Не знаю, как насчёт «всех», но один Чёрт имелся рядом, прямо в этой комнате. И идти к нему далеко не надо было — достаточно руку протянуть.

В итоге всё закончилось тем, что я просто сгрёб эту особо наглую девицу вместе с одеялом, подтянул к краю и без особых церемоний выкатил её прямо на пол.

Метод сработал безотказно. Оказавшись на жестком полу в тёплом коконе из одеяла, белоголовая особа всё-таки разлепила глаза и окончательно вернулась в реальность. Сидя на полу и хлопая ресницами, она явно пыталась сообразить, где находится и что вообще происходит.

Я же, не дав ей времени разразиться очередной тирадой, коротко бросил:

— Одежда на кровати. Умойся, почисти зубы и приведи себя в порядок. Я буду ждать внизу.

С этими словами я развернулся, обошёл через безмолвно замершего Чёрта и вышел из номера. Моя миссия няньки на этом отрезке утра была окончена — я пошёл завтракать.

Когда я спустился на первый этаж в столовую, то точно узнал, как выглядят две сонные мухи. И имена у этих мух были Роза и Шип. Родственнички, между прочим.

Вид у обоих был, конечно, моё почтение: сидели за столом в обнимку, уперевшись головами друг в друга с чашками горячего кофе. Перед ними на столе стояла остывшая и нетронутая яичница с тостами. Оба слипающимися глазами таращились в одну точку, и только по одному их виду было понятно, что они как никогда готовы к трудовым подвигам. Прямо все в нетерпении. Извелись бедолаги.

А ведь кому-то ещё за руль и целый день колесить.

Будучи самым здравомыслящим человеком, я пошёл на кухню в поисках лекарств. Получилось купить термос у поваров, в который налили горячий кофе. Цену за него загнули, в этом не сомневаюсь, но времени по магазинам бегать не было. И на этом спасибо.

Присев за стол к горе-выпивохам вчерашнего дня, я решил не беспокоить их больные головы лишними вопросами. Спустя пару минут я расправился с тремя порциями завтрака. Четвертую не трогал. Этим двоим «кусок в горло не лез». А я решил, что незачем добру пропадать раз уже всё равно за всё уплачено. Так что приговорить их завтраки для меня было плёвым делом.

Через минут десять со второго этажа спустилось явление Христа народу. Что сразу могу отметить: третья сонная муха нарисовалась на горизонте. Честно сказать я даже в какой-то момент начал переживать, а не слишком ли много ей ступенек придётся преодолеть. Но зря. Лидия справилась с поставленной задачей и ни разу не упала. Обошлось. Ночью у неё так исправно спать не получилось. Два раза с кровати точно падала. Знаю точно, так как сам поднимал.

Когда Лидия подошла к нашему столу, она, посмотрев на меня, тихо произнесла:

— Бочка, ты… это… — но до конца мысль так и не довела, устало опустившись на стул.

— Бочка — это я, тут ты не ошиблась, — улыбка сама собой расползлась по моему лицу.

— Нет, я не про то… Ты — да, ты Бочка. Спасибо тебе… как бы, за всё… Ну ты понял, — смущённо пробормотала она, ухватив чашку с кофе слегка дрожащими руками.

В назначенное место мы приехали вовремя. Нужно отдать должное девушкам: несмотря на их похмельное состояние, за всю дорогу ни один фонарный столб не пострадал.

Склад нашего уважаемого нанимателя — товарища Пельменя — располагался за городом, на пыльной, залитой утренним солнцем площадке. К моменту нашего прибытия машины были уже практически готовы к рейсу.

Два гигантских многоосных грузовика с массивными цистернами и характерным шахматным узором на броне стояли во дворе. Один серый, другой белый — у меня в голове сразу же закрутилось: «Два весёлых гуся…». А когда Роза ещё и обмолвилась, что эти монстры на местном сленге так и называют — «гусями», всё окончательно встало на свои места.

Закурив сигарету, я оперся на рифлёное крыло Громозеки, внимательно разглядывая оживлённый двор, где вокруг колёс суетились механики, а вдалеке сновали погрузчики. Шип тем временем ушёл к Пельменю за утверждённым маршрутом и сопроводительными бумагами.

— Не могу понять, почему именно «гуси», Роза? — спросил я у русоволосой умирающей мухи.

— Ты о чём? — вяло отозвалась она, прикрывая глаза от утреннего света.

— Ну я про название этих поросят на колёсах. Как по мне, им больше подошло бы что-нибудь из ряда кабанчиков или броневиков.

— Не страдай хернёй, Бочка, — отмахнулась от меня девушка. — Их так назвали потому, что принято говорить: «Щипать гусей». Вот их стервятники Гусями и назвали. Так и повелось.

— Роза, уточни пожалуйста ещё раз. Какая наша задача? Довести конвоем машины в указанную точку?

Девушка только кивнула головой.

— Но что насчёт стервятников? Нас ведь не просто так в конвой берут.

Патрик только пожала плечами и буднично ответила:

— Если стервятники на пути появятся, придётся отбиваться от них.

— Но чем? — искренне удивилась Лидия.

Услышав этот вопрос, я только рукой лицо закрыл. Всё ведь вчера по этому поводу досконально обговорили, но кто-то во время инструктажа явно отсутствовал — или, точнее сказать, витал в облаках.

Мой жест не остался без внимания. Лидия его заметила, только лишь недовольно на меня цыкнула.

На самом же деле вчера мы эту тему обсуждали вдоль и поперёк. Ситуация была следующая: Пельмень как наниматель должен был выдать нам вооружение. Помимо этого, к каждой машине прилагалось по два охранных дрона класса «Паук» — они очень напоминали нашего Чёрта, только в габаритах были куда меньше. Тем не менее, на их корпусах имелось вполне боеспособное огнестрельное оружие, лицензированное Консорциумом Песка, которое эти малыши могли пустить в ход в случае необходимости.

— А что с этими стервятниками? — решила Скворцова наверстать упущенное. — Они ведь тоже вооружены. Если прознают про наш маршрут, нападут? Я ведь так поняла, что это обыкновенные бандиты с дороги.

— Ага, именно для этого нас и наняли, — снова кивнула Роза.

— Опасно… — констатировала вслух Лидия.

— Ага, опасно, — зевая во весь рот, протянула та в ответ.

— Тебе вообще не страшно?

— Конечно, страшно, ты что, дура? Кто знает, на кого угораздит нарваться. В большей массе своей стервятники особой угрозы не представляют, но есть и особые экземпляры, которых стоит остерегаться. И как назло, они тусуются ближе всего к Бураскену.

По выражению лица Скворцовой я отметил, что до неё наконец-то в полной мере дошла вся опасность этой авантюры. И я её прекрасно понимал: наши машины были абсолютно не защищены и имели целый ряд уязвимых мест. Даже пули крупного калибра могли насквозь прошить корпус.

Лидия, прикинув всю ситуацию в уме, прямо спросила:

— А какова вероятность, что мы вообще встретим на пути этих самых стервятников?

Роза почесала подбородок, лениво потянулась и многозначительно выдала:

— Ну, примерно пятьдесят на пятьдесят.

— И мы согласились рискнуть своими жизнями за двадцать золотых? Из которых тридцать процентов ещё и Консорциум Песка заберёт? — не удержалась от возмущения Скворцова.

Патрик лишь снисходительно улыбнулась на её вопрос.

— Прикинь! Вот так мы и живём. Путь песчаника — он такой: тут не пироги со сливками за обе щеки уминают. А Пельмень, между прочим, хорошую плату обозначил. Обычно конвой так не балуют.

— Поняла, — мгновенно скисла Лидия.

Выпустив густую струйку табачного дыма, я решил уточнить у девушки одну деталь:

— Ты сказала, что самые опасные бармалеи тусуются в основном возле Бураскена. Это у них на постоянной основе так, или они кочуют с места на место и нам просто не повезло?

— Постоянно такая канитель, — нехотя ответила та. — Рядом с городом проходит граница ИЕН, вот все дезертиры и прочий сброд туда и стягиваются. Текучка у имперцев приличная. АрмияЕдиных Наций людей перемалывает быстро, а те, кому удаётся сбежать, жить как-то должны. Точнее — выживать. Вот они и организовываются в банды.