— Занятная штука, — Боровски восхищённо покачал головой. — Отразить её сложно защитным полем, а мина забирает у корабля энергию. Подходишь в упор, и делаешь торпедный залп. Очень эффективно с крупными кораблями и орбитальными крепостями. Но Юра прав, внутри должна стоять какая-то «соска», настроенная, именно, на отъём энергии. Имри, аккуратно разбирай... А потом займитесь тестированием систем и устранением неисправностей. Я буду в каюте.

Капитан ушёл, оставив всех в недоумении.

— Нервничает, кэп, — заметил Имрек.

— Это понятно, — сказал Юра. — Эти «утюги» чуть было не разложили нас на атомы.

— А что мы могли? — Аль Бади посмотрел на окружавших мину людей. — Кто же знал-то?..

— Алекс всегда тяжело воспринимал неудачи, — Ковальский посмотрел туда, где скрылся капитан. — Он и рапорт подал после бойни на «Миссури». Мы там потеряли почти весь батальон, — увидев вопросительные взгляды Имрека и Юры, лейтенант добавил, — Какому-то кретину пришло в голову, что золото из ФРС надо перевозить на легком крейсере, под охраной всего двух эсминцев. Как пираты об этом узнали, до сих пор загадка. Если бы не тяжелый крейсер «Мурманск», проходивший мимо, то... в общем Алекс устроил скандал в адмиралтействе ВКС. А потом, уйдя в отставку, все свои деньги отдал семьям погибших десантников. ФРС Американской Федерации отказалась выплачивать страховку. Был иск со стороны ВКС, но адвокаты ФРС суд выиграли. Странная была история...

Боровски зашёл в каюту и не спеша вылез из скафандра. Взглянул на чуть трясущиеся после нервного срыва руки, и полез в душ.

Он стоял под тугими струями, подставив спину, и, зажмурившись, представлял, как звездолёт распадается кусками от выстрелов. Как летят по сторонам листы обшивки, роняя искры. Как сгорают в плазменной струе люди...

«Миссури» и два эсминца прикрытия окружили пиратские корабли, так, что не сдвинуться с места. Юркие фрегаты пиратов, разбившись на эскадры в десять кораблей, безостановочно атаковали крейсер, истощая его защитные поля. Генераторы работали с перегрузкой и, наконец, не выдержали энерговоды. Антенны систем наведения были уничтожены, и пираты пошли на абордаж.

Батальон, которым командовал Боровски, вылез на обшивку крейсера, чтобы огнём из плазмоганов помешать высадке — тысячи ярких всполохов прочертили смертельные следы в темноте космоса. Летящие к крейсеру пираты были хорошо видны по вспышкам двигателей на десантных ранцах, а десантники ВКС Американского Содружества прятались за башенками генераторов поля Пленера. Первая волна десанта была размазана по пространству, но несколько фрегатов подошли почти вплотную к крейсеру, и огнём зенитных орудий стали очищать обшивку от защитников. Канонир крейсера, правда, ухитрился влупить по ним из главного калибра. И начался настоящий ад.

Алекс пристегнул себя несколькими фалами, и боролся не только с тугими волнами от выстрелов орудий, но и крутился, стараясь не попадать под летящие куски сгоревшей обшивки, и одновременно стрелял по пиратам, готовившихся вскрыть шлюз крейсера специальным зарядом. В наступившем хаосе сотня пиратов сумела высадиться на корпус «Миссури». Взрывать не пришлось — расчётливый и меткий выстрел главного калибра одного из фрегатов, разорвал обшивку крейсера.

Пираты хлынули внутрь, а Боровски с оставшимся взводом тщетно пытался подступиться к пробоине. Десантники ВКС несли потери от огня со всех сторон, и Алекс уже приготовился умереть, как из темноты космоса вынырнул тяжелый русский крейсер «Мурманск». Капитан крейсера мгновенно оценил обстановку, благо пиратские фрегаты висели над «Миссури» в несколько эшелонов.

Русский канонир не церемонился. Шквальный огонь крупного калибра заставлял противника прижиматься к американскому кораблю, лишал возможности манёвра для торпедных атак. Над Алексом разорвало фрегат пиратов в клочья, и он прятался от ревущего пламени в узкой трубе газоотвода, моля, чтобы огонь не расплавил его скафандр. Кусок обшивки уничтоженного фрегата закупорил майора в его убежище.

Тогда ещё молодой сержант Ковальский нашёл, таки, командира, и плазменным резаком Алекса освободили из «плена».

Когда Боровски зашёл на КП, то все работы по устранению неисправностей и тестированию систем были уже проведены. Экипаж, как полагается профессионалам, занимался оттачиванием взаимодействия. То есть, моделировали ситуацию — боевую или полётную, и отрабатывали слаженность действий. Звездолёт не был настолько изучен, и такие «игры» были необходимостью, чтобы больше узнать о возможностях корабельных систем.

Боровски, посматривая в экраны обзора на парящий в пространстве «утюг», задумывался. Неизвестный и неизученный корабль вызывал в нём чувство тревоги и беспокойства. Это заметил Васнецов.

— Капитан, чего ты маешься? Давай заберёмся на эту посудину и посмотрим на её внутренности.

— Не уверен, что нам будет сопутствовать удача, — засомневался Имрек. — У нас нет необходимого оборудования, чтобы провести такое исследование, да и специалистов. Всё, что мы можем на данный момент, это порвать обшивку незнакомца абордажными зарядами, но малейшая ошибка в постановке зарядов может привести к гибели. Мы не знаем что скрыто под обшивкой этого корабля и где там проходят переходные галереи или шлюзы. К тому же, стоит вспомнить рассказ нашего интеллекта про внутренние противоабордажные комплексы «Ястреба». У нас в экипаже не так много людей, чтобы рисковать.

Алекс согласился с ним и повернулся к пилоту.

— Илья, рассчитай курс до Эстины и начинай предполётную подготовку. Давайте уберёмся отсюда поскорее. И пометь координаты подбитого звездолета, может быть, пригодится.

«Ястреб» плавно вошёл в прыжок и Боровски вышел из КП, направившись к себе в каюту. Надо было заполнить судовой журнал и немного отдохнуть от суеты прошедших событий.

Заполнив журнал, Алекс погрузился в размышления — не давала покоя таинственность звездолёта и цепочка случайностей, позволившая трём осужденным достаточно легко им овладеть. В то, что судьба свела Боровски с Васнецовым и Аль-Бади, случайностью не было. Это было кем-то очень хитро спланировано, но для чего — Алекс терялся в догадках.

Допустим, есть какое-то объяснение встрече Алекса с Имреком и Юрой, и это объяснение кроется в находке «Ястреба», но для чего они нашли этот звездолёт? Слишком роскошный подарок для трех заключённых. То что в процессе была сформирована команда — это действительно случайность. Десантники Ковальски не должны были выжить, так же как и Илья Цховребов. Впрочем, и принцесса Алия не должна была оказаться на борту «Ястреба».

Тут что-то не так, и Алекс своими действиями наверняка спутал кому-то карты. Значит, этот кто-то вскоре должен появиться и скоординировать действия экипажа, набранного, опять же, вразрез чьего-то замысла. Тогда, думал Боровски, многое должно проясниться.

— Капитана просят срочно пройти на КП, — раздался мелодичный голос Яны.

— Ну, что там ещё? — пробурчал Алекс, убирая в сейф судовой журнал. — Насколько я знаю, до выхода из прыжка ещё целый час.

— Вы можете поговорить с пилотом из своей каюты, если считаете, что ваше присутствие на КП необязательно, — ему показалось, что интеллект недовольно фыркнул. — Режим видеоконференции вывожу на ваш личный монитор.

На стене каюты, напротив койки, открылась ниша, и включился скрытый в ней терминал — Илья Цховребов что-то рассматривал на экране радара.

— Илья, что за спешность? — Алекс не скрывал недовольства.

— Капитан, извините, но на выходе из прыжка нас кто-то ждёт.

— Чёрт! — дёрнулся Боровски. — Нас оставят в покое когда-нибудь? Идентификация есть?

— Очень странная, — встревоженно ответил пилот. — Могу лишь утверждать, что цель единичная.

— И в чём странность?

— Цель проявляется эпизодически. Появляется на секунду, а потом с минуту исчезает. И так постоянно уже в течение десяти минут.