— А не решат они, что проще нас взять на щит, что столько добра от сюда идет? — спросил я, когда уже было бы и поздно что-то менять.

— Вот в том числе и для этого, нужно небольшое, но деятельное усиление военного присутствия от князя. Да и нам прохлаждаться нельзя, а усиливаться, — ответил Артур, потом задумался и, решаясь, продолжил: — Теперь о не очень хорошем, но о нужном. Первое, Малка, которая так попала в душу Рыгору, смотрит замутненным взглядом на Рога. Это может стать причиной для ссоры внутри Совета между очень нужными людьми.

Рогов, как и Большой и Рыгор, отправились в Рыбацкое, чтобы провести разведку. Пришли сведения, что видели вооруженных людей в той части Днепра. Пусть проветрятся. Я их еще и за солью думал отправлять позже.

— У Рога-старшего женщина же появилась, — заметила баба Клава.

— Да Рогов уже нашел себе женщину с двумя детьми и вроде как у них период страстных отношений, но мало ли. Нужно ненавязчиво поговорить и тебе, Игорь, я тут стану лишь раздражителем. Второе, более трагичное — вчера нашли девушку-студентку голую в кустах у озера в километре от города, там что-то вроде небольшого пляжа. Следов побоев нет, она добровольно пошла на свидание с кем-то, но есть след от укуса змеи. Скорее всего, Марина, так зовут девицу, была пьяна. Версия — пошла на свидание и после или во время купания голышом получила укус гадюки. Сам укус смертельным быть не должен, но она была накачана алкоголем и одно на другое и как следствие — смерть. С кем была, выяснить не получилось.

— Почему не доложили? — взъярился я.

— Хотел по горячим следам выяснить, не получилось, скорее всего, кто-то из из будущего, так как аборигены относятся к крепкому алкоголю со страхом. Есть предположение, что это мог быть Киря — Кирилл Иваненко, житель Мохова девятнадцать лет, женат на Ждане из поселения Горыничи, восемнадцать лет, двое детей от прежнего брака Жданы. Но у него алиби, пусть и не отрицает, что к Марине присматривался, но после случая с изнасилованием в первую ночь в этом времени, даже и мыслить не мог.

— Разбирайся, — скупо сказал я и добавил: — И не любится им в городе, все норовят куда-то сбежать.

Между тем, это был не первый случай, когда приходилось хоронить горожан на образованном кладбище в полутора километрах от города в остатках дубравы, а не как ранее, прямо рядом с поселением.

Были и другие происшествия. Первак, прибившийся из общины Рыси, погиб при охоте на кабана, что привел свою семью под город, когда другая кабанья семья была убита и съедена еще в начале существования города. Хвала — девочка из Рыбацкого, племянница Малки, утонула. Вовчик Малинин, полный парень, который так и не смог найти себе достойного занятия, и был на подсобных работах, между тем так и не похудевший, погиб — на него упало бревно со строящейся башни на юго-востоке крепостной стены. Так что смерть ходила рядом и все разговоры про технику безопасности и охрану труда, имели только ограниченное влияние на умы.

— Ну, и предпоследнее, — Артур усмехнулся. — Катерина не рассчитала свои силы и ударила палкой девку из общины Рыси, что подрабатывала на полях. Та деваха умудрилась испражняться возле пищеблока. Челюсть вынесла негоднице, сейчас та в лазарете.

— Мда, и смех и грех. Как бороться с санитарией, наверное, уже только так, выносить челюсти. Катерина, это было обязательно? У нас и так становятся натянутыми отношения с соседями, — я замотал головой, чуть ли не расписываясь в бессилии побороть нечистоплотность.

— А что она уселась? У нас что, селитряных ям для такого мало? Нет? Так хоть бы и в лесу. А не возле еды, — Катерина и не думала оправдываться.

Я покачал головой, но при этом действиями завхоза остался довольным. Порой без хорошо поставленного удара человеку не объяснить его неправоту.

— Давай последнее! — потребовал я.

— Наедине! — сказал Артур.

— Не вельми и хотелось. Будто дел не дохрен, — пробурчала Веста, а остальные вышли безмолвно.

Удивительный у нас синтез культур!

— Ну? — потребовал я, когда все ушли.

— К твоей жене собирается целая делегация, в составе в основном из женщин и поддерживающих их мужиков, чтобы та не артачилась, а перестала волжбовать, привязывая тебя только к ней. Мол, такой воин и правитель города не может ограничиваться одной женой. Или, по крайней мере, должен поделиться своим семенем с женщинами из других родов, — Артур в голос рассмеялся. — У них уже очередь, кого ты будешь пользовать.

— А чего к Свете, не ко мне? — озадачено спросил я, понимая, что смех смехом, но проблема серьезная.

Да и не хочу я никого. Света более чем устраивает, несмотря на беременность, страсти и любви хватает, излишнюю энергию можно потратить и на административные дела и тренировки. Куда мне гарем? Не нужен он.

— Так говорю же, что тебя считают околдованным. Вначале думали, что слаб ты, как мужчина, — Артур сделал паузу, ожидая закономерную мою реакцию, я не стал разочаровывать и возмутился, потом продолжил: — Потом кто-то ушлый послушал, как ты…э…любишь свою жену и пошли уже другие сплетни, которые только увеличили желающих понести от тебя ребенка. Да и много мужиков ушло за солью, пока они были, уж не знаю, кто и как, но особой проблемы недолюбленых баб не было.

— Пиши указ! — наигранно театрально сказал я. — Всем бабам по мужику, всем мужикам по бабе! Ну правда же… Где набраться? Да и есть же парни из сотни Велькомира. Разберись. Не нужно мне семью разрушать. И так Светка коней мочит.

Может коней Светка и не мочила. Но была дома и вроде бы как даже в настроении. Так что я вновь ощутил уют. И по этому поводу я даже выпил вина, ну и бокал позволила себе жена. Сухое красное не должно было повредить.

— Будем спать? — спросила жена с явным намеком.

— Давай спать. Завтра и вправду очень сложный день… очередной сложный.

Света вроде бы как поняла. Расстелила постель. И я только уже закатил глаза от предвкушения сна, как.

— Тревога! Граф, Солдат! — закричали во дворе моего дома.

— Твою Богу душу в мать через три колена! — выругалась Света.

— А что сделаешь? Но я все порешаю и вернусь, — сказал я, поцеловал жену в носик и отправился решать, что там произошло.

Мужики уже были разбужены и стояли наготове. Опять совещаться.

— Ну! Решала… — зевая сказал Рыгор. — Ты первый. Ты же главный!

И я отправился на выход. Я главный, мне и решать…

Славград.

Сентябрь 882 года.

Два драккара были готовы к походу. Восемьдесят бойцов отправлялись за солью.

По сути, это была авантюра, но оправданная. Соль под Мозырем, как помнил Рыгор, залегала самое малое на пятнадцати метрах. Еще нужно попасть в нужное место и не нарваться на техническую соль, которую сложно очистить. Но это шанс для города: иначе в следующем году Славград либо разорится на покупке главного консерванта, либо придется сильно уменьшать рацион питания, что скажется и на качестве воинов, да на всем. Ведь истина: мы то, что мы едим.

Уходили Большой, Бойко, Бушуй, Степан, Шишон, Костя, Алик, Арнольд и еще ребята — бывшие студенты, а сейчас бойцы славгородской дружины. Были и пять бойцов из некогда выкупленных рабов. Еще Волькомир и выбранные им пятьдесят пять воинов. Пять парней, перешедших из общины Рыси, должны были заниматься готовкой и контролировать припасы. Рвались в поход и девчонки, те же Власта и Татьяна, но все лучницы-валькирии были беременны и получили такой категорический отказ, что даже опешили и не стали препираться.

Корабли выглядели величественно и грозно. Развевающиеся полотнища флагов с ярко нарисованным солнцем были хорошо различимы издалека. Четыре скоростных многозарядных арбалета по типу китайского чо-ко-ну стояли на корме и носу кораблей. Еще два больших арбалета пускали гарпуны с веревкой и без нее: могли пробивать корабли противника, подтягивать их ручной лебедкой либо топить. Ну и немного динамита, бутылок с зажигательной смесью. Так что отбиться от трех, может, и четырех кораблей противника флот Славграда был способен.