— Есть такие на складе? — снова перевел взгляд полковник на Варту.

— Имеется, выпишу, — сжав зубы, дала согласие Лютая, прекрасно понимая, какой это дефицит в нынешнее время.

Этим утром я проснулся совершенно в скверном расположении духа. Всю ночь мне снились цифры. Простые, однозначные числа. В строгой последовательности. Моя память повторяла их раз за разом, бесчисленное количество раз. Ровно сорок четыре цифры. До того самого момента, пока я не открыл глаза. От навязчивой мысли, что шла из глубин сознания, я избавился только в тот момент, когда вспомнил, что это заданный код.

Отличная ночка. Никакого отдыха. Башка просто раскалывалась на две части. Перед глазами туман и ещё этот металлический привкус крови во рту. Видимо, сосуды какие-то полопались от перенапряжения или ещё какая-то срань, которую не предусмотрел Угрюмов Данила Васильевич.

Удалось сбросить с себя вместе с одеялом остатки ночного сна только тогда, когда умылся холодной водой. Глядя на себя в зеркало во время чистки зубов, я потихоньку начал вспоминать. Моё отражение в зеркале мне откровенно не нравилось и наводило на определенные нехорошие мысли.

Угрюмов, старый мудак, просчитался, или что-то пошло не по плану. По идее моё тело должно соответствовать всем параметрам четырнадцатилетнего подростка. Но, глядя на свою рожу в зеркале, я со стопроцентной гарантией могу утверждать, что совершенно не выглядел на заявленные года.

Спустя несколько минут память начала восстанавливать последние события. Поздравляю Данила Васильевича, у него всё получилось, правда, как обычно, всё через задницу.

Кто-то где-то знатно напортачил, и вместо заявленного 2099 года я оказался далеко от этого числа. Нереально далеко. Так далеко, что даже представить себе не могу. Теперь вопрос: что делать дальше? А самое хреновое то, что миссию никто не отменял. Правда, имелся и один существенный плюс. Я на Марсе. Там, где и должен быть оказаться. Осталось только разыскать одну херобору и отключить установленный таймер.

Вопрос в другом: существует ли эта поебень в данный отрезок времени и работает ли она вообще? Короче, на всё про всё у меня сорок пять суток, чтобы как следует разобраться в этом вопросе.

Не найду в установленный срок — до свидания, товарищ Мартынов. Никто обо мне и не вспомнит. Просто потому, что вспоминать некого и нечего. Мартынова Сергея Николаевича никогда не существовало. Ни в той, ни в этой жизни. А насколько мне известно, обо мне знают только Угрюмов, Белкин и Севашко Константин Григорьевич — руководитель и куратор проекта. Вот только теперь у меня большой вопрос: живы ли эти товарищи на данный момент? Которые мне совсем не товарищи… Весьма сомнительно. Если они только тоже не решили запрыгнуть в этот поезд — «Снежную королеву», чтобы составить мне компанию. Но что-то я очень сомневаюсь, чтобы такие прагматичные люди прямо с пирона прыгали в весьма сомнительные поездку под названием — неизвестность.

Так ладно, все эти мысли стоит отложить на потом. Куда важнее определиться что по итогу я имею и в какой каше варюсь: Бочкин Ярослав Владимирович, обычный дурачок без амбиций и самоуважения.

В этот момент руки самопроизвольно потянулись к коленям. Сука! Меня вчера одна падла заставила стоять в углу на коленях на металлических шариках от подшипника. Эта дура вообще представляет, что это такое? Хотелось бы посмотреть на её рожу, поставь её на «моё» место вчера.

Кстати, насчёт неё и всей этой дружной компании. Очень странные дела получались, если внимательно присмотреться к тому, что происходило вокруг меня. Взять, к примеру, эту самую Гунько Елизавету, которая появилась из ниоткуда и непонятно зачем. Ладно «я» дурак-дураком, но вот соседка моя: неужели настолько наивная? Старший сержант, без роду и племени, якобы переведённая… назначена и.о. старшего механика пятого экспериментального взвода?

Ничего тупее в своей жизни не слышал.

Куда убедительнее прозвучало бы, если бы она назвалась старшим командиром именной ложки и вилки или капитаном ночного горшка. Как вообще такая дурость кому-то пришла в голову? Пятый экспериментальный механизированный взвод четвёртого звена разведроты. Звучит практически точно так же, как пятая экспериментальная нога собаки Павлова. Какой-то случайный набор слов, не имеющих под собой элементарной логики.

— Ярослав, ты долго там? Я в туалет хочу, — раздался требовательный голос Лидии за дверью.

Точно, Ярослав — это я. Это она ко мне сейчас обращается. В той самой манере, к которой привыкла. Надо подумать: отыгрывать мне дальше простодушного дурачка, или… А что «или»? В первую очередь стоит внимательно осмотреться, собрать информацию, а потом уже и думать.

— Ну ты долго там, Бочкин! Имей совесть, открывай давай, или я дверь выломаю.

«Выломает она», — усмехнулся про себя я. — «Молодец, девка боевая, напористая, не буду её с утра пораньше заставлять ждать».

До конца не уверен, но, по-моему, моя соседка начала что-то подозревать. Или моя физиономия меня выдавала, или Скворцова не была такой уж дурой, за которую себя выдавала, и подметила во мне кое-какие перемены. Я же как мог продолжал дальше отыгрывать свою роль, пытаясь особо никому не мозолить глаза своим присутствием.

Короче — делал то, что и всегда.

Сегодня должна была состояться запланированная тестовая обкатка меха на полигоне. Есть уже одобренная и утвержденная заявка от командования, подтверждено время и согласован план. Сто сорок первый вроде бы как немного довели до ума, но это пока всё в теории. Из разговоров Лиды и Лизы уловил, что в их планы сегодня входит проверка и обкатка основных маневровых функций передвижения, выход на маршевую скорость и движение по полосе препятствий. В общем, я на это нудное мероприятие приглашён не был, за что всем причастным огромное спасибо.

Машина рассчитана на двоих: пилота и стрелка. Только место стрелка займет сегодня Гунько, чтобы отслеживать в реальном времени показатели… ай, даже не буду перечислять, всё равно совершенно в этом не понимаю. Хотелось поумничать, но все эти термины — поворот оси, наклон шасси, распределение векторов тяги — для меня не больше, чем пустые слова. Вроде и понимаю, а запомнить всё и объяснить не могу. Просто не хочу. Нет желания этой ерундой страдать. Вся эта тягомотина с мехом для меня — просто декорации и не более.

У меня есть дела гораздо поважнее, чем заниматься списанным в утиль металлоломом.

Куда интереснее было отправиться в столовую после того, как я якобы ради спортивного интереса сделал небольшой кросс вокруг базы. Правда, «небольшой» — это уж слишком ласкательно-утешительное название, так как добрых два часа ушло на один кружок. Но главное другое: я наконец ознакомился с периметром базы, неспешно на бегу его изучая. Всё детально рассмотреть не удалось, но парочку интересных мест я для себя приметил — на них в будущем стоит обратить особое внимание.

Также отметил и небольшую странность. Во-первых, меня во время пробежки на протяжении всего маршрута постоянно сопровождал медицинский дрон. Это нервировало. Приходилось постоянно делать вид, что я тупой олень, который просто любуется марсианским пейзажем. Благо, что от Ярослава ничего другого и не ожидали. Этот парень уже успел зарекомендовать себя простодушным идиотом, который как верный цепной пес рад исполнить любую команду старшего по званию.

Так что тут Даниил Васильевич рассчитал всё правильно. Его методика и подход к делу, согласно его задумке, показали свою целесообразность. Изначально выставив себя полным дурачьем, ты добиваешься того, что никто от тебя не ожидает никакого подвоха. И главное — никто в мире тебя «расколоть» не сможет, к каким бы методикам и уловкам ни прибегали. Твоё подмененное сознание, кристально чистое, как у ребенка, при любых тестах и проверках просто не в состоянии выдать истинной сути.