Я попытался посмотреть в сторону ближайшей светящейся линии, но изображение не подчинялось моему желанию. Я не находился здесь по-настоящему, а всего лишь видел сохранённый фрагмент чужого прошлого.

Картинка внезапно дрогнула, по светящимся линиям прошли тёмные разрывы. Один за другим начали гаснуть дальние участки. Где-то на горизонте вспыхнул яркий зелёный свет, затем изображение пошло трещинами, словно разбитое стекло.

Меня резко выбросило обратно. Я дёрнулся и отступил на шаг, факел едва не выпал из руки. Сердце колотилось так, словно я бежал несколько вёрст без остановки. На лице выступил холодный пот. Мирослав уже стоял рядом.

— Что произошло? — резко спросил он. — Ты замер и перестал реагировать. Я тебя окликал несколько раз.

Я глубоко вдохнул.

— Видел город. Огромный. Поля вокруг, дороги, другие поселения. И светящиеся линии между ними.

Старик застыл.

— Сеть?

— Похоже. Потом линии начали гаснуть, и меня выбросило обратно.

Мирослав медленно перевёл взгляд на тёмно-зелёный обломок.

— Память, — тихо произнёс он. — Или что-то вроде неё. Иногда магические вещи сохраняют отпечатки сильных событий, но настолько цельных видений мне встречать не доводилось.

— Почему именно я?

— Вот этого не знаю, — честно признался старик. — Может, из-за вашего Дара. Может, из-за связи с пореченским Камнем. Может, причина совсем иная. Не собираюсь изображать мудреца там, где сам ничего не понимаю.

Я мысленно обратился к Системе, но ответ оказался предельно сухим.

[Зафиксирована кратковременная реакция неизвестного типа при непосредственном контакте с ядром.

Полученные сенсорные данные: происхождение не определяется.]

И всё. Никаких объяснений, никаких выводов.

— Значит, разбираться будем позже, — произнёс я вслух.

Мирослав посмотрел на меня.

— Что?

— Говорю, вытаскивать ядро надо. Оставлять его здесь среди заражённого леса смысла не вижу.

Старик задумчиво кивнул.

— С этим согласен. Но теперь руками его не трогаем без необходимости. Я сначала проверю крепление.

Он опустился возле основания и начал внимательно осматривать выемку.

— Полотно приготовьте, — распорядился я остальным. — И отдельную суму. Никакого металла вплотную к ядру, пока Мирослав не скажет, что можно.

Люди начали выполнять приказ. Я ещё раз посмотрел на обломок. Внутри него снова тускло вспыхнул зеленоватый огонёк. На этот раз я держал руки при себе.

Мирослав закончил осмотр и осторожно протянул ладони к краям каменного основания, стараясь не касаться самого ядра.

— Похоже, оно уже ничем не закреплено, — произнёс он. — Внешняя структура разрушена полностью. Сейчас завернём и…

Камень под нашими ногами вздрогнул.

Сначала по стенам прокатился едва различимый гул, а следом раздался тяжёлый каменный скрежет, от которого неприятно заложило уши. Одна из глубоких ниш, которую я до этого считал обычным углублением в стене, медленно раскрылась, и из неё шагнула массивная человекоподобная фигура.

Страж был сложен из чёрных каменных пластин, плотно пригнанных друг к другу. Ростом он превосходил самого высокого из наших воинов почти на две головы, а широкие плечи едва не задевали края ниши. Грудь и голова создания были испещрены тонкими знаками, часть которых тускло мерцала голубовато-зелёным светом. Двигался исполин тяжело, однако удивительно плавно, словно простоявший здесь неизвестно сколько веков механизм совершенно не утратил способности выполнять заложенные в него команды.

Перед глазами появилась полупрозрачная надпись:

[Автономный защитный механизм.

Материал конструкции: не определяется.

Активность: высокая.

Уровень угрозы: высокий.]

— Отступаем, спокойно и без суеты! — приказал я, не сводя глаз со Стража. — К ядру больше никто не подходит.

Но древний механизм уже выбрал ближайшую цель. Огромная каменная ладонь ударила по выставленному копью. Древко треснуло, оружие вырвало из рук, а самого ратника отбросило к стене. К счастью, мужчина успел сгруппироваться и ударился скорее плечом, чем спиной, после чего почти сразу попытался подняться.

— Стрелки, по глазам и сочленениям! — резко приказал Виктор.

Степан выпустил стрелу почти мгновенно. Наконечник угодил Стражу в верхнюю часть груди, высек искры и отскочил, не оставив заметного повреждения. Один из мечников попытался рубануть по коленному сочленению. Его клинок звонко ударил о чёрный камень и едва не вылетел из рук.

— Назад! — крикнул я. — Не стойте перед ним!

Я выбросил руку и ударил «Воздушным кулаком» в широкую грудь исполина. Воздух с глухим хлопком врезался в каменную фигуру. Страж пошатнулся и отступил на полшага, однако почти сразу снова двинулся вперёд.

Мало. Причём значительно меньше, чем хотелось бы.

— Не пытайтесь его пробить! — приказал я. — Держим расстояние, заставляем поворачиваться. Никто под прямой удар не лезет!

Люди быстро расступились вдоль стен зала, оставляя Стражу пространство в центре. Механизм остановился, медленно повернул голову в сторону Виктора, а затем тяжело шагнул к нему.

Я следил за каждым движением. Что-то здесь повторялось. Перед шагом вспыхивал один из знаков на груди. Почти одновременно свет пробегал по тонкой линии к плечу, и только после этого двигалась рука. Когда Страж менял цель, сначала загорались несколько маленьких символов вокруг головы, затем корпус поворачивался вслед. Не магические команды, которые я мог бы каким-то образом прочитать, а скорее последовательность работы самого механизма.

— Виктор, заставь его повернуться! — крикнул я.

Десятник понял почти сразу. Он быстро сместился вправо, не приближаясь к Стражу. Каменная голова повернулась, символы вспыхнули, затем движение.

— Ещё раз!

Виктор шагнул обратно. Та же последовательность.

Я сосредоточился на «Чутком ветре». Воздух вокруг Стража был тяжёлым, наполненным мелкой каменной пылью и теплом, которое исходило от работающих рун. Каждый раз перед движением отдельных частей корпуса возникал слабый воздушный толчок — не магическая нить, которую можно просто перерезать, а короткое изменение давления возле конкретного сочленения.

Страж снова пошёл на Виктора.

— Всем к стенам! — приказал я. — Мне нужно несколько секунд!

Мирослав бросил на меня быстрый взгляд.

— Что задумали?

— Пока только проверяю одну мысль.

Я позволил древнему механизму сделать ещё один шаг. Сначала вспышка на груди. Затем знак возле правого плеча. В тот самый момент я ударил коротким, узким потоком воздуха не в корпус, а прямо в щель между плечевой пластиной и грудью.

Раздался сухой треск, страж дёрнулся. Правая рука пошла вверх, но резко остановилась на половине движения. Внутри сочленения что-то заскрежетало.

— Получилось, — выдохнул я.

— Что именно? — спросил Мирослав.

— Он двигается не как живое существо. Сначала срабатывает управляющий узел, потом приводится в движение нужная часть. Если нарушить работу сочленения в тот момент, когда оно получает нагрузку…

— То механизм заклинит, — закончил старый маг.

— Надеюсь.

Страж уже разворачивался ко мне. На груди вспыхнул знак, я приготовился. Загорелась руна у левой ноги. Короткий воздушный удар пришёлся в узкую щель возле колена ровно в тот момент, когда древний механизм перенёс на него вес.

Каменная пластина сдвинулась всего на несколько пальцев, но этого хватило, нога резко подкосилась. Исполин тяжело опустился на колено, попытался подняться, однако заклинившее сочленение не поддалось. Символы на груди вспыхнули ярче.

— Не подходить! — предупредил я.

Страж попытался повернуться, опираясь на вторую ногу и левую руку. Я снова дождался последовательности знаков. На этот раз ударил в плечевое сочленение с противоположной стороны, послышался звонкий хруст. Каменная рука с тяжёлым грохотом упала на пол.