Юра смотрел на неё и вдруг увидел ту девочку, которая ждала без обещаний. Которая умела слушать, запоминать, искать.

— Пригодилось, — сказал он.

Она кивнула:

— Пригодилось.

В избе было тихо. За стеной кашлянула во сне Лидия. Где-то за печкой возился сверчок, единственный звук, кроме ветра.

— Знаешь, — сказал Юра негромко, — я думал, что юристом стать — это про бумаги. Про то, как слова складывать, чтобы судьи поверили. А тут... — Он кивнул на дверь, за которую вышла Лена. — Тут про людей. И без тебя бы не справился.

Мари ничего не ответила. Только посмотрела на него долгим взглядом и отвернулась к печи, чтобы помешать угли. Но он видел: она улыбалась.

Утром Юра пошёл к Михалычу помочь с дровами, пока в город не собрался. Работали молча, только топоры стучали да снег скрипел под ногами. Михалыч был мужик немногословный, но справедливый. За два месяца привык к Юре, перестал коситься.

— В город сегодня? — спросил Михалыч, раскуривая цигарку.

— Надо. Купить кое-что. — Юра воткнул топор в чурбак. — И для Лиды Петровны лекарство спросить. Совсем плоха.

Михалыч покивал, затянулся.

— Ты зайди потом в столярку, — сказал он. — Посмотри, что там. Верстак крепкий, инструмент есть. Мне одному не управиться, а ты вон руки имеешь. Павлу вон кораблик починил, малец ходил, хвастался мне.

Юра усмехнулся краем рта.

— Зайду, — пообещал. — Если завтра управлюсь.

В город Юра ездил на попутной подводе. Мужик из соседней деревни в уезд за солью и керосином собрался, подбросил за полтину. Дорога заняла несколько часов: снег, ветер, лошадь шла тяжело.

Доехав, он в первую очередь завернул в аптеку. Аптекарь, тощий старик в пенсне, выслушал про кашель, хрипы, слабость, покачал головой:

— Похоже на воспаление. Без доктора тут сложно. Но вот микстура от кашля, вот травы сборные. Сбор грудной, заваривать и пить горячим. И горчичники. Если жар сильный, то делать уксусные компрессы на грудь и спину.

Юра купил всё, что посоветовал аптекарь, заодно прихватил йоду и бинтов, в хозяйстве пригодится.

— Подскажите, а есть ли врач, который бы взялся доехать до деревни? Может, подскажете, к кому можно обратиться?

— Врачей мало даже в городе, найти того, кто поедет в деревню, будет сложно. Зайдите в городскую больницу, оставьте заявку, а лучше скажите, что хорошо заплатите, может, кто и решится. Но тем же днём вряд ли кто согласится, это точно несколько дней на поиски.

Ситуация не радовала, остаться на несколько дней Юра не мог. Поэтому Юра сразу поспешил на телеграф. «Лидия слегла с воспалением, резкий кашель. Нужен врач, здесь нет». На почтамте купил несколько конвертов, отправил письмо, написанное накануне.

В больнице у него приняли заявку, правда, пришлось показать мандат.

— Так у вас здесь прописано третье лицо — медицинский работник. — В окошке женщина прищурилась, глядя на худого мужчину в потёртой одежде.

— Как раз она и заболела. Сильно. В Михайловке врачей нет, как и в соседней деревне. Дома всегда кто-то есть, к пустому порогу не приедете. Разве что успеть, пока есть сама больная. В Петроград я телеграфировал, но ждать долго. — Взгляд Юры стал тяжёлым и сверлящим. Женщина подобралась, кивнула. Мандат и Петроград подействовали на неё особенным образом.

— Мы организуем, но в зиму сейчас много заявок, а врачей мало. Я покажу главврачу, объясню ситуацию.

Её взгляд упал на грудь Юры, в тот район, где за пазухой он спрятал мандат.

— Врачу передайте, рублём не обидим, помощь быстро нужна. — Юра положил на окошко один из конвертов, что купил на телеграфе. — Это вам.

— Я поняла вас, скоро пересменок, вот я и схожу. — Ответ прозвучал уже по-человечески и открыто; конвертик с купюрой внутри она быстро спрятала себе в форменный халат.

— Во сколько подойти? Надо понять, ждать врача или уезжать в Михайловку. — Юра выжидающе смотрел. Женщина вздохнула.

— Подойдите через час с половиной, я попробую договориться, дождусь вас у центрального входа.

— Спасибо за помощь, она нам действительно очень нужна.

Женщина немного стушевалась, но кивнула, потом посмотрела на часы в приёмном, словно прикидывая время, чтобы успеть. Юра понял, что не зря приготовил конверт. «Кнут и пряник вместе идут», — говорил атаман. Слава богу, подумал Юра, у меня есть и то, и другое. И даже это не гарантировало результата.

После больницы Юра нашёл ближайший базар. Времени оставалось дотемна не так уж много. Кур долго выбирал: чтобы не старые, но и не слишком мелкие. Торговался, как учила Мари, и в итоге ушёл с двумя несушками в мешке, которые возмущённо квохтали всю дорогу. Благо, корм для кур в деревне имелся, покупать его не требовалось. На первое время немного выменять у Лены, а там уже разберёмся.

Ещё купил бумаги для рисования, целую стопку, плотной, хорошей. И Павлу взял леденцов: петушков на палочке. Спрятал в карман, чтобы мальчишка раньше времени не нашёл.

Вернулся к больнице уже затемно, замёрзший, злой от усталости, одна из несушек с холода квохтала, не замолкая. А ведь ещё в обратный путь нужно было найти извоз. Это к вокзалу идти, в ночь денег возьмут много, очень много. Или оставаться на постоялом дворе, прямо вместе с купленной птицей.

— Юрий… — Женщина была одета в длинное серое пальто, она явно растерялась, потому что отчества она не запомнила. Рядом с ней стоял небольшого роста мужчина, полный, молодой, но уже с залысинами. Лицо казалось несколько детским. — Это Валентин Георгиевич, терапевт. Переговорите о пациентке и поездке. Сейчас срочных заявок на разъездные на неделю вперёд, а Валентин добрая душа, может, сговоритесь.

Женщина, не дожидаясь ответа, засеменила по тротуару от выхода по улице вперёд. С неба посыпались хлопья снега.

— Юрий.

— Валентин. Рассказывайте, что случилось.

Юра рассказал о кашле, жаре, свистящем дыхании.

— Слушать надо. И травами не отделаться, скорее всего. Ей бы в больницу, если пневмококк, определить тип, чтоб знать, какой сывороткой лечить.

— Средства на больницу найдутся. Но сейчас я не смогу её перевезти. Взял у аптекаря микстуру от кашля, горчичники, уксус, грудной сбор.

— Юрий, мне нужны деньги, как вы уже поняли, но… — Валентин пожал плечами. — Мой визит ничего не изменит. Вашей больной нужен уход: следить, чтоб не мёрзла, компрессы, питьё, проветривать. Как холода сойдут, привозите в больницу. Только там возможно серьёзное лечение. Остальное вы уже купили. Кончится, тогда купите снова, улучшения могут быть небыстрыми, но отменять лечение нельзя.

— Могу обратиться к вам за консультацией?

— Конечно. — Юра полез за пазуху, но Валентин остановил его: — А это ни к чему. Лучше вот что… Девушку мою по распределению в волость отправили, мать здесь больная остаётся, а с жильём неясно. Если б понять заранее, дадут ли комнату…

— С жильём вопрос? — переспросил Юра.

— Именно. Аня просила, но говорят, на месте решать. Накопить бы надо, а сейчас сложно.

— Валентин, по заявке всё равно врача направят. Приезжай ты, обсудим. Можно официальный запрос составить, гарантию запросить. Врачи, как я сегодня понял, дефицит. Договориться реально.

— А вы занимаетесь такими вопросами?

— Нет, — Юра усмехнулся. — Но до войны юридическое получил. Иногда приходится с бумагами иметь дело. Так что приезжай, составим запрос.

Курица снова подала голос, Юра прижал мешок под полами шинели плотнее, чтобы птица не замёрзла, и повернулся к доктору.

— Тогда я с собой возьму сборов дельных, распишу схему.

— Возьми с собой документы: по образованию, из кадров. Может, и выписку из домкома стоит попросить.

Валентин закивал, глаза у него загорелись.

— Спасибо! — Молодой доктор улыбался, и у Юры на душе посветлело, всё-таки этот врач ему по-человечески казался симпатичен.

— Ну, до встречи, Валентин.

— До встречи!

До вокзала Юра добирался долго, шинель так и норовила раскрыться, птицы стали меньше двигаться, и Юра стал переживать за сохранность несушек. Договориться с возницей оказалось непросто и, как и ожидалось, баснословно дорого. Хорошо, что нашёлся возница, который ехал в Митрофановку, и к утру должен был туда добраться. В крытой телеге было относительно тепло, Юре хотелось спать, но он опасался придавить птиц. От тепла, почувствовав спокойствие, они начали шевелиться и квохтать. Это немного отрезвляло и не давало провалиться в сон от монотонной езды.