Во внешнюю границу стазис-поля ударили несколько зарядов из оружия солдат Инквизиции. Энергия распалась на сотни искр, не причинив золотому ореолу никакого вреда, но ударная волна отбросила Мойру. Холстер подхватил ее за броню и удержал на ногах.

— Не стреляйте в Элару, гады! — заорал кто-то.

— Она уже мертва! — крикнула в ответ Валериан. — Но я еще могу спасти ее, если сейчас успеем оттащить от артефакта! Огонь!

Она махнула рукой своим бойцам.

Элара хорошо слышала все слова, но между звуками и пониманием смысла возникала небольшая задержка. Все вокруг стало очень медленным и вязким.

Еще одно щупальце вошло в спину. Металл доспехов немного размягчился. Пластины, рассчитанные на прямое попадание из штурмового оружия, стали податливыми и текучими, уступая место отросткам Эгиды. Черные волокна вплетались в броню, проходили сквозь нее и срастались с силовым каркасом, распускаясь на множество мелких пучков. Они прорвали кожу. Теплая кровь потекла вниз.

Элара попыталась пошевелить правой рукой. Нити щупальца ответили. Одна из них прошла через перчатку и раскрылась бутоном в ладони. Волокна вошли в мышцы, обвили сухожилия и добрались до нервов. Кисть перестала ощущаться ее кистью.

Визор погас. В темноте появились белые строки:

«СОВМЕСТИМОСТЬ ПОДТВЕРЖДЕНА».

«НЕЙРОННАЯ АРХИТЕКТУРА: ЧАСТИЧНО ПОВРЕЖДЕНА».

«ИСПРАВЛЕНИЕ».

Боль новым приступом прошла по нервам. Исчезли отдельные ощущения: сначала холод под воротником, затем вес снаряжения, потом застарелая боль в левой кисти и правом бедре.

Эгида забирала то, что считала лишним. Там, где раньше была кожа, возникла схема. Вместо мышц появились контуры усилий. Вместо сердца — источник четкого и сильного ритма.

Элара мысленно попыталась сосредоточиться на лицах своих соратников.

Мойра сидела на коленях у основания платформы и трясла головой. Арни стрелял над щитом из плазмомета наемников в потолок пролома, попадая рикошетами во врагов. Брунна стояла, из последних сил удерживая щит. Лия, прижавшись к стене, перезаряжала гранатомет дрожащими руками. Сабрина склонилась над Холстером, ставя укол стимулятора в шею.

Элара хотела запомнить их.

Но теперь она слышала не только голоса.

Стук сердца Лии. Быстрое, неровное биение. Треск щита Брунны. Надсадный, переходящий в стон.

Шаги инквизиторов за стенами по обеим сторонам внешней части пролома. Порывистые и злые.

Дыхание Валериан. Как обычно спокойное. Она стояла чуть в стороне от платформы, слева от пролома. Отрезанная от своих. Силовое поле ее брони потрескивало и искрилось. Она больше не принимала участия в бою. Просто ждала.

Визор загорелся снова. Перед глазами появились не тактические метки, а несколько прозрачных слоев: температура, давление, электромагнитные поля, плотность материалов, движение воздуха.

Элара увидела собственное тело. Прозрачное и невесомое.

Кости светились серым. Кровь почему-то коричневым. Нервные волокна — оранжево-голубыми нитями. По позвоночнику проходила черная линия соединения с Эгидой. По этой линии текла энергия.

Поток проходил через нее, уходя в платформу, в стены и в лестницы. В саму Цитадель.

Элара поняла: она держит рукой не предмет.

Она держит приоткрытую дверь. По ту сторону которой находилось всё.

Новая вспышка боли взорвала сознание, когда Эгида протянулась дальше вовне.

Элара увидела зал, коридоры за стеной, следующий уровень вверху, технические туннели. Цитадель раскрывалась перед ней картой тела, в котором проходы были сосудами, а кабели — нервами.

Где-то наверху задрожали разрушенные перекрытия.

В туннелях двигались десятки фигур в доспехах класса Джаггернаут.

Сотни наемников спускались с орбиты в десантных капсулах и готовились к штурму. Горячие контуры брони, тяжелое оружие, четкие построения. Они поняли, что авангард уничтожен, но не отказались от выполнения задачи. Их прислали сюда убить всех, кто окажется на планете. И они не собирались отступать.

Инквизиторы были гораздо ближе, соединенные тактическими каналами внутренней связи, которую Элара знала и ощущала своей.

Еще были мутанты в темных шахтах и цехах. Автоматические турели. И какие-то другие древние механизмы, до сих пор не проявляющие признаков жизни, но сейчас они просыпались от долгого сна.

Все они оказались внутри ее сознания.

Поток данных был сильно перегружен.

Элара попыталась отступить, вернуться назад к собственному телу, к голосу Мойры, к рычанию Брунны.

Эгида не пускала. Она развернула перед ней всю систему: уровни, архивы, внутренний контур, силовые магистрали, оборонительные узлы, сотни дверей.

В одной из бетонных камер билось что-то огромное, заключенное в черный кокон. В соседней стояли ряды вертикальных саркофагов с темными силуэтами внутри.

Элара закрыла этот слой. Не потому, что испугалась. Пока она не могла позволить себе смотреть туда.

На одном из уровней она увидела мощный заряд, установленный инженерами Цербер-Дельты возле опорной колонны. Когда заряд сработает, перекрытие рухнет вниз и заденет соседний просторный зал. Как костяшки домино, посыпятся следующие уровни и каскад обрушений может задеть это хранилище сверху.

Элара мысленно потянулась к ближайшей стальной заслонке. Она просто подумала о тяжелой створке, которую надо немедленно сдвинуть, и Цитадель ответила.

В глубине раздался грохот. Металлическая плита сдвинулась по направляющим и закрыла канал под зарядом. Взрыв произошел внутри герметичной камеры. Ударная волна прошла по стенам, но перекрытие выдержало.

Цитадель слушается ее.

«ИНТЕГРАЦИЯ: 51 ПРОЦЕНТ».

Внутри зала прогремел новый взрыв.

Элара увидела, как ударная волна расходится от пролома, как осколки летят к Мойре, как Арни толкает ее на пол к Холстеру и закрывает собой сверху.

Одновременно она видела шесть инквизиторов, двигавшихся к залу по боковому коридору. Она закрыла дверь перед ними. Массивная створка упала с потолка. Они открыли огонь из плазмометов, но металл поглотил плазму и распределил ее внутри своей структуры.

— Эл! — Мойра поднялась на локте. — Слышишь меня?

Элара слышала ее снизу с пола и изнутри собственного сознания. Звук раздвоился, распался на частоты и набор вибраций.

— Я слышу, Момо.

Ответ прозвучал чужим хриплым голосом.

— Тогда возвращайся! — Мойра снова упала на спину. — Тут без тебя никак!

Валериан шагнула вперед.

— Элара, что бы ты ни слышала, не отдавай ему волю.

— Это не он.

— Ты не знаешь, что это.

— Знаю.

— Тогда скажи мне, что сейчас происходит.

Элара посмотрела сквозь стены.

— Я вижу весь комплекс зданий.

— В самом деле? Или это галлюцинация?

— Я вижу твоих людей. Двенадцать у внешнего коридора. Трое тяжело ранены. Снаружи наступают наемники. Триста семьдесят бойцов. В секторе над нами рушится силовая магистраль.

Валериан изменилась в лице.

— Насколько быстро?

— Пока медленно. Но обрушение скоро дойдет сюда.

Элара почувствовала, как один из отростков вошел глубже.

Боль была ослепительной, но длилась всего миллисекунду. После нее внутри тела как будто появился второй скелет.

«ИНТЕГРАЦИЯ: 67 ПРОЦЕНТОВ».

Валериан пристально смотрела на нее.

— Ты должна остановить процесс обрушения, — сказала инквизитор. — Иначе нам не выйти.

— Как? Я пыталась.

— Попробуй еще раз.

За проломом инквизиторы вновь открыли огонь. Щит Брунны побелел и начал гаснуть.

— Останови своих.

— Не могу. У нас приказ. Мы должны забрать Эгиду. Теперь придется забрать ее вместе с тобой.

— Щит падает! — крикнула Лия. — Почему ты разговариваешь с ней?

— Элара! — Холстер обернулся. — Нужно что-то делать!

Она уже делала.

Элара коснулась древнего узла в стене справа от пролома.

Он давно был мертвым. Забытым или сломанным, без питания. Но когда ее сознание пробежало по его контурам, внутри вспыхнул ответ.