Из дальнейшего разговора стало понятно, что молодые воины желали более открытой и воинственной политики для своей общины. Место, где жили изверги Рыси, было богато на природные ресурсы, прежде всего дары леса, но у них было катастрофично мало инвентаря, оружия и вообще не было своего кузнеца.

Когда соседи узнали о нападении на общину Горыни, они сильно заволновались, что единственный источник получения железных предметов, общинники-изверги, иссякнет. Именно Горыня торговал с Рысью топорами и стрелами.

— Рысь говорит, что увидел у нас металлические лопаты и за две таких готов предоставить на седмицу сорок мужей к нам в помощь, — переводила Злата.

— Не, так не пойдет. Даем одну лопату, и один боевой топор, а работников покормим, — начал торг Рыгор с моего согласия.

Отдавать лопаты, сделанные из лучшего железа, что тут делают те же топоры, Рыгор посчитал неправильным и в этом с ним был солидарен Алексей. Кроме того, кормить такую ораву ртов, которые придут к нам на работу, стоило, куда большего, чем те смогут наработать. Тем более, что придется снимать с работ своих парней и организовывать более действенную охрану поселения из-за неминуемых столкновений цивилизаций и менталитета. Чего ожидать от соседей было не понятно, поэтому лучше «перебдеть».

— Наряд сие, охоту сладим и снедь буде, — проговорил ведун, который, казалось, был «серым кардиналом» в этой паре гостей.

Был и еще один вопрос, который заботил переговорщиков-соседей — женитьба. Молодые парни, которые стали проблемой для общины, были в большинстве перешагнувшими пубертатный период, и им следовало завести свои семьи.

Рысь явно, как уже бывало, собирался обратиться с такой проблемой к Горыни, обе общины ранее уже ни единожды роднились, а тут гости усмотрели явный перекос в сторону женского пола на поселении. Долго пришлось объяснять, что мужчин, на самом деле, у объединенной общины больше, кто на охоте, часть рыбачит, ну, и в походе есть люди.

В объяснении же специфики межполовых отношений, которые были присущи людям из будущего, ни Рыгор, ни я не преуспели. Для Рыси и ведуна, так и не представившегося именем, были не понятны такие правила, когда девицы были вправе выбирать себе мужей, когда нельзя было на празднике Купалы сносильничать девку для последующего замужества.

Не понятным было и то, что глава поселения, я, даже не хочет и слышать о том, чтобы девицы поселения шли жить в другую общину, когда муж забирает свою супружнею.

Однако, разговоры на тему брачных отношений сошли на нет, когда в палатку, по брезенту которой начал накрапывать дождь, внесли каравай, испеченный женским коллективом под руководством Катерины. Этот каравай предполагали сладить к приезду мужчин из похода, но женщины не рассчитали время и испекли его днем ранее. Вытаращив глаза, гости встали из-за скамеек и низко поклонились вначале поставленному на стол караваю, а после, менее глубокого поклона удостоились и хозяев.

Ну а наши кухонные кудесницы действительно сделали истинно кулинарное чудо. Огромный, не менее четырех килограммов каравай был украшен косичками и лепестками с розочками из теста, в котором присутствовал в изрядном количестве ванилин, изюм, ну и сахар. Сверху же каравай был посыпан сахарной пудрой.

После поедания такого лакомства, все вопросы решались быстро и с большой пользой для поселения, гости просто были не в состоянии торговаться и спорить, пребывая в гастрономическом экстазе.

— Ух! — выдохнул я, когда Рысь и ведун уже скрылись в лесу за кукурузным полем.

— Мда! — философски отметил Рыгор.

Глава 22

Поселение

Май 882 года

Столько разговоров и решений скользких вопросов, что для меня лучшим было бы разгрузить вагон цемента, ну или пробежать кросс с полной выкладкой километров на семь-десять.

Оказывается, что поселение людей из будущего в достаточной близости от своих соседей. Другая община находится буквально километров в восьми от нас. И это было проблемой.

Община Горыни была в большей удаленности от извергов Рыси, и проблем особых не было, но тут охотники имели немалые шансы повстречаться. Охотничьи угодья, как и два заболоченных озера, об одном из которых говорили люди Горыни, становились камнем преткновения.

Дело в том, что на обоих озерцах жили большие семьи бобров, которых били только осенью. Водились на одном из озер и лебеди. Вот и боялись изверги, что пришлые люди, мы, станем бездумно тратить такие природные ресурсы, не говоря уже о полном выбивании зверья в этой части леса.

Решение было принято и одно озеро, что было ближе к нашему поселению, закрепилось за нами, второе же в коллективном пользовании двух общин, по согласованию при заготовке мяса на зиму. Эта договоренность стоила одного трофейного топора и двух копий, но теперь без проблем можно было ходить на охоту в сторону соседей.

Были соглашения и по торгу. Рысь сильно удивился, что мы, пока что не нуждаются в меде, который изверги считали своим главным товаром. Но я был готов скупить все выделанные шкурки животных за металлические изделия. Готовы скупать и мясо, что так же удивило гостей, они успели заприметить загоны со скотом и считали.

Я видел удивление на лице Рыси, который, когда зашла речь о покупке мяса то и дело смотрел в сторону, где паслись наши коровы.

— А соли вам хватит? — удивленно спрашивал сосед.

Я тогда ушел от ответа. По местным меркам, соли у нас завались. Но и масштабы засолки таковы, что и тонны главного консерванта не хватило бы. А иначе, без соли, и не сохранить мясо.

Видели бы они, сколько мешков соли хранилось в охраняемом, некогда магазинном складе, то впали бы в еще больший осадок.

Но самым главным было косвенное сообщение, что радимичи, а, скорее их сюзерены, хазары, готовят «ответку» за набеги как Снора, так и других искателей приключений.

— Хозары очень хотят показать свою власть и влияние на регион и по согласованию с радимичами иудеи пришлют свои отряды, — сообщал всем Алексей.

Умник ему вторил, соглашаясь с выводами преподавателя:

— Скорее всего по осени придут, когда все соберут урожай и будет чем поживиться. А нам стоило бы подумать о радимичах, как о своих союзниках.

Эстафету вновь подхватывает Алексей:

— Песчанцы, как иначе называли радимичей, в свою очередь, ослабнув после не особо-то и триумфального покорения балтского населения Посожья должны искать союзников.

— Ну так кто же будет довольный, что лучших баб у них уводят? — встрял Рыгор.

За неимением телевизора и при скудости информации, все вокруг только и говорят, что об истории. Вон, даже Рыгор был посвящен в перипетии геополитической обстановки в Восточной Европы. Но оно и правильно. Главное, чтобы я не уступал в своем понимании реалий. На мне все же решения.

Продолжал уже я, чтобы показать свою осведомленность:

— Но тут появляется человек князя Олега, с которым радимичи были готовы договариваться, и грабит жестче, чем это делали хазары и сжигает целые поселения.

В этот же день, как только поселенческое начальство распрощалось с гостями, удивила артель рыболовов. Две двухметровых рыбины осетра, обе с икрой! К ним еще и три десятка форели по два-три кило, большей частью так же с икрой. С трудом притащили это богатство в поселение. А мы тут икру берегли, как неприкосновенный запас оставляли.

Намечался деликатесный рыбный обед, наверняка и на ужин хватит. Ну а икру, которую, к слову, не особо жаловали местные аборигены, решили засолить и закатать в банки, такой сытный продукт зимой, может, ой, как пригодится.

И да, не оставалось уже ни одного человека в образовавшейся общине, кто все еще надеялся на волшебника в голубом вертолете, или еще каких спасителей. Все осознали, что они тут навсегда, ну, или очень надолго.

Я обошел строительство стены. Уже больше трети готово. Одни капают рвы и насыпают валы, другие валят лес и тягают бревна на прицепе от трактора.