— Но она прекрасна и без него. Не находишь?

— Ну, может быть. Ладно. С хвостом, конечно, было бы лучше. Но пусть будет и так.

— Ах-ха-х! — захлопала в ладоши радостная Аурэлия, заливисто смеясь. — Хвост у нашего дракона заговорил! Он вышел классным! Надеюсь, у меня тоже будет классная драконица и мне с моим хвостиком будет так же весело!

Я не смогла удержаться — пальцы, словно движимые неведомой силой, сами собой скользнули по мягкой, пушистой кисточке драконьего хвоста. Лёгкое прикосновение, почти невесомое… Но в тот же миг произошло нечто невероятное.

Мои пальцы окутало нежное золотистое свечение — оно пульсировало, переливалось, словно сотканное из солнечных лучей. По телу прокатилась волна волнительного, необъяснимого чувства: трепет, восторг, изумление — всё смешалось в едином порыве. Кожа будто ожила, каждая клеточка отозвалась на это таинственное прикосновение. Дыхание перехватило, а сердце забилось чаще, будто пытаясь выпрыгнуть из груди.

Поговаривали, что так устанавливается связь истинных с драконом — тонкая, незримая нить, соединяющая души. Но у меня никогда не было подобного с драконом моего мужа. Аэрон всегда отмахивался от этих рассказов, называл их красивыми сказками. «Связь с драконом, — говорил он, — устанавливается на духовном уровне, а не через прикосновения. Это вопрос доверия, взаимопонимания, общих целей».

Тогда почему сейчас я ощутила себя целостной? Почему в груди разливалась такая тёплая, всепоглощающая радость, будто пробудилась спящая часть моей души, долгие годы томившаяся в забытьи? Я словно вернулась домой после долгих скитаний, нашла то, что искала всю жизнь, сама того не осознавая.

«Всё дело в том, что это сказка, — мелькнула в голове мысль, — а персонажи у нас получились слишком живыми?»

Не в силах противостоять искушению, я коснулась кисточки снова. На мгновение она дрогнула — едва заметно, почти неуловимо, — словно дракон всё‑таки ощутил моё присутствие, откликнулся на зов души. Я резко убрала руку, но приятное покалывание в подушечках пальцев не исчезало. Оно пульсировало, напоминало о себе, словно я неосознанно зарядилась чужой силой — древней, могучей, первозданной. В воздухе повисло ощущение чего‑то нового, только что родившегося, чего‑то, что навсегда изменит мою жизнь.

— Долго стоять будешь? — слова хвоста вернули меня к реальности. — Хватай её и уходим! Зачем, правда, отца её здесь заморозил? Могли бы родственные связи наладить.

— Зачем? — спрашивает у него дракон. — Может, ещё кого найдём. Ты сам говорил — хочешь с хвостом.

— Ты уже слишком стар, чтобы разбрасываться такими подарками судьбы! — отчитывал дракона хвост. — Тем более эта та самая девушка, что спасла нас, когда мы были ещё яйцом, от смерти и вернула к матери. Подпитывала нас своей магией... Я чувствую её аромат здесь.

— Я не стар, — возмутился дракон.

А меня словно током ударило. Это напомнило мою историю из детства, но там всё было немного иначе. Почему мой герой-дракон об этом заговорил? Я ему таких слов не давала. Из памяти у меня вытащил, зараза?

— Аурэлия, это ты сейчас даёшь голос дракону и его хвосту?

— Нет, мамочка. Я просто захотела, чтобы они стали живыми и сами рассказали нам свою сказку.

— И не спорь! — продолжал хвост. — Жениться нам пора. Я детишек хочу! И вообще, может, она такой недостаток, как отсутствие хвоста, компенсирует чем-то другим. К примеру, покладистым характером.

«Вот это припекло беднягу. Так сильно детей хочет? Хвост-нянька! Хм, в этом что-то есть».

— Сомневаюсь в этом, — буркнул дракон.

— Самое дорогое сокровище в жизни — жизнь, любовь, доверие, искренность, счастье, радость, исполнение желаний! — неожиданно воскликнула принцесса Роз, делая неуверенный шаг в их сторону.

Глаза дракона блеснули золотистым свечением.

— У нашего цветочка есть зубки, — не впечатлившись её словами, протянул дракон.

— Я бы сказал, шипы, — умилился хвост.

— Говоришь, исполнение желаний? — осматривая принцессу с головы до ног, уточнил дракон. — У меня есть парочка...

Неожиданно картина перед глазами начала исчезать. От смешанного аромата различных цветов на несколько секунд закружилась голова, а когда прошло, я смогла детально рассмотреть, где мы с Аурэлией оказались.

Это был сад. Множество диковинных растений, каких мне никогда не доводилось видеть, самых причудливых форм и цветов, сразу поразили своей необычностью.

— А где все? — удивлённо спросила малышка. — Мы же сказку не закончили! Там самое интересное началось!

Я и сама хотела бы знать, где мы оказались.

Глава 10

«Второй наш дар, — неожиданно раздался в голове голос драконицы Аурэлии. — давать жизнь и умение говорить предметам , а то, что представит или захочет увидеть — станет реальным А теперь возвращай её душу обратно в тело».

— Малышка, — я протянула ей свою полупрозрачную ладонь, — мы сейчас отправимся пробуждать твоего дракона.

— Время правда пришло мне познакомиться с моей драконицей?

— Да, доченька. Время пришло. Она тебя очень ждет.

Ауриэль тянет ко мне руку, а меня резко выбрасывает из её духовного источника. Откидывает в сторону, и я ударяясь болезненно о стену.

Даррэн, явно услышав шум, залетает в реанимационную. Он бросается ко мне и помогает встать.

— Сколько я отсутствовала?

— Тебя не было четыре часа. У тебя вышла спасти малышку?

Я повернулась к Ауриэль и вздохнула с облегчением, увидев, что её душа всё-таки вернулась в тело. Значит у менря все получилась, а она смогла догвориться со совим драконом и вместе вернуться обратно к нам.

— Душа девочки снова в теле. Как её мать? — спрашиваю без особого интереса.

Состояние бывшей мужа меня на самом деле не волновало в отличии от её дочери.

— Живая. Нам с главврачом с огромным трудом удалось сдержать ее и не пустить сюда, — усталым тоном голоса сообщает информацию. — Всю кровь эта ведьма с нервами нам высосала. Я ещё не видел нашего главного настолько злым. Думал, что он ее на мести испепелит или жестоко убьет.

Я не успела ничего ответить, заметив, что Ауриэль лежавшая на кушетке начинает биться в лихорадочном жаре.

У нее обращение...

Она пытается обратиться драконом. Но ведь для этого слишком рано. Девочка вся полыхает огнем, а от избытка сильной магии её вот-вот разорвёт на части.

— Даррэн, вызывай Риэль! Скорее!

Направляю ладонь на девочку, стараясь поглотить часть её магии, но пламя дракона несовместимо с моей эльфийской силой: оно обжигает и причиняет нестерпимую боль. Закусываю губу до крови. Нужно продержаться совсем немного. Чтобы она не умерла, а я могу потерпеть.

Вскоре в палату влетает молодая драконица, специализирующаяся на поглощении чужой драконьей силы. Риэль помогает девочке успокоиться, Даррэн поддерживает её. Вместе они поглощают лишнюю магию и выравнивают энергетический и магический фон ребёнка, а я внимательно просматриваю все показатели. Кости начинают регенерировать, но слишком медленно.

Всё же меня сейчас, признаться, переполняет тихая радость: эта чудесная малышка однозначно теперь выживет. Она нашла в себе силы вернуться — из тьмы, туда, где её ждут.

Струйки пота, холодные и липкие, стекают по вискам, оставляя едва заметные дорожки. Во рту стоит тяжёлый, металлический привкус крови, напоминающий о цене, которую пришлось заплатить за этот миг победы. Я выхожу из палаты и с глубоким облегчением выдыхаю — воздух кажется особенно сладким, словно первый глоток после долгого удушья.

— Говори, что ты сделала с моей дочерью, дрянь такая! — набрасывается на меня ведьма. В её глазах — ярость, боль и страх, а во мне вспыхивает ответное желание припечатать её магией к стене. И поставить на место. Но я сдерживаюсь.

— Она вытащила вашу дочь с того света! — резко вмешивается Даррэн, брезгливо скривив губы. — Не видите, в каком она состоянии? Госпожа Д…

— Тсс! Всё хорошо, — тихо выдыхаю я, стараясь унять внутреннюю дрожь.