– Какой музей? – тут же заинтересовалась Маша.

Катя взглянула на неё так, будто соседка задала самый глупый вопрос из всех возможных.

– Музей русской культуры. Главная достопримечательность Лихославля, между прочим. Ты разве не читала про него, когда поступала?

– Я читала! – активно закивала Алла, воодушевляясь. – Там такая коллекция, что люди из больших городов приезжают смотреть! И реставрационные мастерские для студентов! Говорят, попасть туда на практику – это как получить золотой билет на шоколадную фабрику.

– Вот! – одобрительно указала Катя на девчонку. – Бери пример по поиску информации! Попасть в музей правда сложно, но очень престижно. Каждый год несколько человек пытаются туда устроиться.

– И ты? – уточнила Маша.

– И я. Но пока не получилось…

Маша снова посмотрела на корпус. Она слышала о музее ещё до поступления, но тогда эта информация казалась одной из множества строчек в буклете университета. Теперь же мысль о настоящих реставрационных мастерских, старинных предметах и возможности когда-нибудь работать с ними неожиданно заставила сердце забиться чаще.

– Ладно, – Катя махнула рукой, – тут вы уже не потеряетесь, а я побежала. Удачи вам! Если что я на втором этаже, аудитория двести тринадцать, – подмигнула она и исчезла в потоке старшекурсников.

Площадь перед главным корпусом была заполнена взволнованными студентами. Воздух дрожал от голосов, смеха и музыки. Оркестр играл что-то бодрое и торжественное. Алла заворожённо задержалась рядом с ним, и Маше тоже пришлось остановиться. Она заметила, что девушка на мгновение прикрыла глаза, будто впитывая каждую ноту. Музыка проходила сквозь неё, и на лице Аллы отразилось абсолютное спокойствие, какого Маша ещё не замечала в этой суете.

«Видимо, музыка для неё так же важна, как для меня история», – подметила она удовлетворённо. По-настоящему увлечённые люди ей всегда были интересны.

Кураторы пытались собрать свои группы, поднимая таблички с номерами над толпой.

– А какая у нас группа? – спросила Алла, дёрнув Машу за рукав блузки. Та пожала плечами: то ли она пропустила такую важную информацию, то ли им действительно забыли это сообщить. – Что же нам теперь делать?

– Не паниковать, – сказал кто-то, стоявший за ними, и девушки одновременно развернулись к говорящему. Ваня широко улыбался и держал в руках табличку с надписью «Р–26».

– Ваня! – с облегчением выдохнула Алла.

– Всё верно, собственной персоной, – кивнул куратор. – Давайте быстрее к остальным ребятам! У нас же линейка как никак!

Он повёл их через толпу к небольшому пятачку, где уже стояли их одногруппники. Маша поймала себя на мысли, что как только появился куратор, она расслабилась. Ваня говорил уверенно, легко ориентировался в толпе и, кажется, совершенно не волновался. Рядом с ним происходящее вдруг перестало быть таким пугающим. Теперь ничего не мешало ей насладиться первым днём взрослой жизни.

– Ребята, смотрите кого я вам привёл! – сказал Ваня, останавливаясь. – Это Маша и Алла. И-и-и… – Он быстро просмотрел список в планшете. – Группа в полном составе!

В ответ раздался десяток приветствий. Маша оглядела ребят: их было человек пятнадцать. Первым в глаза бросился высокий парень с приятным лицом. Если бы не его добрый взгляд и мягкая улыбка, она бы наверняка до конца учёбы и на пушечный выстрел к нему не подошла. Он, видимо, почувствовал, что его рассматривают.

– Я Лёша, – протянул он руку. – Попов.

– Маша… – ответила она, пожимая широкую ладонь. – Краснова.

– Рад знакомству. Если что, я тоже пока ничего здесь не знаю, так что можем заблудиться вместе, – улыбнулся он.

Девушка хихикнула в ответ и сразу подумала, что с этим парнем стоит подружиться.

Вдруг музыканты остановились, и голоса в толпе начали затихать. На сцену поднялся молодой человек, немного постарше, чем Маша, и радостно объявил в микрофон:

– С приветственным словом выступает мэр города Лихославля и по совместительству директор нашего филиала университета – Константин Сергеевич Златогорский!

Студенты зааплодировали, кураторы одобряюще засвистели, а затем повисла тишина. Даже те студенты, которые ещё минуту назад пытались незаметно протиснуться к выходу, остановились и повернулись к сцене, куда поднялся высокий мужчина средних лет в тёмно-синем костюме. Он был седовласым, но двигался легко и уверенно, как человек, привыкший находиться в центре внимания. На груди у него блестел значок с гербом университета, таким же, как на фасаде, а в руках он держал небольшую папку.

– Доброе утро, студенты! – разнёсся его голос – низкий, бархатный, с лёгкой хрипотцой. – Как настроение? Готовы к великим делам?

Толпа вновь зааплодировала. Златогорский улыбнулся, словно видел каждого из стоящих перед ним людей.

– Мы все рады приветствовать первокурсников, выбравших такую важную специальность! – Константин Сергеевич указал на окна корпуса, из которых торчали с десяток любопытных лиц. – Реставрация – это не просто профессия. Это диалог со временем. Мы восстанавливаем не здания и предметы, а возвращаем голос тем, кто жил до нас, сохраняем их память. И вы, – он указал на толпу вдохновлённых студентов, – станете теми, кто продолжит этот разговор.

Маша затаила дыхание. Его слова отзывались чем-то важным. Ей казалось, что директор говорит именно с ней, и на секунду у неё зашумело в ушах, будто она услышала эхо множества голосов сразу. В этот момент ей казалось, что ветер внезапно стих, город затаил дыхание, а облака неподвижно застыли в небе. Она нахмурилась и машинально огляделась. Никто, кажется, ничего необычного не заметил. Все вокруг внимали словам Златогорского.

– Кроме того, прекрасно, что вы выбрали именно наш филиал. Кто-то скажет: зачем ехать в маленький городишко, когда есть Москва и Санкт-Петербург? И в чём-то, может, будут правы. Но при этом крупно ошибутся… Лихославль – удивительное место, – продолжил Златогорский. – Он хранит в себе больше тайн и интересных историй, чем вы можете представить. Помните об этом, когда приступите к своей работе.

Он сделал небольшую паузу.

– Именно здесь, в Лихославле, находится один из крупнейших в стране музеев русской культуры. Да и сам город похож на музей, вы обязательно во время прогулок встретите деревянные дома, советскую и современную застройку, памятники и колонны, арт-объекты. Обращайте на них внимание. Ну и конечно, загляните в музей, где вас ждут старинные иконы, народный костюм, предметы быта, рукописи… Всё это могло исчезнуть, если бы не наша профессия. Я надеюсь, что через несколько лет кто-то из вас будет работать в музейных мастерских и восстанавливать памятники Лихославля, а кто-то отправится в другие города. Но об этом мы поговорим с вами позже. А пока поздравляю вас с началом нового учебного года. Успехов!

Одобрительный гул пронёсся по толпе, и Маша украдкой взглянула на своих одногруппников и куратора. Лёша будто вытянулся ещё сильнее и гордо расправил плечи, во взгляде Аллы читалось восхищение, а Ваня довольно улыбался, показывая, что разделяет позицию Златогорского.

– А теперь позвольте представить вам тех, кто всегда придёт на помощь! – объявил директор. – Ваши кураторы помогут освоиться в университете, ответят на вопросы и расскажут, какая еда в столовой самая вкусная. А надо отметить, нас здесь неплохо кормят.

Смех смешался с аплодисментами, и на сцену вышли несколько студентов старших курсов. Ваня тоже занял место среди них. Он коротко улыбнулся в сторону группы, и Маша заметила, как симпатичная блондинка, стоявшая рядом с Аллой, тут же выпрямилась и начала поправлять волосы. Каждый куратор произнёс пару напутственных слов: кто-то шутил, кто-то советовал серьёзно относиться к учёбе, но всё сводилось к тому, что студенческие годы – лучшее время для творчества и самореализации.

Как только Ваня спустился со сцены, та самая симпатичная блондинка окликнула его:

– Вань!

Маша повернула голову.

Девчонка активно махала ему рукой.