— И не только на впечатления, — улыбнулся я.

— Да-да… Мама говорила, сколько ты тогда заработал. И молодец, что родителям деньги отдал.

— Да, как-то, хм, «отдал» и не подходит слово. За мотоцикл заплатил. Туда-сюда…

— Но мама говорила, что ты ей около пятиста рублей дал, — удивился он.

— Это с призовых.

— Хм. Какая разница откуда. Главное, — всё правильно делаешь. И с квартирой у тебя складно вышло.

— Ремонт сделал, — похвастался я. — Приезжайте на новоселье, как Тиэко приедет.

— А свадьбу, что, зажилил? — удивился он.

— А надо? — скривился я. — Документы я уже оформил. Свидетельство о браке на руках. Какая свадьба?

Дядь-Гена почесал подбородок.

— Э-э-э… Ну, хоть как-то же надо посидеть?

— А мы в Губерово приедем и там посидим, — «вдруг» придумал я. — На ноябрьские. Как раз и свинюшку приколят, и я с Бикина не пустым приеду, дичины привезу. Зачем родичей баламутить?

— Правильно! — одобрила меня тётя Зина, не участвовавшая в нашем пиво-питие. — Вы ужинать будете?

Дядь-Гена глянул на меня.

Я пожал плечами. Отказываться от приготовленного ужина я не рискнул, хотя уже был и сыт, и напит.

— Тогда мы с коньячком, — сказал дядька.

— Да, хоть два раза, — сказала Тётя Зина.

Почему-то она не опасалась, что её муж сопьётся так же, как и его отец, мой дед Коля. И она оказалась права. Наследственность в данном случае не сработала. Пить дядя Гена мог много, но всегда контролировал себя. Как и я, да.

Сейчас я тоже себя контролировал. Не потому, что не хотел хмелеть, а потому, что мысленно я был километров за пять от того места, где мы ужинали с пивом и коньяком. Ещё «дремля» в машине, я включился в свой «жучок», который лежал в обуви Гришкиной «невесты», и попытался прощупать окружающее пространство, где он находился. Но тогда у меня ничего не получилось. И это сильно меня расстроило.

Синяя синь не раскрывалась в том месте. Это, скорее всего, была квартира «тёщи», потому что в Гришкиной квартире моя сила, не имея препятствий, раскрывалась вполне себе спокойно. Я проверил это сразу, как только вышел от Гришки и сел в машину.

Пия пиво, закусывая его солёным арахисом и беседуя с дядей, я «раскачивал» защиту «логова ведьм», всё больше и больше накачивая артефакт синей синью. И вот сейчас ведьминская защита не выдержала и я, аккуратно раскрыв «синий зонтик», мысленно проник в квартиру.

«Тёща» отсутствовала. Чем занимаются Гришка с «невестой» было понятно по характерным томным женским и рычащим мужским возгласам, доносящимся из её комнаты. Я бы, в таком случае, на месте «тёщи» тоже на некоторое время ушёл из дома.

— Гришка — сексуальный маньяк, однако, — подумал я. — Уже пара часов прошло, как он к ней пришёл. Хотя… Он, наверное, сначала пирог ел, и чай пил, да с тёщей разговаривал. Не могла она его не «покачать» на счёт меня. Весь ум ему исковыряла, наверное. Да сдерживала его от «исполнения желания». Хе-хе… Есть и у цыганских ведьм практики, с помощью которых они «накачивали» половых партнёров желанием и мужской силой. Я то, имея в себе память Зары, знаю. Вот Гришка и отрывается сейчас по полной.

«Прощупав» квартиру на предмет амулетов, и найдя их на всех окнах и входной двери, «свернул зонтик» и «испарился». Амулетами были портняжные «иглы-булавки» с бусинками, вместо ушка, вставленные в обои в углах оконных и дверного проёмов.

— Простенько, но со вкусом, — сначала подумал я, но потом понял, что именно в этой бусинке и таится ведьмина сила. Я уже знал, что не всякий предмет можетпринять силу. Или, вернее, металл, по своей структуре, и энергетической сути — субстанция агрессивная. Смерть Кащея на конце иглы, — это круто. В сказке-фильме не правильно показали. Не ломать иглу надо, а стрелять ею в Кащея. Хотя… Кажется был такой «правильный» мультфильм, где Кащей превратился в ворона, а Иван-царевич стрелял из лука стрелой с наконечником-иглой. Ну, да, ну, да…

Из игл колдуньи делают направленные агрессивные амулеты против своих соперниц или соперников. Но игле совершенно «всё равно» в кого «втыкаться». Поэтому, у себя дома ставить такие артефакты опасно. Но если накачать силу в бусину, а не в иглу, то такой оберег защитит хозяина. А игла послужит по своему мирному предназначению, как обычная булавка.

Как и нож, кстати. Если воткнуть его в дверной косяк или стол, он послужит серьёзной защитой от любых чужих энергий, пытающихся проникнуть через дверь.

Я в который уже раз мысленно вздохнул. Проговаривая мысленно формулы заговоров и вспоминая специфические термины, я страдал. Мне претило старорежимное отношение к энергиям. Меня корёжило от «чертовщины». Но по-другому ни себе, ни кому бы то ни было другому человеку, разъяснить то, что я делаю или то, что вижу-чувствую, я бы не смог.

Пока я Гришке ничего не говорил, но готовился, да. Подбирал слова и формы. Но если бы я показал ему «его куклу» с воткнутыми в неё иглами, о на бы навернякапроизвела на Гришку правильное впечатление, но такую куклу я не нашёл. Вернее, нашёл, но без иголок. Кукла лежала в диванном ящике. Она была тряпичная. Такие мы шили в классе третьем-четвёртом на уроке труда. У этой куклы на груди был пришит лоскуток в форме сердечка, а на спине написано «Гриша». И за что «крыситься» на влюблённую девчонку?

Однако, я помнил, как Гришка рассказывал, что находил эту же куклу с воткнутыми в неё швейными иглами с разноцветными нитями.

Сразу после окончания института Гришке Находкинская жестяно-баночная фабрика «даст» двухкомнатную квартиру. И после этого он — обычный механик-наладчик, своей жене уже будет не нужен. «Тёща» после двух, сошедших в могилу мужей, наконец-то была замужем за капитаном дальнего плавания, который, практически, не бывал дома, и свою дочь вела таким же путём. Капитан, между прочим, тоже будет не один.

И что мне было делать с этими знаниями?

Я пришёл в этот мир, переродившись в себе, получил способности управлять энергиями, только лишь затем, чтобы стать прародителем Советского каратэ? Или только лишь для того, чтобы исцелять? Вряд ли.

В своё время меня поразила судьба моего друга. Я не верил тому, что он рассказывал, долго, пока его не скрутило так, что он в буквальном смысле стал идиотом, а потом умер. Вспоминая про него часто, я не находил себе покоя, и вот вдруг оказался здесь. И получил возможность проверить правдивость его слов. Как так получилось, что меня п еренесло на шестьдесят лет назад? Почему цыганка из детства мне помогла? Я не знал и, скорее всего, теперь уже не узнаю. Зато, я мог попытаться помочь другу. Но как? Я думал об этом постоянно, но придумать пока ничего не мог.

Из общения с цыганами я кое-что для себя в отношении них прояснил. Главное, это — не буди лихо пока оно тихо и то, что цыгане — не те люди, которые могут простить худого к ним отношения, особенно — оскорбления. Как сицилийцы. А ещё они искренне верят в ворожбу, колдовство, заговоры, амулеты. Верят и применяют их в быту. И обычные граждане атеистического СССР тоже применяют некоторые ритуалы и обереги. Например, вяжут себе шерстяную нитку на запястье, английскую булавку вертикально с внутренней стороны одежды крепят от сглаза, плюют через левое плечо, верят в дурные приметы… Да мало ли?

А потом они же говорят, что нет магии, колдовства или Бога.

Я тоже поначалу не верил. Даже в бесконтактный массаж не верил. Скептически отнёсся к словам своего учителя по китайским единоборствам и восточной терапии, что он, де, стал лечить на расстоянии. А потом сам попробовал манипулировать по методу Джуны и натуральным образом офигел.

А вот сейчас не только бездумно манипулировал, но и плёл энергетические конструкты и вставлял в структуру предметов. И ничего. Нормально себя ощущал. И, что интересно, окружающие тоже нормально реагировали на мои исцеляющие, м-м-м, «рукоприкладства». Народ верил в магию и сверхвозможности человека, чем пользовались всякие лжецелители, мошенники-лекари и в это время, и в прошлые времена, и будут пользоваться в будущем. Точно так же народ верил и цыганкам с их гаданием и в привороты-заговоры разных «бабок».