— Интересно, сколько стоит вся эта летающая система? — тихо проговорил Васнецов, натягивая скафандр. — И для каких целей она создавалась?

— Это действительно большая загадка, Юр, — Боровски внимательно разглядывал перчатки своего костюма. — Думаю, что здесь не обошлось без кооперации.

Большие цифры на центральном экране командного поста показывали окончание предстартовой подготовки.

— Корабль готов к взлёту, командир, — сообщила Яна, и бронедвери командного пункта закрылись. Тихо зашуршала система регенерации воздуха.

— Экипаж, приготовиться к старту, — скомандовал Боровски. — Занять места по штатному расписанию.

Алекс принял доклады о готовности систем, и, секунду помолчав, сказал:

— Яна, поднимай звездолёт. Курс на последнюю планету этой системы.

— Принято, — отозвался интеллект.

Корпус «Ястреба» заметно дрогнул — на экране появилась картинка с внешних регистраторов. Над звездолётом стали расходится в стороны створки подземного ангара и величественная природа космического пространства окружила корабль, ворвавшись с экранов в командный пост.

— Ух ты! — не сдержался Васнецов. — Вот это обзор!

«Ястреб» плавно поднимался над планетой. Алекс чуть добавил мощности планетарным двигателям, привыкая к управлению звездолётом. Управляемый вектор тяги позволял кораблю делать самые невероятные манёвры, а Яна контролировала крен и перегрузки.

Сделав несколько витков вокруг планеты, потренировавшись в управлении, Алекс повернул нос звездолёта к последней планете системы и прибавил ходу. Циферблат показал, что до заданных координат было пару часов лёта по времени корабля.

Имрек и Юра тоже время не теряли даром. Включив терминалы, они тестировали режимы своих систем.

— Алекс, а можно мне пострелять в учебных целях? — ёрзал от нетерпения Аль-Бади.

— Можно. Увидишь проходящий мимо метеорит — пальни чем-нибудь в треть мощности.

Ещё до взлёта они договорились, что «Ястреб» совершит тренировочный полет, а потом вернётся обратно, чтобы загрузить питание и компоненты для производства воды. Можно было захватить с собой и ещё что-нибудь ценное. Они ангар так и не удосужились изучить как следует, а в нём стояло немало различного оборудования и контейнеров с материалами. Мало и что могло пригодиться в их дальнейшем путешествии.

Неожиданно свистнул сигнал с радаров.

— По курсу обнаружен звездолёт, — сообщила Яна. — Расстояние в девятьсот тысяч километров.

— Юра, сможешь идентифицировать? — напрягся Боровски.

— Без проблем, — отозвался Васнецов. — Радар на «Ястребе» очень мощный. Посмотрим, как работает идентификатор...

— Эсминец русских ВКС «Стерегущий», — выдал интеллект. — Система жизнеобеспечения на пяти процентах от расчётной. Повреждён корпус, оружие не активировано. Слабый сигнал о помощи...

— Что?! — вздрогнул Алекс. — Юра, поймай сигнал!

Васнецов поколдовал над настройкой связи и в центральном посту раздался слабый треск, сквозь который пробился голос:

— Все, кто меня слышит... Терплю бедствие...

Далее были озвучены координаты.

Алекс прикусил губу. Он узнал говорившего — это был лейтенант Ковальский. Боровски видел, как напряглись спины его новых друзей.

— Что скажете, парни? — спросил Алекс.

Первым развернулся к нему Аль-Бади.

— Наш долг, командир, людей спасти. Не оставим же их на съедение космосу! Эх, а так всё хорошо начиналось!..

— Юра?..

— Алекс, мы тебя выбрали командиром. Если мы спасём этого лейтенанта, то нам придётся отдать «Ястреб» в его руки... Это значит, что мы прямым ходом отправимся в место заключения... Но, спасти ребят надо.

— «Ястреб» не может подчиняться другому командиру, — вдруг сказала Яна. — Это невозможно в принципе.

— Как бы тебе это объяснить?..

Начал было Боровски, но интеллект его прервал.

— Я знаю вашу историю. Вы втроём осуждены по неким законам, но на «Ястребе» свои правила. Изменить их никто не в силах. Каждая система звездолёта уже получила уникальный код и теперь команды воспринимаются только от одного — командира корабля. «Ястреб» будет защищать своего командира в любой ситуации. Несанкционированное командиром проникновение на звездолёт считается прямым нападением. Охранный комплекс не допустит этого...

— Погоди, Яна, — поднял руку Алекс, поглядывая на потолок командного пункта, откуда раздавался голос интеллекта. — А как тогда нам спасти людей со «Стерегущего»?!

Интеллект молчал. Боровски, подождав минуту, махнул отрешённо и скомандовал:

— Юра, наладь связь с эсминцем... Если это возможно.

Васнецов попытался, хотя и путался в новом интерфейсе управления системами.

— Попробую найти активную антенну на «Стерегущем», — и раздраженно попросил. — Яна, помоги, пожалуйста.

Послышался вздох, будто интеллект согласился на помощь через силу.

— Командир, вы всё равно не успеете. Энергия системы их жизнеобеспечения иссякнет до подлёта «Ястреба».

— Сколько нам до них на полной мощности планетарных двигателей?

— Около часа по корабельному времени. Может, чуть больше...

— Время остановки их системы жизнеобеспечения?

— Минут сорок...

Боровски вспомнил, как он остался на безжизненном корабле. Это было страшно. Хронометр скафандра отсчитывал секунды до полной разрядки батарей, а он тупо смотрел на время и ждал... чуда.

— Юра, связь!..

Васнецов ответил спустя секунду:

— Командир, связь со «Стерегущим» установлена! У них антенна болтается, того и гляди — оторвётся.

Алекс благодарно кивнул Васнецову.

— Айзек, это Боровски... Как мня слышите? — он попытался докричаться до «Стерегущего».

Ответом было удивленное молчание, но потом эфир взорвался.

— Алекс!.. Сэр, вы меня услышали?! Вы спаслись! У вас транспорт на ходу?!

— Айзек, успокойся. Мы почти рядом, но тебе нужно потерпеть. Сколько вас на эсминце?

— Одиннадцать! Мы долго не протянем! — кричал Ковальский.

— Айзек, мы подойдём через час. Может, чуть больше. Заряжайте скафандры и выходите на обшивку. Как меня понял, лейтенант?!

— Вас понял, сэр!

Не то, чтобы Ковальский обрадовался такому решению, но понимал, что при потере энергии корабль просто не сможет открыть шлюзы для выхода. Ждать час на обшивке израненного звездолёта было опасно, но другого решения для спасения Боровски не нашёл.

— Яна, курс на «Стерегущий», — скомандовал Алекс. — Выбери траекторию максимального сближения. Экипажу приготовиться к перегрузкам. Начинаю отсчёт до включения полной мощности планетарных двигателей, — и тихо добавил. — Посмотрим, на что способен наш «Ястреб».

Перегрузка была не слишком заметна. Компенсаторы силового поля корабля даже не работали в нормальном режиме. «Ястреб» мог развить скорость на планетарных двигателях более высокую, но Боровски счёл уместным не рисковать — всё-таки, корабль был недостаточно изучен. Поэтому, выбрав крейсерский режим в две с половиной тысячи километров в секунду, Алекс мог наблюдать и оценивать не только действия интеллекта, но и поведение самого звездолёта.

«Ястреб» подошёл к «Стерегущему», осветив разбитый эсминец лучами бортовых прожекторов.

— Вон они! — показал Васнецов в изображение «Стерегущего» на боковом экране командного пункта. — Сейчас поищу частоту для переговоров.

Эсминец представлял собой жалкое зрелище — обшивка изодрана абордажными зарядами, из многочисленных трещин парило, а вокруг корабля «плавали» мертвые тела в скафандрах.

— Зачем пираты брали эсминец на абордаж? — удивился Аль-Бади.

— У них не было другого выхода, — ответил Васнецов. — Корабли этого класса живучи и с хорошим вооружением. А пиратам был необходим тот транспорт, который охранялся «Стерегущим». Смотри сколько обломков вокруг... Эсминец неплохо огрызался.

— И как они столько продержались на израненном корабле с отключённой энергосистемой? — продолжал удивляться Имрек.