Генрих пожал плечами, промолчав. Байка о реликвии зверолюдей из клана Пещерной Рощи ходила среди местных солдат Годрика так много лет, что стала обыденной. Но битва ради одного магического талисмана, пусть и редкого, не стоила того, чтобы с ними связываться.

Темные пещеры, прирученные стаи волков-людоедов и толпа зверолюдей — это далеко не то, с чем хотят столкнуться обычные солдаты.

Но теперь они не просто солдаты. Они мои руки, которые должны приносить всё, что меня заинтересует.

Это также мой экзамен для Альрика. Сможет ли он преодолеть это испытание, стать сильнее, чтобы стать вторым лидером при мне, подобно Генриху? По моим ощущениям, ему как раз немного не хватает победы над сильным врагом, чтобы получить свою первую Золотую Руну.

Что же, это его испытание и судьба. Буду просто надеяться.

Я не хочу просто кормить и держать при себе кучку дармоедов. А они знали, на что подписывались.

На следующий день.

Утром я отправил Генриха сообщить Марцио Вадельди о своем визите днем. Ближе к обеду я взял с собой свиту из четырех солдат и отправился в путь. Особняк Вадельди не так уж далеко, в конце Золотой улицы на севере, ближе к пирсам.

Город тих, но жизнь в нем еще упрямо горит. По дорогам ходят повозки, в магазинах толпятся люди, пробежала кошка, за ней стайка ребятишек с палками, улюлюкая и смеясь, унеслись в переулок.

Мы просто шли по улице, никакой угрозы или предупреждения…

Из теней переулка за углом, точно в мгновение промежутка шагов, ровно в такт движения в наши ряды вступил чужак.

Черная одежда, что сливается с тенями, черные вороньи перья украшают облегающий наряд. Капюшон и маска скрывают лицо.

Всего лишь долю секунды его скрывает тень дома, словно затянувшийся шлейф за спиной, замедляя реакцию солдат, но этого хватило.

Словно в танце он крутнулся мимо солдата, блеснул клинок, чиркнув по шее, рисуя кровавую вторую улыбку под подбородком.

Еще шаг, и он появился за моей спиной. Мой человек падает на землю, а я под угрозой смерти.

Все это я смог осознать только постфактум, как слайд времени, оставшийся только в памяти прошлого.

Чужая рука легла на мое плечо сзади, лезвие кинжала блеснуло, застыв у яремной вены.

Обманчиво добродушным тоном хрипловатый мужской голос звучит в ушах:

— Не двигайтесь, ублюдки. Или маг умрет!

Бедный солдат на земле, зажимающий хлыщущую кровь из горла и бьющийся в конвульсиях, только подтверждает уровень угрозы.

Солдаты застыли с руками, почти вытащившими оружие.

— Не нападайте, — мой спокойный тон голоса успокаивает нервы солдат. — Помогите Гельду, лей зелье прямо в рану. Его еще можно спасти.

Мужчины спохватились, быстро помогая павшему. Двое суетятся над ним, но последний все еще молча и угрожающе смотрит на убийцу за мной, держа руку на оружии и готовясь атаковать в любой момент.

Меня снова приятно удивляют их душевные качества. Да, застали врасплох, но они очень быстро от этого оправились, не показывают врагу ни грамма паники. Они не суетятся, как безголовые курицы, а молча выполняют приказы и выжидают момент.

Профессионализм, от которого мне все больше хочется сделать из них более могущественную армию, по-настоящему вложившись.

Я не считаю их виновными в том, что пропустили ко мне убийцу.

Я ощущаю его Руну. Уступает мне, но не сильно. Пятый уровень Золотой Руны.

Убийца не препятствует действиям солдат, спасающих товарища, он усмехнулся, скорее забавляясь моей бравадой и спокойствием.

— Тебе бы о себе беспокоиться, волшебник.

— Ты не сразу убил меня, — мои пальцы дернулись, рука чуть двинулась назад, на мгновение коснувшись темных одежд вора невесомо, как пылинка. — Кто ты? Чего хочешь?

Все это происходит прямо на оживленной улице города. Десятки людей замечают произошедшее, кто-то сразу быстро уходит, делая вид, что ничего не видел, кто-то украдкой наблюдает или прямо пялится.

Я замечаю в глазах горожан страх, узнавание и страх. Они знают, кто стоит за моей спиной. Скорее всего, это местная страшилка для детей — Принц Ворон.

И он пришел, чтобы устроить шоу.

Его громкие слова только подтверждают мои выводы:

— Я здесь с предупреждением для тебя. Мы — Гильдия Воров. Мы здесь настоящая власть. Я — власть. Понял, волшебник?

От названия Гильдии Воров еще больше людей начали почти бежать с улицы, не оглядываясь. В окнах домов дрожат шторы, люди за ними больше не смеют подглядывать.

Кинжал двинулся ближе к коже. Еще немного, и ощутил бы холод стали, кожа покрылась мурашками, рассеклась тонко, на волосок, капнула бы кровь. Угроза, самая прямая и примитивная.

Но ожидаемой реакции он не получает. Я не дрожу от страха.

Я показательно спокоен, дыхание ровное, голос менторский и поучительный:

— Власть? В моих глазах ты и подобные тебе далеки от подобного. Вы не принесли ни капли позитивного вклада в этот мир. Ты не страж покоя людей, не великий ученый, не умелый ремесленник, фермер и даже не дерьмовоз. Ты просто паразит, который вредит, иначе не умея выживать.

Я повернул голову так, чтобы увидеть серебристый глаз под капюшоном.

— Вот почему я назвал вас клоунами, а ты тут же послушно прибежал показаться.

Зрачок вора расширился. Да, тогда, отпугнув вора в номере, я не просто так обзывался, красиво стоя в лунном свете у открытого окна. Это была просто приманка, брошенная на удачу. Но на нее легко повелась крупная рыба.

Мышление подобных людей настолько примитивно, что не требует особых разгадок их мотивов. Авторитарное правление страха, что вынуждает их всегда и везде «держать лицо», подтверждать, что они владеют ситуацией.

Без этого страха они просто такие же люди, как и все, просто с ножом в руке и крысиным умением ползать по канавам, глядя, что могут украсть.

Никакие суровые внутренние правила, таинственные знаки, коды или маски не могут скрыть их гнилую суть. Просто люди-отбросы, выбравшие зарабатывать на чужом труде, хотя имеют сильные и ловкие тела, смекалку и возможности.

Я терпеть таких не могу. Потому что я сам выбрался с низов, из обычного простолюдина став уважаемым магом. И хоть всё пошло прахом, я сейчас ни с чем, но не стал же грабить путников на дорогах? Я поднимаюсь снова, веря в себя.

Я верю в то, что честный труд должен вознаграждаться, а люди, вкладывающие душу в свое дело, должны получать справедливую плату и иметь достоинство, которое они выковали своими руками.

Воры, убийцы, все они лишают честных людей того, что им полагается. Они обесценивают чужой труд и делают усилия насмешкой. Они и сами смеются, крадя чужое добро и хвастаясь тем, кто украл больше. А убийцы и того хуже, они забирают самое ценное — жизнь, за горсть монет в переулке.

Любой, кто романтизирует или уважает таких отбросов, болен и нуждается в лечении. И страх для этого не лекарство, а лишь добавка к болезни, питающее паразита.

Весь этот город болен, Агилар страдает.

Если я хочу назвать Агилар своим домом, то обязан вылечить его от этой напасти.

Вор под маской недоверчиво усмехнулся, а потом более хриплым, угрожающим тоном выплюнул:

— Ты смелый.

— И что ты с этим сделаешь, кусок троллиного дерьма?

На левой руке скрестились указательный и безымянный пальцы, импульс морозной маны бьет с кончиков пальцев в землю.

«Кольцо Льда»

Почти сразу земля под нами хрустнула от наплыва инея и холода, распространяясь от меня кольцом. Это простое и быстрое заклинание, ограничивающее подвижность ближайших врагов вокруг мага.

Его полезность для выживания начинающего мага так велика, что оно изучается одним из самых первых. Особенно когда еще не дорос до магических щитов, пространственной магии и нет защищающих фамильяров.

Нет заклинания лучше, когда пытаешься остановить врага или даже толпу врагов, которые двигаются по земле. А там уже, исходя из ситуации, бить врага или бежать самому.