— Да сладим, Солдат. Кстати, а как ты по батюшке, а то уже большим человеком становишься, — то ли подначил, то ли в серьез сказал Рыгор.

— Игорь Романович Посталовский, — не тушуясь, ответил Солдат.

— Сурьезно, — буркнул Павел-Козак.

— Горыня, бери строительство на себя! — обратился я к старейшине аборигенов.

— Есть еще вопрос, — выкрикнула Лида, зло посмотрев в мою сторону. Да она и не смотрит иначе теперь. — Нам уже сложно кормиться с общих котлов. Еще купленные пленные прибавились, да количество людей большое, пора бы как то об экономике подумать.

— Соглашусь, что сложно, но это пока необходимо, наладим быт и разделимся на артели с выдачей продовольствия. И систему, где используем, прежде всего, дары леса, озера, реки, оставляем. На всякие случаи тушенку и рыбные консервы сохраняем, как и копченые колбасы, впрочем, тех не так много. Сгущенное молоко не расходуем так же, думаю, это может быть неплохим товаром. Торговать же нам придется с кем-нибудь. Лида, ты и проверь, чтобы сроки годности были нормальные и в муке и крупах не завелись насекомые или мыши. Правда, Васька с Мусей стараются, но котов только два, — сказал я.

— Ну, давайте работать, а то столько лясы точим, — высказался Рыгор и я завершил собрание.

Послышались выкрики типа «Маринка, идешь со мной», «мы в кузню», «жду хлопцев на тренировку» и так далее — муравейник заработал. Только Артур никуда не спешил, всем своим видом показывая, что не только я хотел бы разговора.

— Высоко взлетел, Игорь Романович, — подначил парня одноногий комитетчик. — Ну, и то правда, лидер нужен, а ты компромиссная фигура. Осознай свою роль и лавируй между всеми, тут еще та сборная солянка получается. Но я не за этим. Понимаю, что, как боец, я теперь никак, ну или почти никак, только издали пострелять, было бы чем. Обещаю, что арбалет освою за то время, пока есть огнестрел.

— А есть? Я имею в виду не время, а стрелковое, — спросил Игорь.

— К сожалению, не так уж, что и есть. В бою с варягами почти семьдесят патронов сжег, в остатке сто тридцать, да сорок пуль к охотничьему ружью Колосова. Дробь есть, но она так, на зайца, можно обрез смастерить и гвоздей нарезать. Я отчитаюсь, — уже серьезно произнес Артур, прямо и пристально посмотрев на меня.

Этот взгляд говорил: «Признаю тебя, парень!». Ну или мне хотелось, чтобы это было так.

— Плохо, но хоть что-то. Хотелось огнемет, да и от танка не отказался бы, — я улыбнулся.

— РСЗО «Ураган» да по супостату вдарить. Но что имеем, тем воюем, — Артур поддержал шутку, но быстро посерьезнел. — Ты никак не наладил службу внутренней безопасности. Или я о чем-то не знаю?

— Да какое тут ЧК? Постоянно куда-то бежим, все не успеваем, — отмахнулся я, прекрасно понимая, что Артур прав и нужно тщательно и на профессиональной основе заниматься вопросами внутренней безопасности.

Люди сейчас могут быть с таким психическими расстройствами, что грозит становлению анархии и всеобщего помешательства. Да и где-то рядом есть еще одно поселение извергов, есть радимичи, с ближайшими поселениями в десяти-пятнадцати километрах. Есть и такие вот, как варяг Снор, — много потенциальных противников обнаруживается только навскидку.

— ЧК и не надо, пока не надо, а вот видеть, слушать, наблюдать — необходимо, — одноногий особист обвел головой вокруг. — Смотри, сколько людей вокруг, разных эпох, характеров, мировоззрения. Можно ли предположить, что удастся быстро научиться сожительствовать?

Я было дело хотел сказать, но был перебит.

— Не отвечай, понятно и так. Аборигены вынуждены были прийти, и не хотят уходить от того, что тут сытно и тепло, да и прекрасно видели они действие нашего оружия. Что может быть, когда они поймут, что наш огнестрел конечен, может на один бой серьезный хватит, или на пару скоротечных. Вопросов они задают много и уже знают, по крайней мере, Горыня, догадывается, что все мы пришельцы из будущего, но молчат, не говорят об этом даже среди своих. У них особый взгляд на случившееся — боги прислали, чтобы спасти их общину. Но и эта вера поколеблется, когда, или, если, будет поражение в бою. А оно будет, тот бой, что мы провели, был бездарным.

— Чего лучшего плана сражения не предложил? — буркнул

Даже обидно.

— А лучшего и не предложишь. С кем в бой идти? Пацанва да и только. И ты взрослей, коли старшим стал, — среагировал Артур на мои слова. — Я бы лучше вообще не воевал, но как случилось. Путь уроком будет. Нам всем нужно включать голову и действовать. Я готов в поселении стать что-то вроде безопасником-чекистом. И уже сейчас готов поделиться своими наблюдениями о некоторой особе. Интересно?

— Не томи, дел за гланды, — ответил я.

Глава 20

Поселение

Май 882 года

После собрания поселение забурлило. Сперва обсудили новости кто что сказал, кто как сидел, смотрел, шморгал носом. За неимением постоянных новостей и мелочи становится важными и интересными.

Но уже скоро раздавались звоны топоров и пил. Взметалась ввысь земля, где продолжали копать ров вокруг поселения. На юго-западе в стороне от озера разгорался пожар, но никто не бежал спасаться, не паниковал — это очередной гектар земли отвоевывали у леса. Подсечно-огневое хозяйство — наше все!

Сперва вырубили деревья, который частью пустили на распил досок, частью на начало строительство крепостной стены. Запустили через генератор пилораму. Мало у нас бензина и топлива, это да. Вот только времени, как я посчитал, у нас еще меньше.

Уже третья неделя, как мы перенеслись в прошлое. А до сих пор нет ни крепости, ни новых полей. А время уходит. Если в ближайшие дни не начнем засеваться, то мы проиграли. Правда есть еще примитивные, но поля пришлых извергов. И туда приходилось направлять людей. Не бросать же.

А тут, на лоханке, оставили пни, обложили их ветками, выжгли, ну и подрубили корни. Удобрение из золы и немного навоза — дает расчет на очень большой урожай. Второй, между прочим.

Уникальная ситуация, когда получается и сеять, и одновременно мы начали жатву. Рожь-то поспела. А клубника снова зацвела. Так бы постоянно, то можно жить припеваючи.

Заработала даже бензопила, она позволяла увеличить КПД не менее, чем в десять раз. Более того, подогнали и трактор, на который уже с помощью какой-то матери и десяти мужиков, грузили массивные стволы дубов. Аборигены уже особо ничему не удивлялись, наверное, просто чаще возносили хвалу богам и все обещали устроить святилище своим кумирам.

По топливу такое решение: небольшой запас, конечно мы прикопаем. Но вот тратить именно сейчас будем почти что без остатка. Иначе просто не понимаю, как мы сможем построить большую крепость, дома, конюшни, другие нужные постройки. Ели будем пилить двуручными пилами, то это будет ну очень долго.

А вот построимся, так и можно забывать о преимуществах из будущего. За толстыми стенами, оно как-то проще. Тем более, что заготавливаем сразу много дров. Это благо, что во всех домах есть печи. Кирпича еще на четыре-пять печей. Ну а потом… Или самим кирпич делать, или частью разбирать, например «обрезанные» пристройки.

— Японский городовой, ты в уши долбишься? Уголь еще не готов! — кричал Рогов.

— Ты нахар орешь. Готовы уголя! — отвечал изверг-Горыня.

Я не вмешивался. Понимаю в металлообработке кое-что, но вот какой уголь должен быть, нисколько.

За пределами поселения были выкопаны небольшие ямы, туда отправлены поленца ивы, которую рубили вдоль озера и у болот на востоке от поселения. После все это дело поджигалось, обкладывалось дерном в виде кургана, и «зрело». Лишь только регулировалась подача воздуха. Поленья не прогорали, получался уголь.

Некоторые девушки, которые были привлечены к готовке обеда, проходя недалеко от «кузнецов» улыбались. Они примечали, как с неким, где-то милым, акцентом, Горыня, до того не ведавший таких многоэтажных бранных конструкций и многих базовых слов, не отстает от своих визави и выдает матерные многоуровневые построения. Первое, чему научился Горыня в овладении языка пришедших из будущего, как и его близкие, то это ругательства.