Джексон согласился с ним, что не стоит бросать Григорьева, в возвращение отряда уже никто не верил, считая, те могли погибнуть. Неизвестно, есть ли атмосфера внутри «Объекта» и насколько пригодная для дыхания, а запасы воздуха давно вышли, как и заряд аккумуляторов, позволяющих очищать дыхание космонавта для повторного использования воздуха.

Связи с Григорьевым нет, Линь прыжками добирался до модуля, видя свет в маленьком продолговатом иллюминаторе, а тот явно собирался ждать до последнего, и вполне возможно, до своего печального конца.

Китаец вцепился в поручень, обратился к космонавту по связи: — Ты здесь?

— Линь? — голос Григорьева звучал странно. Не удивлён, не рассержен, а именно что странно. — Это ты?

— Да, — тайконавт даже удивился вопросу. — Джексон приказал забрать тебя, если модуль в состоянии взлететь, то поднимайся на «Миссию», я следом за тобой.

Линь умолчал о главном задании, ему предстояло выгрузить ядерный заряд и установить таймер. В одной из инструкций, выданной на все возможные развития ситуации, было следующее: если контакт сорвался и нет возможности продолжить миссию, «Объект» должен быть уничтожен. Правительства мира, из тех, кто определял политику Земли, решили поступить именно таким образом. Мотивируя себя заботой о землянах, спасением от возможного вторжения.

— Модуль может взлететь?

— Нет.

— Неисправен? — забеспокоился Линь.

— Не в этом дело.

— Что? — китаец услышал посторонний голос.

— Они вернулись? — обрадовался Линь, вроде нотки принадлежали Ву.

— Нет.

— А кто с тобой?

После шума возни и треска Григорьев произнёс: — Заходи.

Вцепившись в поручни, Линь поднялся в модуль. Сперва в узком лазе его обдуло сжатым воздухом, прежде чем люк открылся, впуская внутрь тесного пространства.

Ву! Радостно бухнуло сердце пилота, грузно опустившись рядом с Григорьевым, поспешно сняв шлем, быстро заговорил с ним на родном языке. Линь взволнован и обрадован. Раз тут Ву, возможно, остальной отряд также не пострадал.

— Где остальные? Что с вами случилось? Ты видел их? Что там внутри? — засыпал быстрыми вопросами.

Ву странно реагировал, наблюдая за китайцем несколько отстраненным взглядом.

— Линь, — положив руку ему на колено, Григорьев остановил поток слов. — Линь, это не Ву.

— Что? — для тайконавта прозвучавшее казалось неудачной шуткой. — Что значит не Ву?

— Ву мёртв, — выдал лже-Ву, — я не землянин, я использую его тело, воссоздав из ДНК погибшего человека.

Линь замер, не верил ушам, сердце громыхнуло в груди и замерло, кровь начала разгонять по венам неприятный озноб, от которого леденели пальцы и перехватывало дыхание.

Затем Линь посмотрел на Григорьева, тот сидел напротив их с бледным осунувшимся лицом, постаревшим лет на двадцать.

— Ловушка? — произнёс Линь шёпотом, голос невольно сорвался. Вот глупец, не смог распознать предупреждение Григорьева, корить себя уже не имело смысла.

— Нет, — ответил лже-Ву, — попытка контакта.

Контакт, клон командира предлагал идти на контакт.

— Что с ним случилось?

— Трагическое стечение обстоятельств, — невозмутимо произнёс лже-Ву.

— Почему должен верить?

— У нас нет повода уничтожать вас, нет такой цели. Уже оповестил об этом вашего представителя.

Григорьев тихо сказал: — Они случайно оказались тут.

— Верно, — лже-Ву перевёл пристальный взгляд на Линя. — Наш навигатор уловил сигнал с вашей планеты, что привело его в некое замешательство, ведь тут, по нашим данным, не должно быть пригодной для жизни планеты. В итоге, навигатор совершил ошибку и решил самостоятельно изменить курс, чтобы добраться до данной звёздной системы. К сожалению, потратив на это большую часть запасов энергии. В итоге, ему пришлось выбрать место наиболее удобное для восполнения запасов.

— Вы собираетесь добывать ресурсы на Венере? — Линю подобная возможность казалась невероятной. Насколько бы не были продвинуты пришельцы, пребывание на планете с жаркой атмосферой, давящей на тебя гигантским давлением и поливающей обильным дождём серной кислоты, чревато трагическими последствиями.

— Нет, мы пополняем запасы энергии, используя звёзды. Обшивка нашего корабля собирает энергию звезды, накапливая в реакторе в достаточной мере, чтобы передвигаться до нужной точки. А также мы используем водород, имеющийся в космическом пространстве, улавливая его во время движения и синтезируя в необходимые элементы в реакторах.

— Так почему вы сразу не улетели?

Лже-Ву не мигая в упор смотрел на Линя, тот с трудом сдерживался, ему хотелось вцепиться в клона и выбить из него сознание пришельца в надежде воскресить товарища. Мозг тайконавта не мог до конца принять реальность, в которой земляк умер, а его тело, словно костюм, нацепил представитель другого мира.

— Проблема в том, что для восполнения энергии от звезды требуется много времени, обычно предпочтение отдаётся звёздам с нестабильной формой, когда на их поверхности то и дело происходят вспышки, выбрасывающие громадное количество энергии. Звезда данной системы удивительно стабильная, именно с этим связана задержка нашего корабля. Нам просто не хватило времени.

— Тогда почему не ответили на наши сигналы?

— Навигатор решил не делать этого, приняв во внимание низкий уровень вашего развития. И у навигатора нет прав вступать в контакт от нашего имени.

— А насчёт вас?

— Мы пребывали в состоянии покоя, лишь когда появилась возможность использовать ДНК погибшего существа, моё сознание было перенесено в него для контакта с представителем вашего вида.

Линь решил задать главный вопрос, ради которого и была затеяна экспедиция к «Объекту»:

— Вы собираетесь завоевать нас?

Лже-Ву чуть наклонился к Линю, продолжая изучать и сверлить китайца пронзительным взглядом: — Ради чего?

— Ради нашей планеты.

Лже-Ву призадумался: — В целом, она подходит для нашего проживания, тем более, имея возможности при клонировании тел синтезировать их под нужные условия для проживания, мы могли бы существовать на Земле. Но в этом нет необходимости, мы совершаем экспансию в космосе для того, чтобы осваивать пригодные миры, но без разумной жизни на них. Мы будем знать о вашем существовании, и нам этого достаточно.

Линь не верил ни единому слову: — Вместо вас могут прилететь другие.

— Тогда это произойдёт не скоро, наш корабль, если считать время земным языком, путешествует тысячелетия, от нашей родной планеты до Земли пространство, что вам и вообразить трудно. И когда на ней получат сигнал о вашей планете и решат добраться до неё, пройдёт не одна тысяча лет. Вполне возможно, к тому времени вы перестанете существовать как разумная цивилизация, — холодные глаза клона перешли с китайца на русского космонавта. — Нам уже встречались мёртвые миры, чьи достижения цивилизаций стали надгробием на их могилах. У вас все шансы не стать подобным исключением. При необходимости, мы просто подождём.

На что Григорьев отреагировал: — Но вы же развились, почему мы не сможем пойти по этому пути?

Лже-Ву спокойно ответил: — Потому что мы другие.

В его голосе чувствовалось превосходство над людьми, он уверен в своих словах и в будущем Земли.

— Вы можете и ошибаться, — хрипло произнёс Григорьев, машинально дёргая себя за ворот комбинезона. Неожиданно ему стало душно в скафандре, хотелось сбросить его, а ещё хотелось зажмурить глаза и перенестись непостижимым образом на Землю, в далёкую глухую деревушку, куда ездил ребёнком.

— Возможно, — не стал спорить с ним лже-Ву. — Сейчас вы должны понять, что мы не представляем угрозы для вас. Но и делиться своими технологиями не считаем нужными. Это неправильно, вам придётся дойти до всего своим умом.

— Наши люди, — вмешался в разговор Линь, — верните их.

Лже-Ву согласно кивнул: — Не собирались удерживать никого против воли. После того, как будут восполнены запасы энергии, мы продолжим путь, оставаться с нами для вас будет равносильно смерти.