Это еще раз показало мне, что местные воины идут только за настоящей силой.

Я приказал Стражу Арканы следовать позади. Его могучая фигура придает моим словам больше веса.

У меня и Марцио много планов, но сначала нам нужно было устранить бардак в городе и установить новый порядок.

Зал Совета был раньше бальным залом, единственным в Форте, где окна широкие и высокие, наполняя пространство чистым светом и ощущением пространства.

Теперь здесь у стен собирались прихвостни и сопровождающие советников, покуда сами они собирались в центре, за огромным круглым дубовым столом, украшенным красным покрывалом.

Тринадцать человек самой разной внешности, достатка и положения, но каждый обладает хоть какой-то властью. Кто-то больше, кто-то меньше.

Сегодня здесь собрались одиннадцать. Церковь разрушена, их представителя нет. Гильдия Воров уничтожена, тоже самое.

Из самых влиятельных фракций Агилара только семья Вадельди остается столпом города, все остальные просто мелкие представители знати, купцов и древних сообществ ремесленников.

Как выразился Бальтазар, ознакомившись с этим — рыхлый песок, хаос власти там, где нужен мрамор порядка и четкость иерархии.

Они были тем, чем назывались — советниками. В более мелком смысле, всего лишь мнения тех, кто должен подсказывать правителю, но занимающие трон.

Далараном тоже управляет Совет Шести, это ненадолго обмануло Бальтазара, ожидающего подспудно чего-то большего и властного, чем оно оказалось на деле.

Марцио, в новом черно-красном костюме, постучал по столу костяшками пальцев.

— Тише, друзья.

Глава семьи Вадельди идеально выбрит, усы волосок к волоску, а на лице свежесть человека, который отлично выспался. Его цветущий вид привлекает внимание, но не больше, чем новое дополнение к советнику.

Укороченный плащ на левое плечо. Алый, как кровь, но с новым гербом — Золотым Глазом с тремя молниями вниз. Знак чужестранца, волшебника, перевернувшего Агилар вверх дном.

Что это значило? Все понимали, но не могли так легко смириться. Оттого и шепот, гулом раздражающий Марцио с той минуты, как он зашел в дверь.

— Тишина, прошу вас! — голос стал твердым, требовательным.

Теперь все действительно заткнулись.

— Сегодня мы не будем обсуждать мелочи: налоговые проценты, право на проезд телег по дорогам и гонение бродяг с основных улиц. Сегодня Совету предстоит решить важный вопрос, от которого зависит судьба и будущее Агилара.

Марцио обводит взглядом других советников, высоких и низких, щуплых или толстых, все разные, но никто не хочет встречаться с его глазами, пылающими золотом благодати и уверенностью, которой им не хватает.

— Все вы знаете, что изменилось. Ночь Крови. Ночь, когда пал Мараш, Гильдия Воров и Культ Конца, прятавшийся под нашим носом непонятно сколько лет. Мы очистились, друзья, но дорогой ценой. Церкви больше нет.

Эти слова, тревожные для всех верующих, наполнили зал скорбью и скрытым гневом к чудовищам, совершившим святотатство. Марцио дал всем несколько секунд и продолжил:

— Теперь у Агилара нет проблем с преступностью. Но у нас так же больше нет защитника. Нет громкого имени, внушающего страх окружающим силам. Нет лидера.

Советники неохотно переглядываются, понимая, к чему он ведет, но не желая это слышать. Марцио не дает им шансов отказаться, громко и четко говоря:

— Нам необходим правитель. С настоящей силой. Я дал лорду Бальтазару пост Советника Агилара. Он должен был стоять среди нас как равный…

Марцио презрительно усмехнулся, выражая свое отношение к этой идее.

— Я не буду поддерживать этот фарс. Пост был дан только для свободного допуска в Форт, чтобы господин Бальтазар мог спокойно проводить здесь свои исследования. Не более того. Советники — слуги города и народа. А мы же не хотим, чтобы такого человека ошибочно считали слугой, верно?

— К чему ты клонишь, Марцио? — пытается сбить его напор вопросом толстый советник.

Он одет в расшитый жемчугом дублет, а на толстых пальцах золотые кольца с драгоценными камнями. Если кто-то хотел увидеть человека, умеющего кичиться богатством, то ему надо было взглянуть на него.

— Огло, ты знаешь к чему. Лорд Бальтазар должен стать нашим правителем. По праву заслуг и силы. Это Агилар нуждается в нем прежде всего, а не он в Агиларе.

Советник Огло недовольно поморщился, отчего толстые морщины на лбу стали напоминать жирную лестницу.

— Ты сам сказал, он тоже советник. Мы все обладаем равной властью…

От дверей зал послышался громкий смешок. Удивленный и разозленный Огло повернулся туда и увидел то, чего не ожидал.

Меня. И свиту из двух воинов и Стража, способных за минуту превратить весь этот зал в бойню без моей помощи.

Марцио Вадельди, ничуть не удивленный, кивнул мне и спросил:

— Убедились, господин?

— Да, Марцио. Ты был прав.

В чем? Ну, я попросил его применить сначала мягкие методы, политику и логику. Посмотреть хотелось, как будет. Да и не привык я быть тираном.

Жаль. Придется привыкать вести дела по местному.

— П-почему вы врываетесь в зал… — начал было Огло.

Я не стал говорить банальности, типа я же тоже советник, ты сам говорил? Слова бесполезны. Щелкнул пальцами.

Под испуганными взглядами людей толстяк за секунду превратился в большую жирную овечку. Белую, пушистую. С очень тупым взглядом, без проблеска мысли. Овечка посмотрела на ближайшего советника, попробовала пожевать его за штанину. Бедняга отшатнулся в сторону с суеверным ужасом.

Не получившая желаемое овечка обиженно заблеяла на весь зал.

— Бе-е-е-е.

Я подошел ближе. Напуганные советники отходят от меня за спину развеселенного Марцио.

— Сначала я хотел по-мирному все решить. Но теперь понимаю, что это только добавило бы мне лишних проблем, работы и бесконечных разговоров с теми, с кем не надо договариваться, а надо приказывать.

Я щелкнул пальцами снова, отменяя трансфигурацию. Толстый советник оказался вновь в своем жирном образе человека, но стоящим на четвереньках. Он сразу все вспомнил, как вел себя в образе овцы. От ужаса толстяк побледнел, стал потеть.

— Есть еще желающие стать овцой и быть выброшенным на съедение волкам в лесу за городом?

Полная тишина.

— Хорошо. Тогда, в качестве формальности, я объявляю, что Бальтазар из Кирин-Тора завоевал этот город и все прилегающие земли. Теперь вы и все граждане Агилара — мои слуги и собственность. Кто-то против?

Я мысленно коснулся Руны внутри. Легкое давление превосходящего существа склонило головы быстрее любых уговоров. Теперь я учусь управлять новыми возможностями как надо.

В зале нет несогласных.

Среди зрителей есть сильные люди с Руной, но все они скорее приветствуют мои слова. Потомок варваров из стражи одобрительно кивает. Члены семьи Вадельди, все уже с накидками на плече с моим знаком.

Представители гильдий, знать, богатые купцы. Те, кто обладал силой или умом, никто из них не возражал. В конце концов, я был героем города по праву, пусть и совершившим всего один подвиг. Но это доказало мои наклонности к порядку и силу.

Марцио, довольный, как сытый кот, объявил:

— От имени Агилара я объявляю — город склоняется перед вами, лорд Бальтазар.

Он изящно поклонился, и все советники поспешно повторили это действие. Все, кто присутствовал, кроме моей свиты, склонились в поклоне. Даже толстяк быстро поднялся на ноги и поклонился как подобает, больше не смея даже громко дышать в моем присутствии.

Это чувство власти, этот вид, знаменующий преклонение целого города передо мной… Такого опыта я еще в жизни не испытывал.

Трудно описать словами тот трепет и удовольствие, что родились в груди и будоражили кровь, словно лучшее вино и зелье радости, смешанные один к одному.

Так ощущается победа завоевателя? Это… Опьяняет.

Несколько дней спустя.