Лёля не знала.

Она знала только одно: сегодняшний вечер обещает быть долгим. И опасным. И что она, кажется, только что сделала шаг, который всё усложнит.

Она толкнула дверь своей каюты, вошла и прислонилась спиной к холодному металлу.

— Лёлька? — раздался сонный голос Ирины. — Ты чего такая бледная?

— Ничего, — сказала Лёля, глядя в потолок. — Просто... у меня сегодня два ужина. Нет, один ужин. И один... я не знаю, как это назвать.

— Что? — Ирина приподнялась на койке, мгновенно проснувшись. — Ты о чём?

— Я согласилась на ужин с капитаном, — сказала Лёля, чувствуя, как слова падают в тишину каюты, как камни в воду.

Ирина молчала несколько секунд, переваривая информацию.

— А Олег? — спросила она наконец.

— Олег разорвал отношения с Натальей, — Лёля провела рукой по лицу. — Сегодня ночью. А потом она набросилась на меня в коридоре. Капитан меня спас.

— Ох, Лёлька, — Ирина села, обхватив колени руками. — Ты что творишь?

— Я не знаю, — честно ответила Лёля. — Я просто хочу, чтобы всё это прекратилось. Я хочу, чтобы моя жизнь снова стала простой.

— С Олегом она простой не будет, — тихо сказала Ирина. — Это ты уже поняла.

— Поэтому я иду на ужин с Алексеем.

— Потому что он безопасный, — кивнула подруга. — Потому что с ним не нужно бояться.

Лёля посмотрела на Ирину, и в её глазах стояли слёзы — от усталости, от злости, от того, что она не могла разобраться в собственных чувствах.

— А с Олегом я боюсь, — прошептала она. — Боюсь того, что он со мной делает. Боюсь, что если подпущу его ближе, то потеряю себя.

— Или найдёшь, — сказала Ирина.

Лёля закрыла глаза, чувствуя, как по щеке скатывается слеза.

— Или найду, — повторила она. — И это страшнее всего.

Глава 11 Обед с последствиями

К полудню Лёля уже жалела, что согласилась остаться.

После утреннего кошмара в коридоре она надеялась, что день пройдет тихо. Ирина уговорила её не прятаться в каюте: «Ты что, позволишь этой истеричке испортить тебе весь день? Выходи, дыши, работай. Французы тебя обожают, а у меня вечером выступление, и мне нужна моральная поддержка».

Лёля сдалась. К тому же, когда в одиннадцать утра пришло сообщение от Дениса с просьбой поприсутствовать на дневном обеде с французской делегацией — месье Бернар хотел уточнить технические детали контракта, а Пьер с этим не справлялся, — она не нашла сил отказаться. Работа оставалась единственным островком нормальности в этом безумном плавании.

В ресторан она вошла с блокнотом под мышкой, чувствуя себя отстраненной и профессиональной. Стол уже был накрыт: Жан-Поль, Леон, месье Бернар, Наталья, Денис и Олег. Лёля заметила, что Олег сидел на противоположном конце стола от Натальи — между ними было три пустых стула, и это казалось символичным.

— Lolia! — Жан-Поль поднялся, едва увидев её. — Asseyez-vous près de moi, je vous en prie. (Лёля! Садитесь рядом со мной, прошу вас.)

Лёля улыбнулась и заняла место рядом с французом. Сразу напротив оказался Леон, который приветствовал её легким кивком и полуулыбкой. Наталья сидела, поджав губы, и делала вид, что Лёли не существует.

— Nous sommes ravis de vous revoir, — сказал Жан-Поль, и его голос был по-отечески тёплым. — Vous nous avez manqué hier soir quand vous êtes partie si tôt. (Мы рады снова вас видеть. Вас нам вчера вечером не хватило, когда ушли так рано.)

— Merci, monsieur, — ответила Лёля, раскрывая блокнот. — J'avais besoin de repos après les négociations. (Спасибо, месье. Мне нужен был отдых после переговоров.)

— Naturellement, naturellement, — закивал он. — Mais ce soir, vous devez rester. (Конечно, конечно. Но сегодня вечером вы должны остаться.)

Лёля бросила быстрый взгляд на Леона. Тот смотрел на неё с лёгкой усмешкой, но в его зелёных глазах не было привычной игривости — только искренний интерес.

— C'est juste un hobby, — повторила она свою мантру.

— Un hobby magnifique, — вставил Леон, и его голос прозвучал мягко.

Обед начался с обсуждения технических деталей. Месье Бернар, оживившись, задавал уточняющие вопросы по сервисному обслуживанию, Лёля переводила, Денис делал пометки в планшете. Наталья молчала, ковыряя вилкой салат, и Лёля почти поверила, что сегодня обойдётся без эксцессов.

Но когда подали горячее, женщина не выдержала.

— Скажите, Лёля, — начала она, и в её голосе зазвенел металл. — А не мешает ли вам ваша основная работа на лайнере? Вы же там вроде... ну, помогаете с меню, переводите для туристов. Не слишком ли много чести — обедать с делегацией?

За столом повисла тишина. Денис перестал печатать. Жан-Поль, не понимая русских слов, уловил интонацию и насторожился.

Лёля медленно подняла глаза на Наталью. Внутри всё закипело, но она заставила себя улыбнуться — той самой вежливой, ледяной улыбкой, которой учили на курсах этикета.

— Моя работа на лайнере включает переводческое сопровождение высоких гостей, — ответила она ровно. — Капитан лично одобрил моё участие в переговорах.

— Капитан, — хмыкнула Наталья, и в её голосе появились ядовитые нотки. — Да, я слышала, вы с капитаном теперь... близки. Он так трогательно вас защищал сегодня утром.

Лёля почувствовала, как кровь прилила к лицу. Она открыла рот, чтобы ответить, но не успела.

— Наталья. — Голос Олега прозвучал как удар хлыста. — Закрой рот.

Все обернулись к нему. Олег сидел, откинувшись на спинку стула, и его черные глаза метали молнии. Пальцы сжимали бокал так, что, казалось, сейчас он треснет.

— Ты при исполнении, — продолжил он, и в его голосе не было ни капли привычной сдержанности. — Ты представляешь мою компанию. Если ты не способна вести себя профессионально, выйди из-за стола.

Наталья побелела. Её губы задрожали, и Лёля на секунду даже испугалась, что женщина расплачется. Но та сжала зубы, схватила салфетку, бросила её на стол и, резко встав, вышла из-за стола. Денис проводил её взглядом, но остался на месте.

Олег перевёл взгляд на Лёлю, и в нём мелькнуло что-то — извинение? нет, скорее подтверждение: она не должна была этого слышать, но теперь это случилось, и он разобрался.

— Lolia? — Жан-Поль коснулся её руки, обеспокоенно заглядывая в лицо. — Tout va bien? (Лёля? Всё в порядке?)

— Oui, oui, — Лёля заставила себя улыбнуться. — Une petite incompréhension. Rien de grave. (Да, да. Небольшое недоразумение. Ничего серьёзного.)

— Les affaires sont parfois tendues, — философски заметил Жан-Поль. — Mais vous êtes une professionnelle remarquable. Ne laissez pas ces histoires vous troubler. (Бизнес иногда бывает напряжённым. Но вы замечательный профессионал. Не позволяйте этим историям смущать вас.)

Лёля кивнула, чувствуя, как медленно оседает адреналин. Леон, молчавший до этого, наклонился к ней через стол.

— Vous avez un admirateur très... protecteur, — сказал он тихо, кивнув в сторону Олега. — Mais je vois qu'il y a aussi un capitaine dans l'histoire. C'est intéressant. (У вас есть очень... заботливый поклонник. Но я вижу, что в этой истории есть ещё и капитан. Это интересно.)

— Ce n'est pas ce que vous pensez, — ответила Лёля сухо. — Le capitaine m'a simplement aidée ce matin. (Это не то, что вы думаете. Капитан просто помог мне сегодня утром.)

— Ah bon? — Леон поднял бровь, и в его зелёных глазах загорелся озорной огонёк. — Alors, si le capitaine n'est qu'un sauveur, peut-être que vous accepterez mon invitation à dîner ce soir? Je connais un petit restaurant sur le pont supérieur. La vue y est magnifique. (Неужели? Тогда, если капитан всего лишь спаситель, может быть, вы примете моё приглашение на ужин сегодня вечером? Я знаю один маленький ресторан на верхней палубе. Вид там великолепный.)

Лёля замерла. Она чувствовала на себе взгляд Олега — тяжёлый, прожигающий затылок. Она знала, что он не понимает французского, но интонации, жесты, улыбка Леона — всё это говорило само за себя.