Планета приближалась. На экране радара уже не было видно всех событий боя, но отметка русского эсминца ещё долго торчала на сетке, пока не исчезла вместе с остальными отметками — радарная станция на транспорте была не столь мощной, чтобы пронзать большие расстояния.

— Мы в зоне силы тяжести планеты, — доложил Васнецов. — Включаю отсчет для запуска планетарных двигателей. Приготовьтесь, слегка потрясёт от перегрузки.

— Опять перегрузки, — застонал Аль-Бади. — Я, наверное, никогда к ним не привыкну.

— Ты слишком нежен, Имри, — усмехнулся Юра.

По окончании отсчёта Боровски включил планетарные двигатели, стараясь увести транспорт на высокоорбитальную траекторию, чтобы сделав несколько кругов вокруг планеты, приблизиться к её поверхности для посадки.

— Сэр, а вы неплохо пилотируете, — восхитился Васнецов. — Не превысили и восьми джи в перегрузках.

— Благодарю, мичман. Попробуйте включить сканер поверхности. Нам бы выбрать удобное место для посадки...

После нескольких витков Юрий доложил:

— Такое место есть, сэр. Нужно взять на пять градусов правее, и снизить скорость до двух махов. Кстати, я заметил одну странную аномалию...

Алекс не стал просить уточнения аномального явления, сосредоточившись на пилотировании — он впервые сажал такой транспорт, да ещё и с повреждениями на обшивке. Хоть на планете и не было атмосферы, но транспорт был тяжел, и от грубой посадки мог запросто развалиться.

Боровски сажал корабль по глиссаде с выключенными планетарными двигателями — иной способ посадки был невозможен из-за отсутствия энергии в маршевых двигателях. Алекс тормозил короткими импульсами носовых дюз, при этом пытаясь сделать так, чтобы звездолёт не «клюнул» носом.

«Экипаж» транспорта молча молился...

Корабль сел жестко, но скользнув по твердому грунту километра три, остановился.

— Сэр! Вы только что вернули меня к жизни! — чувственно восторгался Аль-Бади после недолгого молчания.

— Ты опять не подумал о завещании? — иронично спросил Васнецов. — От меня тоже благодарность, сэр. Я восхищён посадкой!

Ковальски улыбнулся.

— Джентльмены, вы тоже сделали немало для нашего общего спасения. Юрий, так что ты там говорил про аномалию?

— Ах да, — сморщил лоб Васнецов и повернулся к монитору сканера пространства. — Вот здесь, километрах в двадцати от нашего места посадки, сканер выдал кучу параметров странного излучения. Я ещё не разобрался, но, похоже, что под поверхностью в этом месте некая странная фигня неизвестного происхождения.

— Ладно, потом разберёмся, — Алекс устало махнул рукой. — Надо проверить все системы транспорта. В наших скафандрах энергии не так много, и когда-то нам нужно будет их снять для зарядки. Так что, Юра, проверка жизнеобеспечения транспорта в ваших руках. Имрек, помоги мичману, и будем располагаться на отдых. Открывайте бронедвери командного пункта...

Боровски знал, что транспорт начнут искать через пару дней, после истечения времени его прибытия на Канлав. Двое суток давали на возможный сбой навигации и мелкие неприятности. Но искать будут именно в этой системе, где и произошел бой с пиратами. Русские-то свой контейнер с минералами явно не получили. И скоро здесь будут шнырять фрегаты и эсминцы Русских Военно-Космических Сил. Наверняка сюда придёт и посудина крупнее, типа крейсера «Варяг», чтобы пираты на своих лоханках и нос не сунули. Это не «карманный» крейсер подобии «Миссури», а здоровенный корабль с башнями седьмого главного калибра и целой бригадой космодесантников с тяжелым вооружением. А, может быть, русские за то время, что он провёл на пенсии после службы, смогли сконструировать ещё более грозную посудину. В общем, Алекс не сомневался, что их транспорт скоро отыщут.

Системы обеспечения транспорта вынужденных «беглецов» работали исправно, а еды у них был целый контейнер всевозможной «синтетики». И воды тоже было залейся. Юра с Имреком наладили радар дальнего обнаружения, и теперь Алекс «видел» пространство на четверть светового года. Нашлись для них и более современные скафандры, и в грузовом отсеке небольшая тележка, на которой свободные от вахты Васнецов и Аль-Бади устраивали заезды по поверхности планеты. А ещё Юра тренировал Имрека выдерживать перегрузки на тренажёре.

Прошло пять дней, но на радаре не было ни одной отметки.

— Странно, — удивлялся Боровски. — Неужели русские «похоронили» контейнер и эсминцы эскорта?

— Эсминец, — поправил его Васнецов. — Один эсминец. На данный момент это самые быстроходные корабли в известной части Галактики. И хорошо оснащённые. Не попади он на мины, пиратам пришлось бы туго.

— Какие мины?! — не понял Алекс.

— Такие мины. Разбросанные на месте выхода каравана из прыжка. Пиратам кто-то слил информацию о месте рандеву русских с нашим караваном. Факт. «Стерегущий» явно словил на борт несколько таких зарядов. Да и наш один эсминец разнесло на выходе из прыжка. А второй повредил радары наведения. Вы обратили внимание, как он неловко палил по пиратским корветам?

— Получается, что мы зря ждём помощи? — нахмурился Аль-Бади.

— Ну-у. — протянул Васнецов. — Может через месяц и заявится кто-то... Пока разберутся...

— А мы? — Имрек сник.

— Кто будет посылать в жопу мира экспедицию ради трёх заключённых? Контейнер, наверняка, был застрахован.

— Что-то тут не так, джентльмены, — резюмировал Боровски. — Русские своих не бросают...

— «Стерегущий» будут искать поэтапно — на каждом выходе из прыжка, — махнул рукой Васнецов. — Мы же не знаем его обратный маршрут.

— Юрик дело говорит, — сжал губы Имрек. — Сэр, надо что-то придумать. Если честно, то меня устроит участь павшего в бою с пиратами. Я на этот Канлав особо не стремлюсь... Думаю, что вам тоже не хочется.

Боровски подумал, что бывший капитан прав — в тюрьму не хотелось от слова совсем. Но что можно сделать?

— Ваши предложения, джентльмены?

На центральном посту транспорта повисло молчание. Васнецов разглядывал терминал связи, а Имрек старался не смотреть Боровски в глаза.

— В чём дело, парни? — не понял их поведение Алекс. — Или мы уже не доверяем друг другу?

— Сэр, — Васнецов развернулся в кресле, но постеснялся взглянуть в сторону Боровски, — вы, конечно, человек заслуженный и авторитетный...

Он запнулся, пытаясь подобрать нужные слова для выражения идеи, и ему на помощь пришёл Аль-Бади:

— Короче, Алекс... Мы тут с Юриком подумали и решили, что в этой международной тюрьме обойдутся без нас. Вы с нами, или как?

Вопрос был понятен — Юрий с Имреком посчитали, что после боя с пиратами, возможно, дела заключённых будут пересмотрены, и Боровски, как человек заслуженный и легендарный, сможет воспользоваться этим, а также своими связями в командовании космических войск. Васнецову и Аль-Бади тоже могли пересмотреть сроки, но на полное снисхождение они не рассчитывали. Что было логичным.

Алекс сам уже начал задумываться над своей дальнейшей судьбой, и, мягко говоря, тоже не видел особого смысла в возвращении под юрисдикцию Американской Федерации. Недавние события в столице и суд над ним, как-то не располагали к думам о возвращении. Тем более, в ранге осужденного на пятнадцать лет. Он видел, как работают на рудниках и шахтах, и после того, что он услышал о содержании на Канлаве, подчиняться приговору совсем не хотелось. Да и будет ли адмирал МакРедди за него хлопотать?

— Парни, — Алекс выдержал паузу, — у вас есть какой-нибудь план? Если честно, то я в полной растерянности...

— Сэр,- начал было Аль-Бади, но Боровски остановил его жестом ладони.

— Для начала, договоримся... С этой минуты я для вас не старший по званию, а просто старше по возрасту и опыту. Не стоит выказывать мне уважение каждую фразу. Моё полное имя Александр, но если вы будете сокращать его до «Алекс», то обижаться не буду... И если у вас есть хотя бы намётки плана, то давайте обсудим... Как равные друг другу.