— Да будет вам известно, ваша честь, — тихо сказал Алекс, и в зале ратуши наступила полная тишина. Даже коммуникатор секретаря перестал щёлкать сервером обработки данных. — Что я познакомился с адмиралом Цховребовым во время операции по сопровождению части золотого запаса Федеральной Резервной Системы Американской Федерации. Тогда русский крейсер «Мурманск» вовремя подоспел к оставшемуся в одиночестве «Миссури». Адмирал Цховребов возглавлял контратаку по зачистке нашего крейсера от пиратов. Я просто отдал дань благодарности за то, что русские десантники сохранили этим жизни многим американским рейнджерам и матросам крейсера.

— А за что вас наградили русским орденом Александра Невского?! — вскрикнул помощник прокурора.

— Да будет известно уважаемому сотруднику Федеральной прокуратуры, что двадцать лет назад, когда вы ещё писали в горшок и ползали на карачках под столом, в системе Симпая террористы захватили наше посольство. В тот момент проходили переговоры русского посла с американским. По несчастливой случайности, русский посол находился в зоне ответственности нашей охраны. Я со своим взводом освобождал послов из заложников террористов. Кстати, после этой операции Президент вручил мне пурпурную звезду...

Алекс смолк. После короткой и напряженной паузы он с заметной злостью в голосе добавил:

— А моя матушка, господин помощник Федерального прокурора, умерла при моих родах. Не советую упоминать её в нежелательном для меня контексте. А мой отец служил помощником у самого Президента Американской Федерации...

— Ваши заслуги, Боровски, меркнут перед преступлением, — ехидно прервал речь бывшего майора помощник прокурора. — Вы предали нашу нацию!

Алекс в отчаянии ударил кулаком по стеклу. Кабинка зашаталась...

— Довольно! — поднял молоток судья Хандерсон. — Суд приговаривает Алекса Боровски к пяти годам заключения в международной тюрьме в системе Канлав. После отбытия этого срока, подсудимый отправится на десять лет в исправительно-трудовую колонию в Новом Техасе. Пребывание его на столичной планете будет запрещено пожизненно.

Молоток опустился, и звук удара обозначил, что решение принято судьёй.

— Приговор обжалованию не подлежит, — продолжил Хандерсон. — Поскольку Боровски объявлен опасным преступником, то сопровождать его до места заключения будет подразделение Космического спецназа Американской Федерации.

Двери в ратушу распахнулись, и в зал зашло отделение солдат в серо-голубых скафандрах Космических Войск специального назначения. Шлемов на них не было, и Алекс узнал парней, которыми когда-то командовал...

— Прости, командир, — проговорил лейтенант Айзек Ковальский, сковывая запястья Алекса силовыми путами. — И как ты умудрился залезть в такую задницу?!

— Сам не знаю, — пробормотал Боровски, глядя на довольное лицо помощника прокурора. Похоже, что в зале ратуши только этот хлыщ был рад приговору. Все остальные, включая судью, посматривали на Алекса с сожалением.

Боровски вывели из ратуши и усадили в полицейский глайдер, оборудованный для транспортировки заключенных.

— Куда мы сейчас? — тихо спросил он лейтенанта.

— В космопорт Нового Вашингтона. Там уже стоит транспорт. А мы на двух эсминцах будем сопровождать.

— Два эсминца для эскорта тюремного транспорта?! — не поверил Боровски. Корабли такого класса были довольно мощными, и бывший майор посчитал, что для охраны преступников этого слишком много.

— В караване ещё транспорт с «синтетикой» для колоний, а обратно мы потащим кучу обработанных минералов, — ответил Ковальский. — В последнее время пираты совсем страх потеряли. Лезут из всех щелей, как тараканы.

«Синтетикой» называли дешёвую синтетическую еду, в производстве которой использовали разбухающий концентрат сои с примесью вкусовых добавок. Не кормить же зеков натуральной дорогой едой. Алекс задумался о своём лимонном дереве и пожалел, что не напомнил Фредди, чтобы тот забрал его себе в кафе. Растение погибнет. Но тут к глайдеру, осторожно оглядываясь, подошёл шериф.

— Сэр, мне очень жаль. Простите меня...

— Шеф, не извиняйтесь, — кивнул Боровски. — Мы же не виноваты, что у вашего помощника молодая и беременная жена. Наверняка на него надавили.

— Чем я могу вам помочь, Алекс? — понурил голову шериф.

— Пока мой дом не забрал себе какой-то дебил, возьмите к себе в офис моё лимонное дерево. Его редко надо поливать, но мне будет очень жалко, если растение умрёт. Код доступа в дом вы знаете... Прощайте, шериф.

— Прощайте, сэр. Я позабочусь о дереве.

Шериф выпрямился и четким движением приложил пальцы ладони к козырьку фуражки, отдавая честь бывшим заслугам майора. Так и простоял, пока глайдер не скрылся из виду.

Огромное поле космопорта Нового Вашингтона было разделено на секции: пассажирскую, транспортную, военную, частную и специальную. Именно на специальной стояли два транспортных корабля, готовые стартовать в систему Канлав. Около одного из них и приземлился полицейский глайдер с арестованным Алексом.

Боровски провели в отсек для арестантов. Ещё в глайдере лейтенант Ковальский освободил запястья Алекса от силовых пут, и на неодобрительный взгляд сопровождающего судебного исполнителя не обратил внимания, спросив заключенного:

— Сэр, вы же не побежите?

Боровски только молча смотрел в зарешеченный иллюминатор глайдера.

В отсеке Алекс оказался не один. Бывшему майору приветственно улыбнулся добродушный и загорелый здоровяк:

— Привет! Я Имрек Аль-Бади. А эта долговязая и худая жердь, — он указал пальцем на лежащего в полётном гамаке третьего узника, — Юрий Васнецов. А тебя как звать?

— Боровски... Алекс.

Он пожал протянутую Имреком ладонь и взглянул на Васнецова.

— О, не трогай юношу, Алекс, — пробасил Аль-Бади, проследив за его взглядом. — Он сильно переживает расставание с красотками Нового Вашингтона.

— Пошёл в жопу, Имрек, — резко развернулся в гамаке Васнецов и увидел Алекса. Присмотревшись, слез с лежанки, одернув полы арестантской куртки. — Сэр, а вы-то здесь каким ветром?!

— Юрик, ты знаком с нашим попутчиком? — выпучил глаза здоровяк.

— Перед тобой, Имрек, живая легенда Космического спецназа Американской Федерации...

— Во как?! — ещё больше удивился Аль-Бади. — Погодите, погодите! А это не ты... вы в системе Карраха командовали «Миссури»?! Двадцать лет назад! Я тогда был стажёром главного канонира... Вот это была мясорубка! Накопитель в моём скафандре перестал работать после двух минут бойни! Переполнился!..

Здоровяк захохотал.

— Ты накопителем пиратов распугивал? — ехидничал Васнецов.

— Нет, — не обиделся здоровяк. — Но было очень неудобно... Да ещё лопнул обратный клапан...

Алекс расхохотался. Аль-Бади ему понравился, как весёлый собеседник, но всё же, Алекс был военным, хоть и бывшим.

— Господа, нам предстоит не увеселительная прогулка, — серьёзно сказал Боровски, оглядывая поочерёдно спутников. — Предлагаю познакомиться согласно обстановке. Неизвестно, с чем нам предстоит столкнуться.

— Мичман Юрий Васнецов, — юноша четко отдал честь. — Бывший главный специалист систем наведения, защиты и связи на линкоре «Тулуза» Французского Легиона.

— Капитан Имрек Аль-Бади, — небрежно вскинул ладонь ко лбу здоровяк. — Главный канонир орбитальной крепости Нового Вашингтона.

Алекс неподдельно удивился. Он видел перед собой уникальных специалистов. Линкор «Тулуза» был флагманом Французского Легиона и туда мог попасть на службу иностранец только с выдающимися способностями, а главный канонир орбитальной крепости над столицей Американской Федерации был выдающимся уже по определению.

— Эээ... Джентльмены... А каким образом вы здесь оказались?!

Аль-Бади скорчил лицо в гримасе.

— Мы с Юриком познакомились в баре на Герлстрит. Я был в увольнении, а он в отпуске. Выпили, подружились, ну... и сняли номер с симпатичной девчонкой. Потом пригласили ещё двух... девушек. Потом... я уже не помню сколько...