— Может быть, ты прав, и нам стоит прибегнуть к другому союзу! Но для начала я, пожалуй, выпью вина! — я осушила бокал быстрыми глотками. Осуждала себя за это, необходимость была сильнее меня сейчас. Следом, довольный тем, что он придумал себе в своих фантазиях, он последовал моему примеру. Я забрала бокал и положила оба на тумбочку около кровати. Прошло несколько мучительно тянущихся секунд.

— И все-таки я добился своего! — Марсимус схватил мое запястье, приближая меня к себе ближе. Чувствовала на себе его противное дыхание, прикосновение тоже прожигало все внутри.

— Да, Марсимус, ты получишь то, что заслуживаешь! — я радостно смотрела на него, ведь это была чистая правда и радость, — я прошептала ему прямо в губы. Он открыл рот — и он замер, я откинула его назад на кровать, пока он не рухнул на пол. Подскочив, быстро вернула бокалы на место, промыв водой тот, что был с парализующим ядом. Накидку скинула, вернувшись к лежавшему без движения Марсимусу, злорадно улыбнулась.

— Ты сдохнешь, Марсимус, и будешь гореть в преисподней. Я буду об этом молить святую матерь каждый день. И непременно отправлю к тебе твоих дружков, жди там их!

Я осторожно прилегла рядом, притянув его на себя, попыталась уложить так, чтобы его вес не пришелся на живот.

— Тяжелый жи гад! — прикинув примерное время, когда его начнет отпускать, я закричала во весь голос.

— Стража, помогите! — руку его приложила к краю разорванного декольте. Тут его голова начала шевелиться вместе с руками. Через минуту должна была вернуться способность говорить. Я растрепала волосы на голове для убедительности и сделала несчастное лицо.

Дверь с грохотом распахнулась, заполняя проем мощной фигурой Вальтера. Его глаза за секунду оценили обстановку: я с растрепанными волосами и разорванным платьем.

— Помоги, Вальтер! — и верный воин короля не стал медлить, к этому времени Марсимус уже мог двигаться.

— Да как ты посмел тронуть королеву! — он, оттянув его от меня, врезал ему несколько раз. Тот отлетел в сторону и упал на мраморный пол. Марсимус, шатаясь, поднимался, шире открывая рот. Мое сердце бешено застучало, если Вальтер будет медлить, то мне придет конец. К моему счастью, наемник, привыкший сразу устранять противника, занес над ним кинжал и вогнал прямо в грудь. В комнату вбежала Офелия с испуганным видом, и, кажется, это была не игра.

— Королева! — она подбежала и помогла мне подняться, а после я глазами указала на накидку, и она послушно направилась за ней. Марсимус, истекая собственной кровью, лежал на земле и начал издавать какие-то звуки. Голос возвращался, чего нельзя было допустить. Скажи он при смерти Вальтеру правду, то мне пришлось бы худо.

— Вальтер, а что мы скажем королю, он же захочет сам его допросить, быстрее за лекарем! — я громко приказала ему, и тот, сорвавшись с места, выбежал из комнаты. Теперь я шла медленно, как и моя месть, подкралась, когда он этого не ждал. Все получилось, как мы и планировали: Вальтер был рядом, Илай и Леон еще не заступили на дежурство у моей комнаты. Идеально. Нащупав маленький флакон, я достала его, открыла пузырек, пальцы дрожали, но я была должна это сделать. Призвала тьму, равнодушную черноту внутри.

— Выпей за нашу дружбу, Марсимус! За Артура и нашего с Илаем ребенка! — я залила ему жидкость в рот, он пытался ее выплюнуть, остатки на губах я бережно вытерла рукавом, платье ведь все равно Офелия сожжет. Через пару секунд он начал кряхтеть и задыхаться. Ужас, подобно мраку, запечатлелся на его лице, и он умер. В комнату вбежал Вальтер со стражниками, и лекарь плелся позади. Я к этому времени уже отошла, натягивая накидку сильнее к горлу.

— Унесите его отсюда, я не хочу это видеть! — Вальтер с печальным выражением на лице осмотрел труп и, конечно, понимал, что без наказания за содеянное не останется…

— Королева, может, вам нужен осмотр? — лекарь приблизился, старенький мужчина, который еле ходил, стало внутренне стыдно, что он зря сюда бежал.

—Нет, спасибо, мне не нужна помощь, со мной все хорошо! — выпив из стакана воды, я села на кровать, Офелия отмыла пятно крови и ушла выливать алую воду. А я встала и подошла к зеркалу, смотрела в собственное отражение. Напротив стояла Аврора, ради которой, пожертвовав собой, умерли родители. Так долго заботился и скрывал Артур, любил Илай и дорожил Леон. Нет, теперь там не было той Авроры!

— Кто ты? — я задала себе вопрос, ответа не было. Отныне не знала, кем являюсь, кто такая эта женщина, хладнокровная убийца. Сегодня я убила человека, подло, как самый падший человек. Ради ребенка! Ради надежды будущего. Илай говорил, что первая отнятая жизнь всегда остается в памяти, когда ты переступаешь впервые эту черту. И я шагнула так легко, и даже то, что умер тот, кто этого заслуживал, ничем не помогало. Тут стук в дверь прервал мои размышления.

— Войдите! — бросила я, даже не спросив, кто там.

— Королева! — голос Илая заставил затаить дыхание, сердце перестало стучать, я повернулась и увидела его обеспокоенный взгляд. — Вы в порядке? Я так виноват, что раньше не пришел на дежурство. Я готов понести любое наказание. — Какого гореть в аду? Насколько сейчас я могла приравнять эту грязь внутри себя? Он нес самое ужасное наказание, хоть и не помнил и не знал ничего.

— Ты не в чем не виноват, Илай, — я улыбнулась, сдерживая слезы, он сделал несколько неуверенных шагов. И с таким трепетом посмотрел на меня.

— Если вам страшно, я могу прямо рядом с кроватью дежурить, отвернусь, чтобы не смущать вас, или же прямо под дверью просижу до утра, — на глазах навернулись слезы, вновь пытался защищать свою любовь и ответственность. Даже если не помнил, возможно, на уровне подсознания!

— Не нужно всего этого, — слезы покатились из глаз, так хотелось броситься в объятия, но я держалась, боясь, что эти воспоминания увидеть и все поймут.

— Не плачьте, прошу, все закончилось, вам же нельзя переживать, — Илай приблизился в несколько быстрых шагов. — Не нужно, я рядом… никто вас не обидит, — с глазами, полными верности, сказал Илай. И я, рыдая, бросилась в его объятия, его ладони неуверенно повисли в воздухе. Я ощущала их тепло телом, будто знало, что они совсем рядом. А мне сейчас было все равно, я вцепилась в его красную форму, плакала прямо на плечо. Внутри шептала, как мне его не хватает, мне было плохо, я больше не могла…

— Королева… — Офелия громко закрыла за собой дверь, я отскочила, встретив удивленный взгляд Илая.

— А если кто увидел бы? — она испуганно посмотрела на меня. Тоска разъедала изнутри, точила, как вода камень, вынуждая острую скуку с каждым днем расти.

— Офелия, сколько минут ты можешь стирать из памяти? И чтобы это никто не заметил? — я безотрывно смотрела на Илая, дыхание было прерывистым, я знала, чего хотела.

— Ну, пятнадцать или же двадцать минут, но не больше, это слишком заметно, — и, поняв, что я имею в виду, продолжила, — и в данном случае опасно…

— Один раз, всего один, возможно же? — Илай смотрел на меня в недоумении.

— Ну, один раз могут не заметить, да, — тихо бросила она и потом добавила. — Ну тогда я приду через двадцать минут и на ключ закрою за собой дверь. Вытаскивая ключ, она потихоньку удалилась. Когда щелкнул замок, Илай непонимающе посмотрел на дверь, потом на меня. А я хотела лишь одного, его, он мне нужен был сейчас как никогда. Приблизившись, ладонями обхватила его лицо, начала жадно целовать, как это делал он всегда!

— Королева, что вы делаете? — Илай едва отстранился.

— Молчи, я приказываю тебе, делай, как я хочу, — я вновь потянулась к нему. Горечь того, что это не тот мужчина, легла на душу морозным зноем. Я расстегнула его ремень с оружием на поясе и швырнула его на пол.

— Обними меня, — прошептала я. Илай, усилив натиск в поцелуе, прижал меня к себе так аккуратно. Я едва толкнула его на кровать, опустившись, он прижал меня к себе еще сильнее, удерживая.

— Скажи, что любишь меня! — слова звучали как приказ, теребя все внутри.