Засмотревшись, Иван чуть не пропустил суслика, готового вцепиться ему в ногу. Родовой меч Ангорского опустился на гада в последний момент, перебивая ему позвоночник.

В тот же миг земля содрогнулась, из сочащегося фиолетовым дымом пролома, расталкивая серую мелочь, выбралось что-то крупное. Бурящий носорог размером с хороший грузовик стоял теперь напротив команды. Вся его туша была покрыта толстой броней, а из уродливой морды торчал витой метровый рог, которым он мог бурить целые тоннели под землей. Тварь яростно взревела и налитыми кровью глазами уставилась на Демидова, выбрав его своей целью.

— Близнецы, по флангам! Отвлекайте! — крикнул Орлов. Сам Евгений тоже бросился на носорога, пытаясь сбить его с толку ментальным ударом. Но громадина только потрясла головой, словно отмахиваясь от назойливой мухи.

Василий и Валерий Огневы синхронно бросились в стороны, заходя на монстра с флангов. Они засыпали носорога быстрыми ударами клинков, раскаленных до красна. Мечи со звоном отскакивали от каменной брони, высекая искры, носорог упрямо двигался вслед за Демидовым, которому приходилось пятиться назад. Никакой возможности ударить топором у парня не было. Тогда команда насела на зверя впятером, тыча в него железом со всех сторон.

— Цельтесь в незащищенные участки! — крикнул Ангорский и первым с силой вогнал меч прямо под костяной щиток на задней лапе чудовища.

— Браво, капитан очевидность! А я-то думал, ему рог чесать нужно! — никак не затыкался в голове голос кролика.

Боль в ноге заставила носорога крутануться на месте.

Демидов немедленно воспользовался моментом. В высоком, мощном прыжке он обрушил свой топор прямо на загривок твари. Топор врезался в щель между защитных пластин, раздался хруст, из глубокой раны на асфальт хлынула черная кровь. Но это только взбесило носорога. Он стал двигаться еще быстрее, вращаясь на месте и стараясь сбить людей своим громадным рогом.

Иван попятился назад.

Растерялся даже Орлов. Он только сказал по ментальной сети:

— В стороны! Разойдитесь.

Команда отпрянула от зверя, и в этот момент воздух над площадью прорезал оглушительный свист, словно мимо пролетел артиллерийский снаряд. С противоположной стороны пролома прилетело металлическое копье, добела раскаленное боевой магией. Это ректор академии, Иван Васильевич Тучный, издалека заметив, что его ученики оказались в смертельной опасности, лично запустил своё оружие. Копьё вошло носорогу прямо в глаз, проломило череп и мгновенно выжгло мозг.

Чудовище еще немного постояло, пытаясь двигать ногами, потом замерло и рухнуло на асфальт, но упало крайне неудачно. Многотонная туша по инерции завалилась на бок и всем своим весом накрыла Дмитрия Демидова, прижав его к земле.

— Черт! Этот здоровяк мог бы двигаться и побыстрее, — воскликнул Аристарх. — Как теперь выковыривать его оттуда?

— Дима, держись! — крикнула Маша, бросаясь к твари и пытаясь подлезть под нее.

— Он был в броне! — крикнул Орлов. — Давайте, парни, все вместе!

Побросав мечи, они уперлись руками в жесткий бок носорога и, натужно рыча и кряхтя попытались сдвинуть тушу. Ничего не выходило, твердое как камень, тяжеленное тело даже не шелохнулось. К ним на помощь уже бежали ректор, куратор и Соколов но они были еще далеко. Дорога была каждая секунда, Демидов мог задохнуться.

— Все назад, отойдите от него! — крикнул Ангорский, вспомнив про заклинание распада, подаренное ему гиблым волком.

Орлов, близнецы и Маша удивленно переглянулись, но подчинились, отпрыгнули в стороны. Иван закрыл глаза, вспоминая заклинание, которым он давно не пользовался. Оно действовало только на мертвую плоть, не причиняя вреда живым.

Парень сделал шаг вперед, протянул руку к твари и с пальцев сорвался мрак.

Туша монстра стала таять, на глазах превращаясь в черные хлопья, которые тоже исчезали не коснувшись земли.

Демидов, освобожденный от груза, наконец смог вздохнуть и медленно поднялся на ноги, опираясь о свой топор. Маша уже сканировала его, выискивая травмы, потом окатила целебной волной энергии от макушки до пяток.

Подбежали преподаватели.

Рязанов сходу, не стесняясь в выражениях отругал группу за неоправданный риск, велел отойти от пролома и сразу сообщать ему по ментальной связи об опасности, иначе их прогонят с поля боя. Соколов, как всегда, в присутствии начальника молчал. А Иван Васильевич Тучный уже подобрал свое копье и, стоя поодаль, внимательно разглядывал Ангорского как неизвестную зверушку.

Иван же с недоумением смотрел на ректора. Он никогда раньше не видел его вблизи. Тучный оказался довольно молодым человеком, около тридцати лет. Стройный и самоуверенный, чертами лица он очень напоминал Ивану кого-то. Но вспомнить никак не получалось.

Наконец они ушли. В бою возникла небольшая передышка. Ребята жадно, прямо из горлышка выпили воду, которую им принесли девчонки-целительницы. Лазарет уже развернули на краю площади, и там лежали первые раненые. К Дмитрию подошел пожилой, суровый профессор лечебного факультета. Осмотрел его, немного подлечил и сказал:

— Крепкий парень, переломов нет, но ловкость и скорость нужно тренировать. Больше не стой под падающей тварью.

Команда пыталась смеяться, но получалось это у них плохо. Маша трясущимися руками достала из своей сумки небольшой флакончик и залпом выпила. Орлов наблюдал за этим действием молча. Даже близнецы притихли.

Иван бочком отошел в сторонку и присел, притворившись, что завязывает шнурок. Ему совсем не хотелось отвечать на вопросы друзей, что такое он только что сделал.

— Что, Ванька, опять прокололся? Показал больше, чем нужно? — злобно выговаривал Аристарх. — Учишь тебя учишь, а толку…

— А что я должен был сделать? Позволить Демидову умереть? — взбеленился Ангорский.

— Вставай! — взвизгнул кролик.

Из провала с новой силой поднялась туча пыли, и полезли твари всех размеров, форм и цветов. Боевая шестерка растянулась в длинную шеренгу. Теперь каждый сражался за себя. Иван оказался далеко от всех, отрезанный толпой тварей от товарищей.

В какой-то момент он закрутился в карусели атак, отражая наскоки сразу трех монстров. Родовой меч летал из стороны в сторону, со звоном рассекая панцири и отбивая выпады уродливых многоножек.

— Сзади! — громко крикнул Пушок.

Иван и сам уже чувствовал смертельную опасность, но то ли уставшее тело Ангорского опоздало с реакцией всего на долю секунды, то ли кровь монстров под ногами замедлила движение, но увернуться он не успел. Из клубов пыли бесшумно вынырнула мохнатая лапа и с огромной силой ударила его по затылку, сдирая острыми когтями кожу.

Голова взорвалась болью. В глазах мгновенно потемнело. Он потерял сознание и рухнул на грязный асфальт, выронив из ослабевшей руки меч. Тварь тут же схватила его за руки и потащила к пролому.

— Ванька, Ваня, очнись идиот! Нас сейчас утилизируют! — истошно закричал в голове кролик, намертво вцепившись лапами в его куртку и волочась за Ангорским по асфальту.

А потом Аристарх заверещал вслух, громко и отчаянно, как будто убивают его, а не хозяина.

Кролик орал во всю глотку, и этот панический крик фамильяра услышала Софья. Девушка, как раз, пробиралась вдоль линии боя, высматривая раненых. Она обернулась и заметила, как безжизненное тело Ангорского волокут в пролом. Сердце у нее пропустило удар. Забыв об осторожности, целительница рванула наперерез. Один из иллюзионистов увидел беззащитную девчонку, пошел следом, на ходу рассекая прыгающих монстров и прикрывая ей спину.

Софья схватила Ангорского за ноги и изо всех сил потянула на себя, упираясь каблуками в разбитый асфальт.

Тварь, напоминающая огромное насекомое, с многочисленными членистыми лапищами, возмущенно зашипела. Поняв, что добычу пытаются отнять, она на миг выпустила руки Ивана и резко развернулась, готовясь сожрать мешающую ей девушку.