— Как близко город к границе?

— Примерно в восьмидесяти километрах.

Я мысленно прикинул цифру. Восемьдесят километров по пустыне на своих двоих — расстояние запредельное. С другой стороны, если прикинуть относительно бескрайних пустошей, где вокруг на сотни вёрст — ни капли воды и пищи, это ещё «цветочки». Жить захочешь — побежишь, тут к гадалке не ходи. Только вот я подозреваю, что до самого города дезертиры редко дотягивают. Большая часть беглецов как раз и оседает в лапах стервятников, которые контролируют зону примерно в двадцати-сорока километрах от городской черты. Самое то расстояние, чтобы перехватить истощённого, испуганного зверя, у которого уже не осталось сил на сопротивление. Возможно что так они и пополняют свои ряды.

— Роза, под самыми опасными бандами стервятников ты имеешь в виду самых отбитых, правильно? Тех, которые идут на дело с упрямым упорством и вообще не считаются с жертвами?

Девушка внимательно на меня посмотрела и кивнула.

— Ты уже догадался, что у них там происходит?

— Есть соображения на этот счёт. Получается, они идут на риск вовсе не по призванию сердца. Я сильно подозреваю, что это обычные рабы. Бесправные смертники, которых отсылают на убой с единственной целью те, кто их контролирует.

— У тебя голова соображает, Бочка, — девушка подошла ближе и устроилась по-свойски, слегка потеснив Лидию. — Всё так. Только «пастухам» вовсе не обязательно держать их на цепи. Достаточно того, что за спиной у этих бедолаг нет вообще ничего: ни пайка, ни прописки, ни шанса уйти живыми. Им дают ржавые пушки, обещают миску баланды за удачный налёт — и пускают в лобовую. А сами кукловоды держатся на безопасном расстоянии и, внимательно наблюдая за картиной боя, ждут, пока мы спалим весь боезапас на эту биомассу.

— Как очевидец говоришь или по слухам знаешь? — Скворцова не стала долго терпеть такое отношение, обошла нас сбоку, плотно пристроившись ко мне слева, и бросила этот вопрос прямо в лицо Патрик.

Было видно, что Розе не хотелось отвечать на этот вопрос. И по этому поводу у меня была своя догадка.

— Было дело. Ходили в конвое много раз без проблем. Но пару раз мы на них нарвались. Отделались легким испугом. Но после одного случая… В общем всё пошло не так. Поэтому Чирик и турбирован у нас с братом. Спаслись только благодаря скорости. Гусей потеряли.

Этими словами она лишь подтвердила мои мысли. Вслух я ничего озвучивать не стал, но в уме сложил: Роза с братом в своё время крутились в вампирах, по своей сути будучи «расходниками» под немного другим соусом. И в конвой они ходили не по своей инициативе.

Лидия, всегда отличавшаяся практичностью и въедливостью к деталям, тут же сощурилась, перекладывая ключи в руке, и прямо спросила:

— А что будет в том случае, если мы потеряем этих самых гусей? Нам тогда не заплатят?

Роза только скривилась,

— Сама как думаешь? Естественно, что никто не заплатит. По условию мы ведь должны машины из точки «А» привезти в точку «Б». Нет груза — нет и денег.

— Штрафные санкции на нас наложат?

— Нет, — отрицательно помахала головой девушка, — Ничего подобного не будет. Но репутация в Консорциуме Песка резко упадет. Этого очень хочется избежать.

— Почему? В будущем могут возникнуть проблемы?

— Ещё какие. Наниматель тоже выбирает, какую группу ему взять. С низким рейтингом в самом начале наша группа обречена будет оставаться в списке аутсайдеров, которым только крохи будут доставаться со стола и самая грязная работа.

И вот тут я и понял, откуда шло такое недовольство вчера от Розы по поводу принятого братом заказа. Если отбросить ненужную болтовню в сторону, то всё вполне очевидно. Как говорится — встречают по одёжке. На самом деле, это мы с Лидией восприняли данное мероприятие — стать песчаниками — как инструмент, чтобы свободно передвигаться на вольных землях. Для Розы же было создание группы — значительным событием в жизни. Девушка прекрасно понимала, что для продвижения в этом ремесле стоит с самого начала зарабатывать репутацию, и всякие сомнительные заказы, наподобие этого, только могут поставить жирный крест в начале пути.

Естественно, ей это не понравилось. Так как существовал риск. И не мифический, а вполне оправданный. Влекущий в случае неудачи довольно серьёзные за собой последствия.

Но что тогда до Шипа? Разве он не понимал столь банальных истин? Конечно же понимал, только вот встретив Пельменя решил рискнуть, зная этого человека. То есть его ставка заранее была просчитана как необходимый риск? Он выбрал довольно дерзкий способ заявить о нас. И для чего он так поступил, мне кажется понятно.

Шип планирует увеличить нашу группу в ближайшем будущем. Он амбициозен. Его цель как можно быстрее и громче заявить о нас, чтобы мы заинтересовали других новичков в плане присоединения к нам.

Вот урод. Хотя скорее всего, что именно таким и должен быть лидер. Он, как тот носорог, стремительно двигался к своей цели, не оборачиваясь по сторонам и не спрашивая ни у кого совета. Только просчитался в самом начале, поставив всё на удачу.

Впрочем, злиться на Шипа сейчас было поздно и бессмысленно. Пока что мы в одной упряжке, и если его тараний метод пробить стены сработает, в выигрыше останутся все. А если нет… что ж, для этого у нас с Лидией всегда есть план «Б». Вопрос только в том, захочет ли сам Шип вовремя повернуть руль, когда запахнет жареным, или решит идти до конца, даже если под колесами останутся одни ошметки.

В этот момент из-за ангарных ворот показалась долговязая фигура Шипа. Он спешил к нам, поигрывая в пальцах папкой, в которой скорее всего были сопроводительные бумаги и пропуска от Пельменя. На его бритой черепушке под лучами палящего солнца поблескивал свежий пот, а белый грим слегка размазался от духоты.

— Кстати, Роза, — вспомнил я вопрос, который мне не давал покоя. — Почему вы с братом после ухода из вампиров по прежнему на лица накладываете грим?

— Не знаю, привычка наверное, — озадаченно ответила девушка пожёвывая губами.

Из прогноза погоды день сегодня обещали жаркий. Очень надеюсь, что жарко нам будет сегодня только от солнышка.

Мы держались в дороге по левую сторону от второго грузовика, а Шип с Розой шли впереди справа от первого. Такой порядок расстановки машин выбрали не случайно. Громозека никак не мог взять на себя роль первой скрипки в этом действии из-за того, что каши мало ел в детстве. Иногда на отдельных участках маршрута нужно было вырваться вперёд, визуально оценить обстановку, и для этого как минимум нужны были лошадки под капотом, как выразилась Лидия. В нашей группе только Чирику подобная задача была по зубам — Громозека о таком и мечтать не мог. Даже если бы и мог, Роза, в отличие от Лидии, местная и в этих делах имеет хоть какой-то опыт. Мы же со Скворцовой полные новички, так что толку от нас мало.

Под роспись из оружейки Пельменя нам выдали четыре автоматических винтовки М-96 и двенадцать рожков на сорок патронов в каждом. Откровенно сказать, как-то слишком жидко для конвоя, но оружейник парировал на мою высказанную вслух претензию достаточно точно: «Это ваши проблемы». Тут с ним полностью согласен.

Мы подвязались на работу без своего «инструмента». Что вообще может быть тупее этой затеи? Но теперь уже всё как есть. К тому же это оружие ещё надо будет вернуть.

Сидя на пассажирском кресле, я решил не терять времени даром и заняться делом — привести эти «прокатные» стволы в порядок и нормально их почистить и смазать. Всё равно особо заняться нечем: мы шли замыкающими, дорога была относительно спокойной, да и глазеть по сторонам на однообразный пустынный пейзаж быстро надоело. Неизвестно, в каком состоянии оружейник Пельменя хранил эти М-96 в своей каморке, а рассчитывать на осечку в самый неподходящий момент мне совсем не хотелось. Оружие любит уход, пусть даже оно и не твоё. К тому же его никто не проверял на исправность. Разобрать и посмотреть его техническое состояние тоже не будет лишним.