— Это временные трудности твоей антропоморфной оболочки, Ваня, — отозвался Пушок. — К тому же, я существо тонкой душевной организации. Мне нужен простор для циркуляции маны во сне. И не смей класть свои грязные вещи на стол, это будет мой наблюдательный пункт. Отсюда прекрасный вид на парк.

Прядущий лишь покачал головой, не став спорить с фамильяром, решившим показать всю свою вредность. Здесь было куда комфортнее, чем в походных палатках или суровых каменных цитаделях его прошлого мира.

Из коридора донесся топот.

Едва Иван переступил порог, как на него обрушился шквал молодой энергии. Близнецы Огневы уже успели оккупировать центральную часть гостиной. Посреди обставленной мягкими диванами и низкими столиками из светлого ясеня комнаты возвышалась гора их вещей: от огромных баулов с одеждой до коробки с новейшей игровой консолью.

— Да я тебе говорю, Валерка, угловой диван мой! — Василий с размаху бросил свою куртку на массивный подлокотник. — Из этого угла идеальный обзор на плазменную панель!

— Ага, и прямо под кондиционером, чтобы ты свои огненные мозги остужал? — парировал Валерий, затаскивая в комнату очередной чемодан. — Мечтай. Командир придет, выселит тебя оттуда.

Заметив открывшуюся дверь комнаты Ивана, братья синхронно повернули головы. Василий мгновенно расплылся в широкой улыбке и приветливо взмахнул рукой, будто они были лучшими друзьями с детства.

— О, Ваня, здорово! — громко крикнул он, перешагивая через коробку. — Ты уже обустроился? А мы вот только заехали. Смотри, какую дуру нам отец выделил в общую гостиную. — Он кивнул на запечатанную коробку с экраном. — Вечерами скучать не придется.

— Привет, парни! Да я тоже пару минут назад прибыл, — ответил Иван. — Не ожидал, что здесь такие хоромы.

— Это точно, Рязанов расщедрился, — согласился Валерий, тоже подходя ближе и с любопытством оглядывая Ивана. После той тренировки отношение близнецов к пространственнику заметно изменилось, теперь в нем видели не безродного выскочку, а только надежного союзника, способного прикрыть спину.

В этот момент входная дверь блока снова тихо щелкнула, и в гостиную вошел Дмитрий Демидов. Маг земли нес свой единственный армейский баул на плече так, словно он ничего не весил. Коротко, но вполне миролюбиво он сказал:

— Привет.

Аккуратно, стараясь не задеть вещи Огневых, он поставил свой баул у стены и опустился в свободное кресло.

Почти сразу за ним в гостиную вошел Евгений Орлов. В отличие от остальных, княжич прибыл налегке. В руках он держал лишь тонкий дорогой кейс, а все его вещи, судя по всему, слуги уже доставили в его комнату.

— Приветствую, господа, — негромко поздоровался он. — Все уже на месте? Как вам временное жильё?

— Маши еще нет, — ответил Демидов.

— Уже есть, — раздалось от двери.

Мария Цветкова вошла в блок, катя за собой небольшой чемодан на колёсах. Она выглядела свежей и собранной, а её темные волосы были перехвачены простой заколкой.

Не успели все разойтись по комнатам, как дверь блока снова распахнулась. На пороге выросла подтянутая фигура графа Рязанова. За его спиной застыл Соколов с планшетом.

— Вижу, устроились, господа будущие чемпионы Империи, — с усмешкой сказал граф. — Рад, что у вас такое приподнятое настроение. Надеюсь, вы успели хорошенько отдохнуть за неделю экзаменов. Потому что лафа закончилась.

Рязанов сделал шаг вперед, и Соколов тут же раскрыл планшет, готовый фиксировать распоряжения. Куратор обвел притихшую шестерку взглядом.

— У меня для вас две новости, господа, — Рязанов заложил руки за спину. — Новость первая. Буквально пару часов назад решением Имперской комиссии было утверждено: в этом году межвузовские состязания пройдут в нашей академии.

Близнецы Огневы синхронно открыли рты, чтобы крикнуть “ура!”, но не успели.

— Рано радуетесь. На нашем третьем полигоне уже начинаются инженерные и артефактные работы для подготовки к играм. Поэтому тренироваться там мы сможем только по вечерам. Утреннюю разминку переносим на второй полигон. Он, как вы знаете, расположен под открытым небом. Благо погода стоит прекрасная, так что свежий воздух пойдет вам на пользу.

Куратор выдержал короткую паузу и прошелся перед диваном.

— Новость вторая. Начиная с этой секунды для вас вводится строгий тренировочный режим. Никаких увольнительных в город. Питание строго по расписанию и в соответствии с назначенной диетой, в столовой кампуса.

Он еще раз пробежался взглядом по комнате. Заметив игровую консоль, подошел поближе и строго спросил:

— Что это? Вы что, в игрушки играть здесь собрались?

— Нет, господин куратор, это для разборов тактики и стратегии, для наглядности, — ответил Василий Огнев.

Валерий кивнул.

— Да? Ну хорошо, значит буду заглядывать к вам с этой целью. Это может быть полезно.

Он похлопал Василия по плечу.

— Завтрак ровно в восемь. Сегодня утренней тренировки не будет.

Обустраивайтесь. В шестнадцать ноль-ноль жду вас в третьем полигоне. Ангорский, загляните ко мне после завтрака.

Куратор развернулся и вместе с безмолвным Соколовым покинул блок, оставив курсантов переваривать услышанное.

Едва за ними захлопнулась дверь, Огневы дружно застонали, падая на диван.

— Без выезда в город? Месяц? — Василий схватился за голову. — Да я же со скуки умру. Валерка, скажи ему!

— Зато мобили целее будут, — философски отозвался Демидов, уже открывая дверь своей комнаты. — Меньше отвлечений.

Евгений Орлов лишь лениво улыбнулся, а Ангорский задумался — зачем это он понадобился Рязанову.

После завтрака, наспех запихнув в себя салат из каких-то листьев и яичницу с кофе, Иван отправился к куратору.

Кабинет Рязанова ничуть не изменился с их первого разговора.

— Проходи, Ангорский. Садись. Разговор пойдет о твоей семье и недавнем нападении на поместье Клевер.

Иван насторожился. Неужели Ветровы заявили в канцелярию о нарушении их периметра и обнаружении на газоне наёмников? Но Рязанов заговорил совсем о другом.

— Мне доставили досье на ваш род из Канцелярии, включая старые архивы. Вы много лет хранили секреты, которые сейчас, после пропажи твоего деда, стали слишком лакомым куском. По слухам, в Клевере спрятана древняя пространственная Реликвия. Она способна увеличивать возможности мага пространства. Хотя истинные её свойства ваш род тщательно скрывал.

Иван внутренне подобрался, но не проронил ни слова. Рязанов принял это за шок и продолжил:

— Судя по всему, именно эту Реликвию искали наемники рода Ветровых, когда совершили налет на твою усадьбу. Но можешь не беспокоиться, с сегодняшнего дня за клевером будет установлено круглосуточное наблюдение. Группа захвата выедет на место при малейшем подозрении. Тренируйся спокойно.

Иван был по-настоящему ошарашен этой новостью. Группа захвата, Канцелярия, Реликвия…

Но по-настоящему допекло его другое. Стоило графу произнести слово “Реликвия”, как в голове раздался неприличный хохот. Аристарх никак не мог остановиться, он уже начал вздрагивать всем телом на плече Ивана, рискуя выдать себя куратору.

— Спасибо, Константин Михайлович, — глухо выдавил Иван, поднимаясь с кресла.

Сбитый с толку и едва сдерживающий раздражение от безумного ментального ржача над ухом, Ангорский вежливо поклонился и поспешил выйти из кабинета. Ему срочно нужно было добраться до уединенного уголка парка, чтобы заставить это пушистое чудовище успокоиться и наконец-то всё объяснить.

Иван стремительно дошел до самого конца липовой аллеи, где цветущие ветви скрывали скамейку от чужих глаз. Опустившись на сиденье, он бесцеремонно снял кролика с плеча и посадил прямо перед собой.

— Говори, — коротко приказал он, глядя прямо в красные глаза Аристарха.

Кролик, уже икая, не в состоянии прекратить смеяться, завалился на бок.

— Реликвия… Ой не могу, Реликвия! Так меня ещё не обзывали! — выдавил Аристарх, задыхаясь от очередного приступа хохота. — Аха-ха. Я — Реликт Изначалья, а не какая-то побрякушка!