здания, старые стены, – Ваня пожал плечами. – В Лихославле всё дышит. Просто не все это замечают.

Первокурсники с интересом слушали куратора и старались заглянуть в приоткрытую дверь, чтобы увидеть те самые чудесные книги. На несколько мгновений повисла тишина. И Маша вдруг отчётливо услышала шорох, будто кто-то медленно переворачивал страницы. Она посмотрела в тёмный проём библиотеки, но за дверью никого не было. Звук повторился, а затем Ваня рассмеялся:

– Боже, вы бы видели сейчас свои лица. Я же прикалываюсь! Вы теперь студенты! Не верьте во всякую фигню, проверяйте информацию! Фактчекинг всему голова!

Несколько человек рассмеялись, видимо, оценив розыгрыш. Варя фыркнула и закатила глаза.

– Неужели правда кто-то ему поверил? – шепнула она Маше, и та пожала плечами. Шорох больше не повторялся. Маша задержалась у дверей библиотеки на мгновение дольше, чем следовало.

– Краснова, ты идёшь? – обернулся Ваня.

– Да.

Она поспешила за группой. Ваня рассказывал о преподавателях, о том, у кого можно попробовать списать, а у кого даже не стоит пытаться, о том, где самый вкусный кофе в Лихославле и где лучше отдыхать после пар.

Когда тур по кампусу был завершён, студенты быстро разбрелись, разбившись на небольшие группки. Настя так и продолжала о чём-то оживлённо общаться с Аллой, Лёша стоял с тремя другими одногруппниками, с которыми Маша ещё не успела познакомиться, а Варя куда-то исчезла.

Маша задержалась у выхода, глядя на старый герб с дубом. Ветви казались живыми, будто они тянулись в стороны, обнимая весь фасад. Внизу, почти скрытые резьбой, виднелись длинные корни. Это страшно напоминало ей сон.

– Нравится? – раздался голос справа.

Маша обернулась. Рядом стоял куратор. Он улыбался мягко, по-доброму.

– Да, – ответила Маша. – Красиво. Дуб... он как будто настоящий.

– Это, кстати, не просто дерево, – Ваня посмотрел на герб. – Это символ города. В старом парке есть трёхсотлетний дуб. Говорят, что под ним когда-то собирались старейшины и решали судьбы Лихославля. А корни его уходят так глубоко, что достают до подземных источников.

– Звучит как легенда, – заметила Маша.

– Может быть, – он пожал плечами. – Честно говоря, город настолько старый и настолько эту старину местные пытаются сохранить, что я не удивлюсь, если они до сих пор у этого дуба хороводы водят.

Маша хихикнула, представив себе тайное собрание людей в длинных балахонах.

– Надо будет сходить и посмотреть, – добавила она, поняв, что куратор её мыслей не слышит.