— Ты ведь понимаешь, что столько времени нам не дадут? Во-первых, этих гавриков хватятся, — пальцем указал в низ, — а во-вторых, поисковые дроны могут сюда скоро нагрянуть. Молчу уже о том, что нас элементарно могут сдать с потрохами местные за просто так.

— Всё я понимаю, только выбирать мне не из чего, — насупилась Скворцова. — Либо попытаться здесь продержаться и посмотреть, что будет, или пешком уходить. По моим предварительным расчётам, через часа два дроны будут рыскать и по окрестностям. Я просмотрела, как в это время тут все происходит. А также видела отчеты. Нас с тобой не объявили в розыск, пока что это все личная инициатива командования.

— То есть, ты уверенна, что на базе не хотят сор из избы выносить?

— Думаю дело совершенно не в этом, — почесала нос девушка, — Есть что-то в нас с тобой такое, что интересно командованию, потому они и не придают это дело огласке.

Беда. В моей голове уже началась полная каша. Куда не кинь, везде клин и какую тему не затронь, везде засада.

— Предлагаю всё же не рисковать и уйти пешком. Возьмём всё что сможем унести с собой, а там уже решим. И сейф трогать не станем, так как эта выходка принесёт больше проблем, чем уже есть.

Лидия скептически смерила меня взглядом не понимая, что я предлагаю.

— Пойми, — решил я всё же объяснить ей, — нам и так на пятки наступают, а если в этом сейфе действительно что-то ценное, так за нами ещё и местные увяжутся. Нам это с тобой нужно?

— Ярослав, ты странный, — девушка тяжело вздохнула и присела на диван. — Ты думаешь, то, что ты внизу устроил, просто так забудут? Стоит нам уйти, и они махнут рукой, мол, поцапались, с кем не бывает?

Честно признаться, именно так я и думал. Эта троица мелкая шушера и досталось им по делам. Никого из них не убил, значит и спрашивать с меня по большому счёту не за что. В том плане, что сильно искать не будут, дорогу я никому не перебежал.

— Я тут навела справки, как дела в этом городе обстоят, — качнула головой Лида. — Город делят между собой три ОПГ: Шашки, Вампиры и Рыбаки. Так вот, тот толстяк внизу — владелец местного ломбарда через дорогу. Все ломбарды в городе под Вампирами.

— Владелец ломбарда? Он то каким боком здесь оказался?

Лидия достала из кармана куртки того чернявого хлыща две банки с чем-то непонятным внутри.

— Это техническое серебро. Напайки с контактов, которые я собирала в тринадцатом ангаре с того металлолома, что был вокруг нас. Работа кропотливая, пришлось попотеть.

До меня дошло о чём она говорит,

— Так получается, ты хотела это серебро обменять на деньги и таким способом расплатиться на СТО?

— Всё верно, — кивнула она, — Вначале все шло хорошо, но потом, когда мужик в ломбарде взвесил серебро и предложил свою сумму я попросила, чтобы он немного подождал. Решила узнать у механиков на СТО, сколько потребуют за срочную работу, чтобы понимать, хватит мне денег расплатиться, или нет. А потом оказалось, что он пошёл за мной и слово за слово и всё… Вообще не понимаю, как до подобного дошло на ровном месте.

— Да что же тут непонятного? Ребятки не растерялись и решили забрать у тебя всё, включая твою жизнь. Наверное, перед этим спросили, под кем ходишь?

— Точно, — согласилась Лидия, — Был такой вопрос.

— Ну вот, ты ведь ответила им правду?

— Да, я сказала, что сама по себе.

— Вот после этих слов и они включили зеленый свет. Посмотрели, что ты одна, при деньгах, с машиной, да и сама собой хороша и пришли к естественному для себя выводу.

— Но как так можно? Неужели эти козлы совершенно ничего не боятся?

— А чего им бояться? — удивился я её негодованию, — Ты же с ними разговаривала и наверное, про между делом они спрашивали, одна ты, местная и всё такое.

Судя по выражению лица девушки, я попал точно в цель. Именно так всё и было, ей и подтверждать не нужно, сам всё вижу. И чтобы не мусолить эту тему, я перевел разговор на другую тему,

— А откуда информация по Омонимию? То есть про местные ОПГ и прочее?

— Из сети, — не задумываясь ответила она. — Всё из открытых источников и местных чатов. Пока ты дрых, я надолго засиживалась за терминалом, шерстила обстановку вокруг базы. В местных чатах много чего интересного можно найти, если знать, где и что искать. Союз не глушит их сети, потому что для государства там нет ничего ценного или секретного.

— Понятно, — тихо сказал я, мысленно отдавая должное Лиде.

По сути, она выбрала очень правильный источник. Все эти местные чаты состояли из сплетен и слухов на девяносто процентов, но если уметь отделять информационный мусор от зёрен, можно было за пару часов сложить чёткую картину того, что творится за забором базы.

Откровенно говоря, в успех этой самоубийственной затеи я не верил ни на грош. Сама мысль казалась настолько нелепой, что даже слов подобрать не получалось. Даже заикаться про «оптимизм» — всё равно что врать самому себе. От такого предприятия несло безнадегой за версту.

Чувствовал себя зверем, угодившим в стальной капкан, из которого нет выхода. Это лучшее описание, которое мне приходило на ум. По идее я мог просто бросить Лидию и двинуть куда глаза глядят. Так было логично и правильно. Но почему-то не мог. То есть не хотел. Причем это нежелание давило на упорство откуда-то из глубин моей души. Скворцова попросила меня о помощи, и я остался. По своему зову сердца. Здравый смысл в этот момент потешался надо мной, покручивая пальцем у виска, требуя немедленно сорваться с места и как можно быстрее бежать от этого проклятого места на все четыре стороны. Но что-то внутри — упрямое и глупое — требовало остаться. Или даже не так. Не остаться, а не бросать эту девушку…

Да! Так будет правильно сказать.

Твою мать! Неужели я влюбился? Или это чувства того Ярослава Бочкина, чьё тело я захватил? А потом, что значить “того” и совсем неуместно такое понятие как — “захватил”? Тело — продукт эксперимента. Сотни операций и приживления того старого я, от которого остался один мозг. Бочкин и я, это одно целое. Не существовало никогда в природе отдельно никакого Ярослава Бочкина. Не было такого человека. Сознание Бочкина, это моё сознание на минимальных настройках. Это — я. Ярослав Бочкин и Мартынов Сергей один и тот же человек. Не раздвоение личности, а … Чистый, невинный и без опыта жизни. Бочкин, как любил в своё время говорить Угрюмов, это первичный софт. Заводские настройки. Чистый лист, к которому не прикоснулась рука судьбы.

Да ну нахер. Опять понесло в какие-то экзистенциальные дебри. Пора возвращаться в реальность.

Лидия заявила, что ей понадобится четыре часа. Зная её натуру и инженерный склад ума, я прекрасно понимал: там, где четыре, без оглядки и зазрения совести нужно умножать на полтора, а то и на два. Поэтому здесь можно закладывать цифры более приближенные к реальности: шесть, а то и всех восемь часов.

Хотя в нашей ситуации такой роскоши в виде даже одного лишнего часа попросту не было. Вот именно. Даже один час был из области фантастики. Сюда по наши души обязательно заявятся, те с кем встречаться не хотелось бы. В этом не было никаких сомнений. Так что насчёт её задумки — большие сомнения.

Но в какой-то момент я просто махнул рукой на все тревожные звоночки. Захотелось сыграть ва-банк. Да хрен с ними со всеми. Будь как будет.

Подобные мысли были для меня в диковинку, но сейчас я по-своему кайфовал от этой внезапной бесшабашности. Когда осознанно прешь вопреки всякому здравому смыслу и чистой логике — это опьяняет. Ещё бы встроенный инстинкт самосохранения заткнулся и перестал зудеть как ворчливый дед, было бы вообще идеально.

Лидия спустилась вниз, к металлическому принтеру, бросив на ходу, что ей нужно выгрузить данные из паука и залить их в терминал. Речь шла о точных пропорциях и размерах нужных деталей для Громозеки. И как я понял, ей ещё нужно поискать какие-то композитные материалы, потом разобраться со сварочным аппаратом, подъёмником, перенастроить паука и тому подобное.