— Ты расскажешь, как его нашли? — спросил Иван у девушки.

— Да, присаживайся, поговорим, — ответила Инна и первая опустилась на скамью.

Пушок тут же спрыгнул с плеча на скамейку и устроился рядом с некроманткой. Иван уселся чуть дальше и повернулся к девушке. Ее синие глаза в полумраке сада казались почти черными. Инна сразу начала рассказ, не ожидая повторных вопросов.

— Более семи месяцев назад, твой дед с группой охотников ликвидировал прорыв на южной окраине Москвы, — спокойно начала она. — В пылу боя товарищи не сразу заметили, что он пропал. А когда обнаружили отсутствие Петра Андреевича, то пошли по следу кровавых пятен. Цепочка тянулась к заброшенному входу на станцию “Бульвар Дмитрия Донского”. След вел в метро.

Она сделала короткую паузу, перебирая пальцами свои длинные волосы.

— Они были вымотаны после боя и не рискнули соваться в неизведанные тоннели, вызвали на подмогу спасательную группу с сильным целителем. Ведь твой дед явно получил тяжелые ранения. Но эта вторая группа так и не вернулась из метро, связь с ними прервалась.

— Но почему их не искали столько месяцев? — возмутился Иван. — Пропал не только мой дед, но и целая группа. К тому же было известно, что Петр Андреевич жив. Почему не отправили еще людей ему на помощь?

— Я не знаю… — голова Инны печально склонилась. — Может быть кто-то не хотел, чтобы его нашли?

— И что было дальше? — Ангорский невольно наклонился вперед, вглядываясь в бледное лицо девушки.

— Вчера мы наткнулись на их останки под районом Чертаново, когда зачищали эту ветку от монстров, — тихо ответила Инна, и от ее голоса повеяло могильным холодом. — Судя по картине боя, спасатели тогда всё же добрались до твоего деда. Целитель успел оказать первую помощь и поместил его в стазисное поле. Это и спасло жизнь Петру Андреевичу, заморозило все процессы в организме на долгие месяцы и уберегло от тварей.

Некромантка качнула головой, как бы соглашаясь со своими мыслями.

— Но на саму группу напали разломные твари. Мы нашли кости бойцов по периметру вокруг твоего деда. Они держали оборону до конца. Когда мы пробились к этому месту, Иван Васильевич Тучный сразу вызвал целителей, они увезли Петра Андреевича в больницу. Тучный сообщил тебе о находке, а нашей группе приказал молчать о произошедшем.

Иван на секунду нахмурился, переваривая информацию. Одна деталь зацепила его слух.

— Ректор тоже участвовал в зачистках метро? — удивленно спросил он.

Инна ухмыльнулась, в ее взгляде мелькнула гордость за родственника.

— А что тебя удивляет, Ангорский? Иван Васильевич один из сильнейших магов Москвы, конечно он участвует в ее защите.

— Да, я понимаю, что он сильный, — смутился Иван и решил сменить тему. — А каким именно направлением магии он владеет? Я проучился в академии целый год, но ничего об этом не слышал.

Бледные щеки Инны едва заметно порозовели, и она отвела взгляд в сторону.

— Ну, у него несколько направлений. Если захочет, сам расскажет, — уклонилась она от прямого ответа.

— Разве так бывает?

Девушка недоверчиво посмотрела на него и поморщилась.

— Ты сейчас пытаешься обмануть меня? Прикидываешься дурачком? Но зачем?

Иван застыл в недоумении. Эта девушка чертовски нравилась ему. И совсем не хотелось плохо выглядеть в ее глазах. Но что он сделал не так?

— Я не понимаю, о чем ты говоришь, — наконец сказал он.

— Весь наш район видел репортаж в новостях, как в битве с разломным Носорогом ты применил некромантское заклинание — распад. А сейчас делаешь вид, будто впервые слышишь, что бывают люди, владеющие несколькими направлениями магии. — Все еще с подозрением ответила девушка.

— Я не знал, что оно некромантское, — произнес Иван. — Однажды в маленьком, буквально крохотном разломе я встретил Гиблых волков. Они спасли мне жизнь. Один из них лизнул мой перстень, а потом я обнаружил, что владею этим заклинанием. Вот и все.

— Гиблых волков? Ты уверен, что это были они?

— Фамильяр так сказал, — парень кивнул на кролика. — Он был со мной в той переделке.

— Гиблые волки признали тебя… — теперь в синих глазах Инны светилось восхищение, и это было так приятно, что на губах Ангорского появилась дурацкая улыбка. Иван смутился и поспешил закончить разговор, сославшись на позднее время.

Иван переступил порог дома, когда на улице уже совсем стемнело.

Слуги были готовы к его возвращению. Еще из машины Ангорский связался со Степанычем, и сообщил, что едет домой.

Он прошел в гостиную, сел в кресло и подождал, пока Марья успокоилась и прекратила суетиться. Когда в комнату зашел Степаныч, Иван сказал:

— Дед нашелся. Он жив, сейчас в больнице, под охраной.

Марья ахнула, по ее лицу покатились слезы радости, и она принялась неистово креститься. Степаныч заметно выпрямился, его суровые глаза влажно блеснули.

— Жив Петр Андреевич, — глухо пробасил старик. — Что же с ним случилось? Почему под охраной?

— Подробности потом, — перебил его Иван. — Главное, никто не должен знать об этом, пока он полностью не поправится. Пока он слаб, мы в большой опасности. Для всех — я просто вернулся на каникулы.

Слуги испуганно молчали, не понимая, что делать.

— Марья, — Иван повернулся к кухарке, которая уже вытирала слезы. — Нужно подготовить комнату деда. Вообще с его возвращением у тебя значительно прибавится работы. Нам срочно нужна горничная. Желательно проверенная и не болтливая.

Кухарка согласно закивала, судорожно соображая.

— Есть такая, Иван Алексеевич! Настя, знакомая моя, женщина одинокая, аккуратная, работящая. И язык за зубами держать умеет.

— Хорошо, — одобрил Ангорский. — Пусть приходит завтра. И еще я найму двух охранников. Для них и горничной тоже нужно подготовить комнаты.

Марья и Степаныч закивали.

После ужина, уйдя к себе в спальню, Иван устало опустился на кровать. Сил не было, но мозг наотрез отказывался отключаться. Мысли хаотично метались от жуткого рассказа Инны о погибших спасателях к горьким словам деда о родителях.

Пушок, с тихим стуком запрыгнувший на подоконник, повернул к нему мордочку. Его красные глаза зловеще блестнули в лунном свете, пробивающемся сквозь занавески.

— Ну, и чего ты раскис, Прядущий? — презрительно спросил он. — Соберись, нам предстоит многое подготовить к приезду деда домой. Завтра Яков привезет деньги. Ты уже сообразил нанять дополнительную прислугу. Я же хочу напомнить, что наш алтарь по-прежнему ждет новый накопитель класса “А”. Тебе не кажется, что сейчас самое время предоставить ему такую плюшку?

— Да, ты абсолютно прав, — медленно сказал Иван и принял горизонтальное положение на кровати. Закрыв глаза, он провел короткую медитацию, чтобы мышцы расслабились и через несколько минут его дыхание стало ровным и глубоким.

Утром их ждал плотный завтрак. Аристарх, который с момента отравления избегал мяса, сегодня с удовольствием вгрызался в огромную отбивную, лежащую у него на тарелке. А потом не побрезговал и капустным пирогом. Иван тоже ел с аппетитом. Марья заставила его взять с собой куриный бульон и пироги.

— Знаю я, как в этих больницах кормят, — ворчала она, запихивая еду в сумку Ангорского. — Петру Андреевичу нужно восстанавливать силы, а значит — хорошо питаться.

В палату они с Пушком прошли сами, тем подземным ходом, что показала вчера Инна.

Старший Ангорский выглядел несравненно бодрее, чем накануне. Цвет лица стал более живым, в глазах горел осознанный интерес, и старик даже пытался шутить с дежурным целителем, который как раз заканчивал утренний осмотр.

— О, привет, внучек, — слабо улыбнулся дед, заметив внука. — А я тут как раз доказываю уважаемому лекарю, что больничная каша способна убить даже сильного мага.

Иван улыбнулся в ответ и выставил на тумбочку термос с бульоном и тарелку пирожков.

Дед одобрительно хмыкнул и принялся за домашнюю еду. Целитель повернулся к Ивану.