Внезапно в тишине заснувшего переулка прозвучал резкий, звонкий сигнал телефонного оповещения. Кому-то пришло входящее сообщение. Элис, еще не до конца веря в происходящее, машинально потянулась к карману и выудила свой смартфон. Вглядевшись в вспыхнувший экран, она пораженно воскликнула:

- Невероятно! Телефон полностью заряжен и я снова в сети! Мы дома!

Снежную улицу огласили вздохи облегчения и сбивчивые возгласы. Мелисса, тяжело дыша обернулась назад, к тому месту, откуда они только что выскочили. Ее глаза расширились от крайнего изумления: прямо на глазах уютная витрина антикварной лавки подернулась дымкой и безвозвратно растворилась, уступив место самой обычной, покрытой инеем кирпичной стене.

- Лавка... она исчезла! - тихо, едва слышно проговорила Мелисса, указывая рукой на пустую кладку.

Все дружно обернулись и в оцепенении уставились на сплошную стену, на которой не осталось и намека на существование какого-либо магазина.

- А мы точно вернулись именно в свое время? - с сомнением и затаенной тревогой спросила Элис, оглядывая заснеженный переулок.

Ответ не заставил себя ждать. Из дверей маленькой булочной неподалеку, обдав морозный воздух аппетитным ароматом ванили и свежей выпечки, неспешно вышел молодой парень. Oн на ходу с искренним наслаждением уплетал румяный, горячий круассан, абсолютно ничего не замечая вокруг.

- Любезнейший! - громко окликнул его Оливер. Юноша поднимался из сугроба, энергично отряхивая с одежды налипшие хлопья снега и пытаясь придать себе хотя бы относительно приличный вид. - Не подскажете ли, какой сегодня год... и число?

Парень замер с поднесенным ко рту круассаном и посмотрел на странную, закопченную компанию в необычных одеждах с нескрываемым недоумением. Однако, списав всё на предновогодние костюмы, коротко ответил, назвав текущую дату, и поспешил продолжить свой путь.

Прощание беглецов получилось недолгим, но теплым. Элис очень тонко чувствовала момент: она понимала, что Мелиссе и Оливеру, наконец-то нашедшим друг друга после долгих лет разлуки и пройденных испытаний, нужно побыть наедине и обо многом спокойно поговорить. Поэтому, сердечно попрощавшись с ними и обменявшись искренними объятиями, девушка направилась в сторону центральной площади. Брат с сестрой, тихо о чем-то шепчась и не разжимая рук, побрели в противоположную сторону. «Видимо, где-то там находится квартира Мелиссы», - решила Элис.

Выйдя на просторную площадь, девушка плотнее укуталась в тяжелый, теплый плащ Аскольда, который тот заботливо накинул ей на плечи еще перед началом рокового ритуала. Элис села на заснеженную лавочку и с тихой, светлой грустью окинула взглядом нарядный, мерцающий праздничными гирляндами город, готовый встретить Новый год. На старинной ратуше звон тяжелых курантов торжественно отсчитал восемь глухих ударов. До наступления полуночи оставалось совсем немного времени.

Элис подняла глаза и устремила взор вдаль, куда-то за темный силуэт ратуши, сквозь морозную дымку и толщу веков. Она точно знала: там, в далеком и жестоком Средневековье, прямо на месте этого уютного светлого города, высился мрачный черный замок Герцога. И прямо сейчас в его каменных залах кипела яростная, нещадная битва. Сердце Элис болезненно сжалось.

*

Мелисса и Оливер медленно брели по заснеженному переулку, направляясь к небольшому дому, где располагалась квартира девушки. Уличные фонари отбрасывали на свежие сугробы мягкий желтый свет, а в воздухе кружились редкие морозные снежинки. Тень шел, напряженно и с опаской оглядываясь по сторонам. Он вздрагивал от гула проезжающих вдалеке автомобилей, присматривался к светящимся неоновым вывескам и чужим силуэтам в окнах. Этот мир казался ему сотканным из чужеродных звуков и странных конструкций.

- Я ничего здесь не знаю, - тихо и с глубокой грустью вздохнул юноша, плотнее запахивая плащ. - Всё это совершенно не похоже на обстановку, к которой я привык, в которой жил раньше. Здесь всё чужое.

Мелисса мягко взглянула на брата и сделала шаг ближе, пытаясь успокоить его своим присутствием.

- Не переживай так, Оливер. Поверь мне, жизнь здесь намного спокойнее и безопаснее, чем там, откуда мы пришли. Тут нет магии скверны, нет войн и бесконечных погонь. Я научу тебя абсолютно всему, что только нужно для комфортной и простой жизни. Мы со всем справимся.

Девушка попыталась тепло и ободряюще улыбнуться брату, но улыбка вышла слабой, дрожащей и мгновенно угасла. Взгляд Мелиссы помутнел, плечи бессильно опустились, и она тяжело поникла, безотчетно глядя себе под ноги на утоптанный снег.

Тень тут же остановился. Наблюдательный и чуткий к состоянию сестры, он сделал шаг вперед и бережно положил свою ладонь ей на плечо.

- Мелисса, я знаю, о чем ты сейчас думаешь, - тихо, но твердо произнес он, смотря ей прямо в глаза.

- Я только-только воссоединилась с семьёй. Едва успела обнять своих братьев, - едва слышно, с прорывающимся сквозь ком в горле отчаянием проговорила девушка. - И я снова потеряла ее часть. Скажи, как ты думаешь, что с ним стало там, в том зале? Выжил ли он в этой проклятой битве?

В ее глазах блеснули слезы, в которых отражался свет новогодних гирлянд. Оливер чуть сжал её плечо, передавая то малое тепло и уверенность, что были в нем самом.

- Мелисса, послушай меня. Он - один из самых сильных и искусных магов, кого я знал. А твоё возвращение, поверь, придало ему огромную волю к жизни. Он вернётся.

- Ты правда так думаешь? - спросила Мелисса, подняв на него полные надежды и страха глаза.

Тень на мгновение смолк. Он медленно запрокинул голову и задумчиво посмотрел в темное зимнее небо, сквозь которое проглядывали холодные, далекие звезды.

- Он всегда возвращается, - тихим, но уверенным голосом ответил Оливер.

Глава 27

Медленно ступая по хрустящему заснеженному тротуару, Элис брела в сторону дома. Вечерний город жил праздничной, суетливой жизнью: окна домов светились уютным золотистым светом, сквозь морозную дымку пробивались разноцветные огни новогодних гирлянд, а в воздухе витал запах хвои и предпраздничного волшебства. Но мысли девушки были невероятно далеки от этой современной зимней сказки. Она все еще чувствовала на плечах тяжесть чужого плаща, а в ушах до сих пор эхом отзывался гул магии и треск рушащихся сводов замка.

​- Какая невероятная, совершенно безумная история с нами произошла, - шепотом говорила Элис сама себе. - Если попытаться написать об этом статью, отправить ее в редакцию или выложить в сеть... да никто же в здравом уме не поверит! Скажут, что это плод разыгравшегося воображения или газетная утка. А что, если... а напишу-ка я об этом целую книгу! Я ведь так давно мечтала издать собственный настоящий роман. У меня есть сюжет, есть эмоции, есть живая боль и живая магия. Нужно только придумать правильное, цепляющее за душу название!

​Она задумчиво остановилась прямо посреди заснеженной аллеи, плотнее укутавшись в теплый плащ и нащупывая под ним обод шаманского бубна. Погрузившись в размышления, Элис перебирала в голове варианты, пытаясь подобрать идеальные слова для заглавия будущей рукописи - яркие, загадочные, передающие всю глубину пережитого опасного приключения.

​Ее напряженные мысли вдруг прервал знакомый, бархатистый, чуть насмешливый и бесконечно родной тихий голос, раздавшийся совсем близко, прямо за ее спиной:

​- А я в этой твоей книге буду коварным злодеем или все-таки благородным героем?

​Элис на мгновение замерла. Сердце в груди пропустило мощный удар, а затем радостно заколотилось. Она на мгновение опустила голову, спрятала лицо в воротнике и невольно улыбнулась - тепло, искренне, с невероятным облегчением, от которого на глаза едва не навернулись слезы. Медленно развернувшись к собеседнику, она увидела стоящего перед ней колдуна.

​- Как тебе удалось попасть сюда? - с придыханием спросила она, снизу вверх разглядывая его знакомые черты. - Разве то волшебное полотно не сгорело дотла? Разве портал между мирами не закрылся навечно?