— Мне это не нравится, — произнесла Рикки, когда мы углубились в ущелье примерно на полкилометра. Её голос эхом отразился от скал, и я заметила, как она вздрогнула от этого звука. — Здесь что-то есть. Я чувствую это через землю. Что-то... живое. Или не совсем живое.

— Твари Хаоса? — спросил Сандр, держа наготове водяной хлыст.

— Не знаю. Но что-то движется под нами. Глубоко. — Она приложила ладонь к скале и закрыла глаза, концентрируясь. — Старые шахтные тоннели. Они уходят глубоко в гору. И в них... в них кто-то есть.

— Значит, будем настороже, — резюмировал Рион, обнажая свой клинок.

Мы продолжили путь, теперь уже в полном боевом порядке. Впереди — Рион с клинком из инея и огня, готовый встретить любую угрозу. За ним — я и Кай, два Ткача, чьи нити в Пряже были сплетены в единый защитный узор. Позади — Сандр с водяным щитом и Рикки, сканирующая землю под ногами в поисках скрытых опасностей.

Примерно через час пути ущелье расширилось, и мы вышли к старому шахтёрскому посёлку. Он был заброшен так же, как и шахта, — покосившиеся бараки, ржавые инструменты, остовы телег. В центре посёлка стояло каменное здание, больше похожее на укреплённый форт, чем на контору — видимо, здесь когда-то размещалась администрация рудника. Именно туда и вела тропа, отмеченная на карте бандита.

— Здесь предлагалось заночевать? — с сомнением спросил Сандр, оглядывая мрачные развалины. — Очень... гостеприимно.

— Зато есть крыша над головой, — ответил Рион. — И стены, которые можно защищать, если придётся обороняться.

— Если придётся обороняться, значит, мы уже в ловушке, — возразил Сандр. — Это место — идеальная западня. Один вход, один выход, а вокруг — скалы.

Они оба были правы. Посёлок действительно был удобен для обороны, но так же удобен он был и для осады. Однако выбора у нас не было — солнце уже начало клониться к закату, а идти через перевал в темноте было бы чистым самоубийством.

— Мы заночуем здесь, — приняла я решение. — Но сначала осмотрим здание. Нужно убедиться, что внутри нет... сюрпризов.

Здание администрации оказалось на удивление хорошо сохранившимся. Два этажа, толстые каменные стены, узкие окна-бойницы. Внутри было темно и пыльно, пахло сыростью и чем-то ещё — чем-то сладковатым и неприятным, что я уже чувствовала раньше. Магия Хаоса. Её следы были повсюду — слабые, едва различимые, но неоспоримые. Здесь, в этом здании, кто-то проводил ритуалы. И не так давно.

— Смотрите, — Рикки указала на пол. В пыли были видны следы — отпечатки сапог, ведущие к лестнице в подвал. Много следов.

— Не нравится мне это, — пробормотал Сандр. — Совсем не нравится.

Мы спустились в подвал. Он был гораздо больше, чем можно было предположить снаружи, — целый лабиринт коридоров и комнат, вырубленных в скальной породе. Воздух здесь был холодным и спёртым, и откуда-то из глубины доносился странный, ритмичный звук — то ли стук, то ли пульсация.

— Это сердцебиение, — прошептал Кай, и его лицо побледнело. — Я слышал такое раньше. В Империи. Когда принц заставлял меня участвовать в ритуалах.

— Каких ритуалах? — резко спросил Рион.

— Ритуалах пробуждения, — Кай облизнул пересохшие губы. — Они искали... существ. Спящих в глубинах. Тварей Хаоса, которые были запечатаны здесь ещё во времена Морвейн. Они хотели приручить их, использовать как оружие.

Мы дошли до конца коридора и замерли. Перед нами была массивная каменная дверь, покрытая древними рунами — теми же, что я видела в Лабиринте. Рунами Ткачей. Дверь была приоткрыта, и из щели выбивался пульсирующий багровый свет.

Я толкнула дверь, и мы вошли в огромный круглый зал. Он был пуст, если не считать алтаря в центре — такого же, какой был в оранжерее, только гораздо больше. Алтарь был покрыт свежими пятнами крови, а вокруг него на полу был начертан сложный ритуальный круг, от которого тянуло холодом и тьмой.

И в этом круге, скорчившись в неестественной позе, лежало существо.

Оно было огромным — метра три в длину, с хитиновым панцирем, покрытым трещинами, из которых сочилась светящаяся багровая жидкость. У него было шесть конечностей, каждая из которых заканчивалась острым, как бритва, когтем, и голова, лишённая глаз, но с огромной пастью, усеянной рядами зубов. Тварь Хаоса. Но она была мертва — или почти мертва. Её хитиновый панцирь был проломлен в нескольких местах, и из ран вытекала та самая багровая субстанция, медленно заливая ритуальный круг.

— Это... — начала Рикки, но не закончила. Тварь вдруг дёрнулась. Её пасть раскрылась, и из неё вырвался звук — низкий, вибрирующий вой, от которого задрожали стены.

— Она ещё жива! — крикнул Рион, вставая в боевую стойку. — Все назад!

Но было поздно. Из трещин в хитине твари начали выползать... новые существа. Маленькие, размером с кошку, но точные копии своей матери. Десятки, сотни крошечных тварей Хаоса, которые с писком разбегались во все стороны, заполняя зал.

— Это гнездо! — закричала я. — Она была маткой! И она рожает!

— Дверь! — скомандовал Сандр. — Закрыть дверь!

Но дверь уже была заблокирована. Твари, появившиеся первыми, успели добраться до неё и теперь висели на ней сплошным шевелящимся ковром, преграждая нам путь к отступлению.

Мы оказались в ловушке.

Первые твари бросились в атаку, и бой начался. Рион взмахнул клинком, и огненно-ледяное лезвие рассекло сразу трёх существ пополам. Сандр обрушил на них водяной вихрь, прижимая к полу и не давая добраться до нас. Рикки заставила каменный пол вздыбиться, создавая баррикаду между нами и основной массой тварей. Кай, преодолевая отвращение и страх, протянул руки и начал разрывать связи, которые удерживали этих существ в материальном мире. Это была не магия разрушения — это была магия распада. Твари Хаоса были не совсем живыми в обычном понимании. Они были сгустками искажённой энергии, удерживаемыми в физической форме лишь волей их создателей. И Кай, перерезая нити, связывающие их с источником, заставлял их рассыпаться в прах. Я тоже не осталась в стороне. Моя бирюзовая нить развернулась в воздухе, создавая защитный купол вокруг нас. Твари, пытавшиеся пробиться сквозь него, отскакивали, как от невидимой стены, и падали на пол, оглушённые. Но их становилось всё больше. Матка продолжала извергать из себя новые и новые порождения, и я понимала, что если мы не остановим её, нас просто задавят числом.

— Нужно уничтожить матку! — крикнула я сквозь шум битвы. — Иначе они будут прибывать бесконечно!

— Как? — Рион отразил атаку очередной твари и отступил под защиту моего купола. — До неё не добраться — слишком много этих тварей вокруг!

— У меня есть идея, — я повернулась к Каю. — Помнишь, что мы делали в лагере контрабандистов? Когда работали вместе? Нам нужно сделать то же самое, но в большем масштабе. Я создам коридор в Пряже — что-то вроде тоннеля, по которому мы сможем пройти сквозь них. А ты будешь разрывать связи тех, кто попытается нас остановить. Справишься?

— Справлюсь, — он кивнул, и в его глазах вспыхнула решимость.

— Я прикрою вас с флангов, — сказал Сандр, становясь слева.

— А я — с тыла, — добавила Рикки, выставляя перед собой каменный щит.

— Тогда вперёд, — скомандовала я.

Мы двинулись к центру зала. Моя бирюзовая нить расчищала путь, создавая невидимый коридор в самой ткани реальности, по которому мы шли, невидимые и недосягаемые для тварей. Кай шёл сразу за мной, его золотая нить пульсировала в унисон с моей, и каждый раз, когда какая-нибудь тварь всё же прорывалась сквозь защиту, он одним движением мысли обрывал её связь с Хаосом, заставляя рассыпаться. Сандр и Рикки прикрывали нас с боков, отбрасывая тех тварей, которые были слишком быстры или слишком сильны.

Мы дошли до матки. Вблизи она казалась ещё более отвратительной — огромная, пульсирующая, истекающая багровой слизью. Её пасть была раскрыта, и оттуда, из глубин её глотки, исходил тот самый низкий, вибрирующий вой, который мы слышали раньше. Это был зов. Она звала кого-то. Или что-то.