Рязанов замолчал. Он был старым солдатом и прекрасно понимал, что “ушли насовсем” означало, что отряд наемников прекратил свое существование. И сделал это семнадцатилетний парень, которого еще неделю назад вся академия звала слабосилком.

— Ну что ж, — граф коротко кивнул, и на его губах появилась одобрительная ухмылка. — В таком случае, господин Ангорский, я вижу, что моя помощь вам не требуется. Вы прекрасно справляетесь с управлением недвижимостью. Жду вас через три дня в академии.

Рязанов резко развернулся кругом и махнул своим гвардейцам. Тяжелый лимузин развернулся на дорожке и с тихим шуршанием шин скрылся за воротами Клевера.

В машине Рязанов сразу схватился за переговорный артефакт и отменил группу захвата, а потом позвонил в канцелярию и затребовал дело Ангорских в свой кабинет.

Его логика подсказывала, что надо освежить память. Не зря же этот род был раньше великим, не помешало бы узнать их тайны. Да и Ветровы не просто так цепляются за их поместье, что-то их там привлекает. Рязанов настроился на еще одну бессонную ночь.

А Иван проводил машину взглядом и вошел в дом.

В резиденции Ветровых взвыла сирена.

Из гостевых флигелей на газон с оружием на перевес выскочили дежурные маги клана. Через минуту на парадное крыльцо вышел сам глава рода — Максим Викторович Ветров, в дорогом шелковом халате и домашних туфлях.

— Что здесь происходит? — начал было он, но осекся, разглядев масштаб катастрофы.

Командир личной охраны уже стоял на коленях перед кучей тел, лихорадочно проверяя пульс. Его лицо было белым, как мел.

— Господин, это отряд Кнута, — хрипло доложил он. — Все убиты или тяжело ранены. Оружие уничтожено. Силовые щиты армейского образца смяты, словно фольга.

Максим Ветров медленно спустился по мраморным ступеням. Внутри у него всё клокотало, но лицо оставалось каменным.

— Как они здесь оказались? — тихо, но зловеще спросил он у охраны. — Прорыв периметра? Нападение на усадьбу?

— В том-то и дело, что нет, господин, — командир охраны сглотнул, боясь поднять глаза. — Внешний контур цел. Они просто вывалились из воздуха прямо на газон. Словно кто-то открыл портал прямо внутри нашей суверенной зоны, сбросил их как мусор и ушел.

Ветров нахмурился, лицо его потемнело, словно небо перед грозой.

— Допросите выживших, как можно скорее, — приказал он ледяным тоном. — И сразу доложите мне.

Он развернулся и направился к дому. Мальчишка должен был тихо сдохнуть в Красногорске, а не вот это вот всё. Он никогда не бывал у них в поместье, следовательно, не мог открыть портал сюда. Однако тела наемников валяются на газоне. Неужели Ангорский нашел и сумел активировать реликвию? Теперь нельзя действовать на эмоциях, нужно затаиться и хорошенько подумать.

А Ангорский и его слуги еще долго приходили в себя от такого дерзкого нападения на их территорию. Но дожди смыли остатки крови, а ветер унес дым. Жизнь потихоньку вернулась в мирное русло.

Следующие три дня прошли в домашних хлопотах. Каждый вечер Ангорский отдавал свою ману алтарю, заряд которого в процессе битвы просел до 38 %. Иван сливал всё, что мог и после этого валился спать. Это было тяжело, но он добился восстановления 60 %.

По требованию Аристарха в сети были заказаны пять кустиков магического клевера. Утром второго дня их доставили: пышные, изумрудно зеленые, каждая пластинка их листьев была испещрена тонкими серебристыми прожилками, которые едва заметно светились, поглощая энергию из воздуха.

Аристарх придирчиво осмотрел их, обнюхал землю в горшках и ускакал искать самое лучшее место в саду. Такое ответственное дело он не мог доверить никому другому.

Посадка проходила под деспотичным контролем кролика, который то и дело сопел Ивану в ухо:

— Левее бери, Ванюша, здесь земля мягче! Куда ты копаешь, неуч? Здесь же корень дуба, он всю ману из малышей высосет. Глубже лунку делай!

В общем, Аристарх мешал Ивану работать изо всех своих кроличьих сил.

Наконец, после двух часов взаимных пререканий и лекции о правильной концентрации гумуса в почве, клевер был бережно высажен на солнечной полянке под дубом, недалеко от крыльца.

Пушистый реликт с царственным видом уселся посреди изумрудных листьев и зажмурился от удовольствия.

— Пойдем в дом, Пушок! — позвал Иван, поднимаясь по ступеням.

— Нет, я буду охранять клевер, пока он адаптируется к магическому фону, — гордо ответил кролик.

К ужину Аристарх все же явился, быстро проглотил свою порцию и вернулся на пост.

Воскресным вечером Иван сидел в своей комнате, лениво наблюдая, как Степаныч помогает ему укладывать вещи в кожаный чемодан. Кроме одежды, старый слуга упаковал туда бережно завернутый в замшу меч Ивана и срочно пошитую из кожи псевдо-варана куртку.

— А это зачем, Степаныч? — спросил Ангорский.

— Граф, — Степаныч впервые назвал его этим титулом, подчеркивая серьезность ситуации. — Вы больше месяца будете отсутствовать дома. Личное оружие должно быть с вами.

Иван только кивнул.

С понедельника свободная жизнь заканчивалась. Общежитие при боевом факультете предполагало строгий режим и постоянные тренировки.

Утром Ангорский погрузил свои вещи в ЛЕД-12 и стоял рядом с мобилем, отдавая последние распоряжения слугам.

— Степаныч, если снова нападут на поместье, не геройствуйте, убегайте из дома. Ваши жизни мне дороже имущества, — он строго посмотрел на старика, пресекая возражения. — Клевер поливайте по мере просыхания. Аристарх, видимо, остается в поместье.

Но кролик возмущенно запрыгнул в открытую дверь мобиля и устроился на пассажирском сиденье.

— Я еду с тобой! Клевер уже достаточно окреп и прижился на новом месте. Теперь он справится сам, а вот за тобой нужно присматривать.

Повеселевший Иван помахал рукой слугам, сел на водительское место и мобиль тронулся с места.

В прохладном холле общежития их встретила миловидная женщина-администратор, сидящая за стойкой из светлого дерева. Она приветливо улыбнулась Ивану, но заметив на его плече белоснежного кролика, удивленно приподняла брови. Аристарх в ответ надменно распушил щеки и отвернулся.

— Студент Ангорский? — администратор быстро глянула на мерцающий экран планшета. — Так, посмотрим, да Иван Алексеевич. Граф Рязанов оставил распоряжение на счет вашего кролика. Вы можете держать его при себе. Вашу шестерку на время тренировок заселяют в особый блок на втором этаже. Номер шестой.

Она протянула Ивану магический ключ-карту с золотым тиснением.

— Держите. У каждого из вас будет отдельная просторная комната со своей ванной и туалетом.

— Благодарю, — Иван принял ключ, и направился к широкой лестнице на второй этаж.

Он приложил ключ-карту к замку шестого блока. Дверь тихо щелкнула, открывая доступ в просторную общую гостиную, из которой небольшой коридор вел в отдельные спальни. В блоке пока царила тишина, похоже он приехал первым.

Найдя дверь со своей фамилией на табличке, Иван вошел внутрь.

Комната оказалась светлой, уютной и просторной. Окна выходили на липовую аллею, и через открытую створку внутрь проникал свежий весенний воздух, смешанный с медовым ароматом цветов. Обстановка располагала к качественному отдыху после тяжелых нагрузок: широкая кровать с ортопедическим матрасом, вместительный шкаф для одежды и небольшой стол у окна.

Стоило Ангорскому опустить дорожную сумку на пол, как Пушок спрыгнул с его плеча прямо на середину кровати. Кролик по-хозяйски потоптался по покрывалу, проверяя его на мягкость, а затем уставился на парня.

— Итак, — объявил он, — начнем с главного. Эта половина кровати принадлежит мне по праву старшинства. Подушку, так и быть можешь оставить себе, но одеяло мы делим поровну.

— Ты не обнаглел, ушастый? — усмехнулся Иван, проходя к окну и опираясь ладонями о подоконник. — Кровать вообще-то односпальная. И если ты не заметил, я гораздо крупнее тебя.