Ари молчит. Но я чувствую, как внутри разгорается пламя — наше общее пламя, которое готово вырваться наружу, уничтожить всё вокруг, если я не возьму его под контроль.

«Мы должны действовать, — голос дракона звучит твёрже. — Мы должны забрать ту, что принадлежит нам по праву».

— По праву? — я вскидываю голову, смотрю в пустоту перед собой. — Какое у меня право, Ари? Она стала женой моего наставника. Моего учителя. Того, кто должен быть для меня примером. Что я могу теперь сделать?

«Она тянется к нам, — упрямо повторяет дракон. — Я чувствую это. Ты тоже чувствуешь. Там, во сне, когда она коснулась нас... Эта связь не разорвётся просто так. Мы связаны с ней, Эйнар. А она с нами. Навсегда».

Я закрываю глаза. Перед внутренним взором снова всплывает тот момент — как я почувствовал её боль сквозь пространство сна. Острую, пронзительную, раздирающую. Она была не физической — душевной. Она страдала там, в своём сне, переживала чью-то чужую боль, и это отзывалось во мне таким резонансом, что я едва не задохнулся.

Я рванул к ней. Наплевав на всё — на то, что это был её личный сон, на то, что я не имел права вмешиваться, на то, что у неё есть муж, который является ее парой. Я просто... не мог иначе. Потому что когда ей больно, мне тоже больно. Потому что когда она страдает, я готов горы свернуть, лишь бы это прекратилось.

А он? Её муж? Он даже не почувствовал, что его женщина умирает. Он был занят. Работа, отчёты, построения... А она в это время умирала.

«Аэрон её угробит, — голос Ари звучит мрачно, почти обречённо. — Если мы ничего не сделаем, он её угробит. Рано или поздно».

Я знаю. Я чувствую это каждой клеткой своего тела. Он не ценит её. Не бережёт. Не видит в ней ту, ради которой стоит жить. Для него она — удобная жена, красивая эльфийская женщина, целительница, которая всегда под рукой. А для меня...

Для меня она — свет. Тепло. Дом. Она всё для меня.

Я не знаю, когда это началось. Не знаю, как это случилось. Но сейчас, в этой тишине, оставшись один на один со своей болью, я понимаю: я люблю её. По-настоящему. Так, как не любил никого и никогда. Она моя истинная, но она принадлежит другому.

И от этого понимания внутри всё сжимается ещё сильнее.

Я сжимаю кулаки, подношу их к лицу. Смотрю на костяшки — белые, напряжённые до предела. А потом, не в силах больше сдерживать эту раздирающую энергию, со всей силы бью по стене.

Удар. Ещё один. Ещё.

Кровь брызжет на камень, разлетается алыми каплями. Костяшки разбиты в мясо, но боли снова нет. Только это жгучее, пульсирующее пламя внутри. Арион извивается, рычит, пропускает через себя огонь, и я чувствую, как мы оба сгораем в этом адском пламени.

— Почему? — шепчу я в пустоту, прижимаясь лбом к холодной стене. — Почему она не моя? Почему я в прошлом сдался так легко?

Тишина не отвечает. Только где-то в груди, там, где бьётся моё сердце, пульсирует одно имя.

Азалиэль.

И по щеке, обжигая холодом, скатывается слеза.

Я отрываю лоб от холодной стены, разбитыми костяшками провожу по лицу, размазывая кровь. Идиот. Веду себя как мальчишка, которому отказала первая любовь. А я — кронпринц драконов. Наследник империи. Тот, кто должен быть примером хладнокровия и выдержки.

Но когда дело касается её... всё летит в бездну.

Закрываю глаза, и перед внутренним взором снова всплывает вчерашний день. Источник. Мой источник, куда я никогда никого не пускал. Священное место, где моя магия обретает истинную силу. И она там — хрупкая, беззащитная, с прозрачной кожей и алыми, как кровь, волосами, разметавшимися по воде.

Пламя дракона пожирало её изнутри. Я видел это своим особым зрением — чёрные нити смерти уже оплетали её сердце, тянулись к лёгким, к душе. Ещё немного — и эльфийская магия, несовместимая с нашим огнём, сдалась бы окончательно.

Я поглощал это пламя. Медленно, осторожно, боясь причинить ей ещё большую боль. Касался её кожи — такой горячей от жара, но такой... родной. Чувствовал, как её магия робко переплетается с моей, как ищет защиты, как тянется к свету.

Она доверяла мне. В том источнике, беззащитная, обнажённая — не физически, а душевно, — она доверилась мне полностью. И это доверие обожгло сильнее любого пламени.

— Чёрт, — выдыхаю я, снова ударяя кулаком по стене. Кровь брызгает на камень, но боли нет. Ничего нет, кроме этой пульсирующей, раздирающей пустоты внутри.

Она всегда такая. Хрупкая, но сильная. Беззащитная, но готовая броситься в самое пекло ради других. Сегодня она спасала чужих учеников, сгорая сама. Вчера — какую-то девочку, рискуя жизнью. А завтра? Завтра она снова будет кого-то вытаскивать с того света, пока её муж будет строчить отчёты и проводить совещания.

Ари прав. Она тянется ко мне сейчас спустя шесть лет с нашего знакомства. Я чувствую это каждый раз, когда наши взгляды встречаются. В больнице, когда я пришёл с обедом от Аэрона. На полигоне, когда она обернулась на мой взгляд. В источнике, когда её пальцы доверчиво сжали мою ладонь.

Она тянется. Но не может оставить мужа.

Почему? Что держит её в этом браке, где она — лишь удобное дополнение, а не центр вселенной? Глупая эльфийская верность клятвам, данным тому, кто их не заслуживает? Или страх перед неизвестностью, перед осуждением, перед тем, что подумают другие?

На мгновение в голове мелькает мысль. Чёрная, липкая, пугающая своей простотой.

Убить Аэрона.

Всего один удар — и проблема исчезнет. Она будет свободна. Сможет выбрать меня. Сможет наконец-то быть счастливой с тем, кто будет носить её на руках, кто не позволит ей сгорать заживо ради чужих жизней, кто будет любить её так, как она заслуживает.

Сознание на миг становится абсолютно чёрным. Я почти вижу это — его тело, распростёртое на земле, его глаза, застывшие в последнем удивлении. Почти чувствую удовлетворение от того, что этот дракон больше никогда не посмеет причинить ей боль.

Но видение исчезает так же быстро, как появилось.

Нет. Невозможно.

Он мой наставник. Мой учитель. Тот, кто вправлял мне мозги, когда я был глупым юнцом, считающим, что весь мир у моих ног. Тот, кто учил меня владеть мечом и магией, кто показывал, как быть достойным своего титула. Тот, кого я уважал. Кому доверял.

Как я могу убить его? Даже ради неё?

Я подхожу к окну, опираюсь окровавленными руками о подоконник. За стеклом жизнь, которая продолжается, несмотря на мою боль. Закрываю глаза, потираю виски пальцами. Кровь пачкает кожу, оставляет алые следы, но я не замечаю.

Мне нужно что-то сделать с этим безумием. С этой одержимостью, которая сжигает меня изнутри. Может, правда жениться на другой? Выбрать какую-нибудь знатную драконицу, которая давно точит на меня когти, сделать наследника, заткнуть рот отцу, который уже достал своими намёками...

Нет.

Мысль отбрасывается сразу, даже не успев оформиться до конца. Никогда. Даже если отец будет стоять на коленях и умолять. Даже если весь двор ополчится против меня. Даже если империя рухнет.

В моей жизни никогда не появится другая.

Потому что там, в глубине души, в самом её сокровенном уголке, уже есть только одна. И пусть она носит фамилию другого, пусть спит в его постели, пусть считает себя его женой — для меня она всегда будет той единственной, кого я готов ждать вечность.

«Ты должен бороться», — голос Ари звучит в голове тихо, но твёрдо.

— Бороться с чем? — усмехаюсь я горько. — С реальностью? С тем, что она замужем за моим другом и наставником?

«Бороться за любовь. За неё. За нас. Мы не можем просто сдаться, Эйнар. Я готов сражаться до конца. Она стоит каждой капли нашей крови, каждой слезы, каждой боли».

— Она выбрала его, Ари.

«Она выбрала его, потому что не знала нас. Не знала, что мы существуем. Не знала, что где-то есть тот, кто будет любить её так, как она заслуживает. Но теперь она тянется к нам. Я чувствую это. Ты тоже чувствуешь».

Я молчу. Потому что он прав. Я чувствую. Каждым вздохом, каждой клеткой, каждой частицей своей драконьей сущности.