Вожак всё ещё не двигался, стоял за деревом, ждал. Уж слишком умный, именно это нравилось мне меньше всего.

— Правый край! — крикнул Виктор.

Ещё один волк метнулся к нему. Десятник встретил зверя мечом, клинок прошёл по морде, оставив глубокую рану, но волк не остановился, рванулся вперёд и вцепился в плечо Виктора.

Клыки с хрустом сомкнулись на стальном наплечнике, мужчину развернуло.

— Виктор! — впервые без всякой шутки заорал Анатолий.

Я оказался ближе. Внутри поднялась ярость, не слепая, наоборот, холодная, будто всё вокруг вдруг стало чётче. Я шагнул к волку, висевшему на Викторе, пытаясь сбить с ног.

И именно тогда вожак атаковал сбоку. Я увидел движение слишком поздно, развернуться с мечом уже не успевал, тело сработало раньше мысли. Левая рука сама выбросилась навстречу хищнику, я даже не понял, что пытаюсь сделать, просто захотел, чтобы эта тварь не добралась до меня.

Воздух вокруг ладони сжался и ударил. Раздался глухой хлопок, вожака словно встретила невидимая стена. Морду резко отбросило назад, огромная туша отлетела на несколько шагов и покатилась по земле, ломая кусты, из пасти и носа хлынула чёрная кровь.

Я замер. Ладонь всё ещё была вытянута вперёд, пальцы покалывало, по руке до плеча прошла странная дрожь, в голове на мгновение зашумело.

Что это сейчас было?

Система отозвалась сразу:

[Зафиксирована первая активация Дара текущим пользователем.

Стихия: Воздух.

Текущая ступень: вторая.

Доступен навык: «Воздушный кулак».]

Вот теперь Анатолий официально оказался прав, но разбираться было некогда. Я буквально заставил себя отвести взгляд от таблички. Виктор уже сумел оттолкнуть вцепившегося в него волка, удар меча пришёлся твари в шею, зверь дёрнулся и рухнул.

Слева Анатолий вместе с копейщиком добил своего подранка. Оставшийся волк, увидев гибель стаи и то, как вожак тяжело пытается подняться, решил сбежать.

— Не отпускать! — крикнул Виктор.

Две тетивы хлопнули почти одновременно, одна стрела вошла в заднюю лапу, вторая — в бок. Волк рухнул. Подскочивший копейщик закончил дело.

Остался вожак, он уже поднялся, пошатываясь, из пасти капала чёрная кровь. Зверь смотрел только на меня. Я ещё ощущал странное онемение в левой кисти, поэтому проверять новую способность второй раз совершенно не хотелось. Да и не требовалось, мы окружили тварь.

Вожак оскалился, попытался броситься, я шагнул навстречу и как следует рубанул мечом сверху вниз. Магический клинок прошёл через голову почти без сопротивления.

Волк рухнул. На поляне стало тихо, только люди тяжело дышали, а у меня неприятно гудело в висках.

— Что это сейчас было, ваше сиятельство? — спросил Анатолий.

Он смотрел на мою левую руку.

— Вы его… воздухом приложили?

— Похоже на то, — ответил я, сжимая и разжимая пальцы.

Кончики всё ещё покалывало.

— Потом разберусь.

Я резко перевёл взгляд на людей.

— Раненые?

Серьёзно досталось двоим. Виктору волк всё-таки пробил наплечник, по рукаву текла кровь. Десятник стоял сам, но лицо заметно побледнело. Молодой копейщик, которого сбили в начале боя, сильно прихрамывал и почти не наступал на одну ногу.

— Виктору перевязку, — распорядился я. — Рану стянуть, но без фанатизма. По возвращении сразу к Прохору.

— Сам дойду, — сухо сказал Виктор.

— Даже не сомневался.

Я посмотрел на второго.

— А этому соорудить волокушу.

— Я тоже дойду, ваше сиятельство, — сказал парень, но тут же скривился от боли, попытавшись встать на ногу.

— Пятьдесят шагов пройдёшь, потом мы тебя с земли подбирать будем. Не спорь.

Парень виновато опустил голову.

— Нарубите жердей, — приказал я бойцам. — Быстро.

Анатолий уже осматривал ближайшего волка.

— Хоть бы мясо нормальное было…

— Ты неисправим, — усмехнулся стоявший рядом копейщик.

— Жалко же. Шесть здоровых туш.

— Хочешь, вечером дам тебе кусок, — предложил Виктор.

Рыжий немедленно отступил от мёртвого зверя.

— Я вдруг вспомнил, что сыт.

Стоявшие рядом бойцы рассмеялись, даже Виктор тихо хмыкнул.

Осколки начали извлекать после того, как раненых перевязали. С пяти обычных волков набралось три красных и два зелёных, все второго ранга. Вожак оказался богаче, внутри нашли два голубых осколка.

Я проверил один.

[Осколок Воздуха. Второй ранг.]

И второй оказался таким же.

Интересно, значит, семь осколков за один бой, неплохая добыча. Хотя лично я предпочёл бы получать ресурсы каким-нибудь менее зубастым способом. Я ссыпал всё в кошель.

— Место запомните, — распорядился я. — Голыми руками туши больше не трогать. Здесь огонь разводить не будем, слишком много сухого подлеска. Потом решим, как безопаснее избавиться.

— Уходим? — спросил Анатолий.

— Немедленно, — сказал я и посмотрел в лес, после запаха крови вполне могли прийти новые гости. — Пока ещё кто-нибудь не решил присоединиться к пиршеству.

Обратная дорога заняла больше времени из-за раненого на волокуше. Виктор, несмотря на плечо, шёл сам и на предложения сменить его на правом краю отряда отвечал одним и тем же тяжёлым взглядом, я перестал предлагать.

Лес вокруг снова затих. То ли волки действительно распугали всё живое, то ли кто-то ещё наблюдал за нами и пока не решался приблизиться. Когда впереди показались первые плетни Поречья, я только тогда почувствовал, как постепенно отпускает напряжение.

Всю обратную дорогу я, оказывается, шёл, стиснув зубы и почти не разжимая пальцев на рукояти меча. Левая ладонь всё ещё слегка покалывала, а в голове вертелась одна мысль. Я маг. Причём, судя по всему, далеко не бесполезный.

Вот только сначала неплохо бы выяснить, как именно пользоваться собственным Даром и не отшибить себе руку раньше, чем научусь делать это нормально.

В деревне нас уже ждали. Весть о возвращении охотничьего отряда разнеслась по Поречью быстрее ветра, и возле околицы успели собраться женщины с детьми, несколько стариков и мужиков.

— Идут! — звонко крикнул Егорка, первым заметив нас между деревьями, и замахал обеими руками. — Наши идут!

Я невольно улыбнулся. Особенно мне понравилось последнее слово. Не «ратники», не «графские», наши. Похоже, процесс привыкания друг к другу всё-таки шёл в нужную сторону.

— Ой, раненые! — тревожно выкрикнула какая-то женщина.

Люди сразу загудели.

— Есть, но ничего смертельного, — громко ответил я, чтобы сразу прекратить ненужную панику, а потом повернулся к бойцам. — Виктора и Александра к Прохору. Сразу.

— Сам дойду, — сухо произнёс Виктор.

— А кто сказал, что тебя понесут?

Десятник удивлённо посмотрел на меня.

— Тогда вопросов нет.

Александра действительно пришлось тащить на волокуше. Молодой копейщик от этого чувствовал себя крайне неловко и всю дорогу пытался доказать, что вполне способен идти сам.

Прохор, услышав шум возле своего дома, вышел на крыльцо, вытирая руки ветошью. Окинул взглядом Виктора, потом Александра, тяжело вздохнул.

— Вот ведь… Ни дня без работы, — проворчал зельевар и раздражённо махнул рукой в сторону двери. — Заносите одного. Второй сам ноги имеет, пусть ими пользуется.

— Я же говорил, — заметил Виктор.

— А ты молчи, — тут же осадил его Прохор. — Тебя тоже смотреть буду.

Виктор покорно вошёл следом. Вот что интересно: медведя он не боялся, волков тоже, а старому зельевару даже не пытался возражать.

Добычу сгрузили возле моего двора: три утки, два глухаря, три зайца. Не так уж много, если считать рты всей деревни, но в наших запасах ещё оставалась крупа, а местные женщины принесли лук, несколько реп и немного другой зелени. Получалось, что дичь станет скорее хорошей добавкой к большим котлам каши, чем главным блюдом.

Анатолий немедленно принял командование кухонным фронтом.

— Эй, молодые, чего застыли? — рявкнул десятник, хлопнув ладонями. — Дичь разделывать, воду греть! Уток ощипывать аккуратно, зайцев тоже не кромсать. Шкуры снять нормально, ещё пригодятся. — Он ткнул пальцем в сторону летней кухни. — Крупы побольше, сегодня кормим всех, кто на ремонте вкалывал. Люди с утра топорами и молотками машут, небось уже собственные животы грызут.