— Маркус, ты в своем уме? Понятно, что тот, кто отдал такой приказ, явно не в своем, — произнес голос Нико Барри, и тут же он сам возник сбоку из темноты. На его лице под визором блестели капли пота. — Посмотри на геометрию сектора. Это зона перекрестного обстрела. Я проверил лично вместе с моими разведчиками, там в темноте по обеим сторонам еще две турели на башнях пониже, калибром не меньше тридцати миллиметров. И наверняка еще минометы в глубине, как положено. Если пойдем в лоб, нас всех размажет по камням за десять секунд.

— Это приказ Старшего инквизитора! — повысил голос Гетц, указывая планшетом в сторону темных башен. — Армейский Устав гласит: при встрече с укрепрайоном противника авангард обязан сковать врага боем и выявить границы секторов поражения. Мы не имеем права уклоняться от прямого столкновения!

— Устав написан для войн с живым противником! А это древняя автоматика, не подчиняющаяся ничьим приказам, у которой почти бесконечный боезапас, вечные роботы обслуги и баллистический искин! — ответил Нико. — Я не поведу парней на убой ради того, чтобы кто-то нарисовал галочку соответствия замшелым уставам в своем отчете!

— Это неповиновение командиру в боевом построении, лейтенант Барри! — сказал Маркус. — Я занесу это в рапорт!

— Занеси себе в очко, идиот!

Солдаты, сидевшие ближе и слышавшие это, начали переглядываться. В ядовитом воздухе Мортиса-7 росло напряжение. Офицеры стояли грудь к груди, готовые сцепиться прямо под прицелами просыпающихся турелей.

Первый залп не заставил ждать, грохнуло сухим, разрывающим барабанные перепонки треском спрессованного воздуха. Вспышка слепящего фиолетового света ударила в край толстой скалы, за которой укрывалась группа разведчиков. Оплавленные осколки базальта брызнули во все стороны, как раскаленная дробь.

Двум штурмовикам не повезло. Другой снаряд попал в камень, за которым они присели. Ударная волна с легкостью смяла прочные грудные пластины. Один солдат погиб мгновенно, его тело отбросило на три метра, второй зашелся в крике от страшных ожогов.

— Открыть ответный огонь! Вперед! — истерично заорал Маркус, взмахнув автоматом и явно собираясь увлечь людей за собой на открытое пространство.

— Стоять! Назад, дурак! — зарычал Нико, хватая его за разгрузочный жилет и с силой втягивая обратно за базальтовый выступ.

Второй залп турелей превратил место, куда секунду назад собирался прыгнуть Маркус, в дымящуюся лужу жидкого камня.

— Заткнулись оба! — голос Элары прозвучал не громко, но в нем прорезалась сталь.

Совсем как раньше, когда она командовала отрядами Валькирий на десятке разных фронтов.

Лейтенанты осеклись и повернулись к ней. Все-таки она была старшей по званию тут, в авангарде.

— Вы сейчас же успокоитесь и начнете действовать правильно, — продолжила Элара. — Маркус, слепое следование приказу уже стоило нам двух солдат. Нико, надо быстро перегруппироваться! Рассредоточиться и распределить цели.

— Но приказ… — начал было Гетц, хотя в его глазах промелькнул страх при виде обугленного трупа.

Затихшего раненого два бойца оттащили за выступ к стене левого берега. Ротный медик и Лия бросились к ним на помощь.

— Полученный мною приказ Валериан был продвигаться к Цитадели, — перебила Элара. — Я не слышала, что мы должны сдохнуть на первых ста метрах. Включи мозги, лейтенант, если они у тебя есть.

Она присела к правой стенке рядом с Мойрой, которая работала с терминалом, закрытая от сыплющейся сверху каменной крошки силовым щитом Брунны.

— Мойра, дай параметры цикла этих башен, — скомандовала Элара.

— Прицельный искин старый, работает по импульсному алгоритму. Перезарядка накопителей за три и две десятых секунды, — ответила сержант, не отрываясь от экрана. — Перекрестный огонь закрывал бы весь прямой проход, но похоже, где-то немного заело механизм поворота с левой стороны. Участок мертвой зоны есть, по диагонали налево, но он узкий! Надо бы еще увеличить интервал перезарядки.

— Саби! — Элара все поняла и повернулась к левой гряде русла, куда забралась Шо.

Опять ее не видно. Хорошо спряталась.

— Я, — ответила снайпер из-за скал.

— Видишь оптические датчики на левой башне?

— Вижу, — через пару секунд отозвался сквозь треск помех хриплый голос Шо. — Линзы защищены силовым полем, но если я всажу туда плазменно-фугасный, задержка восстановления сенсоров составит секунд пять.

— Работаешь по левой башне по моему сигналу, — сказала Элара. Она повернулась к офицерам. — Слушайте меня внимательно. Проходим через вот эту мертвую зону перебежками, поочередно прикрывая термитом взводных гранатометов по башням и шквальным встречным огнем из всех стволов по летящим снарядам.

Маркус попытался возразить:

— Это нарушает боевой порядок…

— Это сохранит жизни людям, Гетц! — жестко перебила Элара. — Объясню отдельно для тебя. Твои бойцы дадут сейчас же дымовую завесу с правого фланга и плотный подавляющий огонь по правой башне. Это не уничтожит ее, но заставит искин переключать вычислительные мощности на перерасчет баллистики. Нико, твой взвод вместе с Брунной идет первым. Брунна перекрывает щитом границу вектора левой турели. Перебежка по трое, строго во время перезарядки. Встретимся в низине вот под этим левым утесом, там турели нас не достанут.

Она ткнула пальцем перчатки в планшет Маркуса на участок карты.

Кассий, до этого молча следивший в эфире за происходящим из хвоста колонны, сказал по общему каналу:

— Утверждаю план Элары. Выполнять немедленно. Маркус — занять позицию прикрытия. Нико — в авангард. Бегом!

Уставной лоск Маркуса окончательно дал трещину. Насупившись, он оглянулся на погибшего солдата, затем на Элару, в глазах которой не было ни злорадства, ни превосходства. Один лишь холодный, расчетливый прагматизм опытного командира элитных подразделений.

— Есть! — глухо вытолкнул из себя Маркус, но тут же взял себя в руки: — Третий взвод, к бою! Дымовые шашки на рубеж. Три гранатомета с термитными зарядами рассредоточить пошире.

По каменистой пустоши протянулись густые полосы плотного, непроницаемого в инфракрасном диапазоне дыма. Сабрина Шоу сделала филигранный выстрел: бронебойный патрон ее тяжелой винтовки врезался точно в объектив сенсорного узла левой башни, вызвав яркую вспышку короткого замыкания и временную слепоту системы наведения.

— Пошли, пошли! — закричала Элара.

Брунна выскочила из-за скалы первой. Ее двухметровый щит гудел от напряжения, принимая на себя касательные удары тяжелых кинетических пуль, выбивавших снопы белых искр. За ее мощной спиной след в след перебегали штурмовики Нико.

Лия побежала замыкающей в шестой группе, прижимая к груди медицинский кейс. До этого она оказывала первую помощь раненому бойцу. Элара огляделась, проверив обстановку, и бросилась следом за Лией. Все уже знали, что и как делать, и действовали слаженно. Но за молодой сестрой нужен глаз да глаз.

Когда уже почти в мертвой зоне в двух метрах взорвался плазменный сгусток, ударной волной отбросивший Лию на камни, Элара оказалась рядом за долю секунды. Она рывком подняла ее за лямки доспеха и швырнула вперед, в защитную тень утеса, одновременно прикрывая собой. Сборная броня Элары отозвалась жалобным металлическим скрипом, приняв на себя несколько рикошетов, но металл опять выдержал, как бы отбивая все крупные осколки.

Через полтора часа напряженного, отчаянного рывка вся рота «Шторм-3» и отряд изгоев оказались в глубокой, защищенной нише под основанием башен. Турели наверху продолжали некоторое время слепо молотить по пустому дыму, бесполезно расходуя энергию.

Все были живы, за исключением того бойца, погибшего в первые секунды. Его тело пришлось оставить, обложив камнями.

Несколько раненых получали дозу обезболивающего от ротных медиков и Лии. Маркус Гетц тяжело дышал, прислонившись спиной к скале. Он тупо смотрел на свои дрожащие пальцы в перчатках, измазанных в гари. Потом перевел взгляд на Элару. В его глазах заносчивости явно поубавилось, появилось что-то новое. Может, опустошенность человека, чей привычный мир уставов под мощным обстрелом разбился о грохочущую реальность?