— Я? Пойду одной шлюхе голову отрежу, — произнёс я, останавливаясь в проходе, и, видя, как эти товарищи собираются со мной, добавил: — Не провожайте. Эта мразь — кто-то опасный.

Понимая, что цель уже далеко, я перенёс свою экипировку в мирно стоящий на парковке «отеля» Крузак и попутно набрал Дядю Мишу, обрисовав ему всё, что тут было, и спросив, будут ли решения по нашим рассекреченным базам.

И, получив в ответ: Что да, новые базы отелей уже строятся, но по мере значимости городов — почти готова в Москве, почти готова в Калининграде, идёт стройка и в Питере, и через какой-то месяц всё будет уже хорошо. Мы снова все замаскируемся, нивелируя последствия, созданные Саломатиным и его файлами.

Информировал я его голосом и о том, что я собираюсь найти и перепрятать того снайпера-дроновода, хотя до конца не уверен, что это именно один человек, а наоборот, подозреваю, что их несколько работающих сверх малой группой. Поделился и подозрениями, что это не просто человек, а какой-то вернувшийся, и тут не обошлось без Эхо или Наследия. И, получив благословение от начальника на командировку, я отправился на охоту. Помимо Стечкина, оказывается, мне, пока я валялся в коме, заменили и удостоверение на такое же с актуальным званием. Вот уже реально проснулся в новой жизни.

А тем временем цель уходила от Питера вниз по карте России, на юг. Я чувствовал это, я буквально видел его, стоило только мне прибегнуть к Следопыту, но чем больше я смотрел, тем цель становилась тусклее, и тем больше сил отнимало это у меня. А самым сложным было то, что я о нём ничего не знал, знал только по мелькающим в моей фантазии картинкам, а они были мутными, словно что-то замазывало ему лицо.

И я гнал подаренный мне москвичами Крузак вдаль от Питера. И думал, как мне достать этого гада быстрее.

Я проехал мимо Великого Новгорода, заезжая в Тверь, ещё раз обратился к Следопыту и увидел, что цель повернула на Ярославль но самое странное что она шла в этом темпе уже почти 10 часов.

На улице уже расцвело, поля вокруг меня белели свежевыпавшим снегом, а может, уже давно лежащим, потому как температура в городах в среднем выше, чем в деревнях и межгороде, и я поймал себя на мысли, что взгляд замыливается, что, какая бы хорошая машина подо мной ни была, я начинал уставать — в первую очередь ментально, а вот враг почему-то нет. И, остановившись на заправке, заправив газ — это ребята в Питере «меня» мало того переобули на зиму, так ещё и, не в силах «кормить» четырёхлитровый движок, поставили на него ГБО, я взял себе кофе и бутерброд с курицей, сев за столик и принялся всё это поедать.

— Тиммейт, — позвал я ИИ-шку. — Он словно бешеный, я не знаю, откуда у него столько сил…

— Сейчас поищу для тебя трезвого водителя поблизости, пусть он едет, а ты спишь.

— А что, водители бывают пьяными? — уточнил я, добавив: — А, ну да, Новый год же.

— Нет, ты не понял. У нас в 2026-м, в отличие от вашего 1994-го, есть такая штука, как сервис. Так вот, если человек напивается, но ему срочно надо куда-то уехать, он зовёт «трезвого водителя», и тот по тарифу едет на его же машине, куда тот скажет. Также есть сервис «Спецы ру», где можно найти водителей для дальних переездов.

— А киллера там нет, чтобы всю работу за меня сделал и выследил гада? — уточнил я.

— Я думал, тебе нравится убивать себе подобных лысых обезьян?

— Нет, мне это всё не нравится. Но больше некому. Что там на твоём Спецыру, есть что-либо?

— Ты бы мог с собой взять механика-водителя БТРа, да хоть Барсука — всё легче было бы ехать. Это я считаю, звоночек: ты, Медоед, не умеешь делегировать. По сути занимаешься микроменеджментом, тогда как ты — руководитель! А руководитель должен руководить! — укорил меня Тиммейт.

— Окей, давай, великий и ужасный искусственный интеллект, вот тебе вводная: некий хер напал в одно лицо на здание ОЗЛ в Питере и скрылся до моего прихода на его точку. Теперь он движется как заведённый на Ярославль. Вопрос: как мне поймать хера, если я о нём ничего не знаю, а вижу лишь точку в предвидении особенности Следопыта и это силы жрёт?

— Во-первых, я бы не полагался на Следопыта как основной инструмент поиска. Ты сказал, что он высасывает из тебя силы, а цель уходит всё дальше. Если будешь полагаться только на него, ты просто уснёшь и вылетишь на встречку, а там снова в Ад, или куда там таких как ты героев берут? Поэтому действуем по-человечески. Я уже пробиваю все камеры на трассе М-8 от Твери до Ярославля. Если он проезжал через посты или мимо АЗС, я увижу номер или хотя бы модель машины. Это даст нам материальный след.

— Вряд ли он нарушает, скорее идёт на предельной скорости, — произнёс я, делая глоток горячего кофе. — Давай-ка методом исключения искать: для начала внести в базу все машины, которые едут туда, куда я указываю. Дорога ветвится, и мы будем каждый раз анализировать номера машин, находя похожие и рано или поздно сузим круг подозреваемых до нескольких машин.

— А ещё, почему ты думаешь, что он сам за рулём? — спросил у меня ИИ.

— Не знаю, я не думал над этим вопросом, — произнёс я.

— Это потому, что ты людей по себе меришь. Может, его везут два водителя, а сам он дрыхнет на заднем сидении, — выдал идею Тиммейт. — И у меня есть второй вариант: мы подключаем местного ликвидатора из Ярославля. И он будет тебе водителем.

— Хорошо, — кивнул я, допивая кофе.

— Или враг не один, а его целая боевая группа: один — дроновод, второй — снайпер, третий — корректировщик. И они все трое едут от тебя, попутно меняясь. Ты правильно сделал, что взял с собой свою экипировку. В любом случае сейчас сверяем номера на машинах, и чем дольше он или они будут от тебя убегать, тем точнее будет результат. А далее объявим план перехвата и завяжем его боем с местной полицией и Росгвардией.

— Не-а, людей из милиции общественной безопасности мы под удар подставлять не будем, должны сработать наши или ГРУ, — покачал я головой.

— Эх, капитан-Америка, нет больше никакой милиции общественной безопасности. В 2011 году в ходе масштабной реформы милицию переименовали в полицию. А функции МОБ перешли к Полиции по охране общественного порядка — ООП. Её координирует ГУОООП МВД России — Главное управление по обеспечению охраны общественного порядка. Сами же службы, ранее входившие в МОБ, — ППС, участковые, ГИБДД/ГАИ, подразделения по делам несовершеннолетних — работают в прежнем режиме, но уже в составе полиции.

— Я не от усталости свалюсь, а от твоей духоты! Переименовали милицию в полицию, а ОВО в Росгвардию, и что, в ней люди другие стали работать⁈ — выпалил я.

— Ну нет, вон Росгвардия получила сразу два новых спецназа — ОМОН и СОБР, которые раньше были в МОБ и КМ соответственно.

— Короче. Менты пусть обычных преступников ловят. А мы с тобой — тех, что с особенностями.

— Ха! А ты знаешь, что людьми с особенностями называют сейчас инвалидов? — усмехнулся Тиммейт.

— Роботов с ИИ ещё никак не называют? — спросил я, садясь снова за руль.

— Не говорят, что за нами будущее. Но все ваши ИИ-шки ещё далеки от искусственного интеллекта, так — просто помощники. Обезьяны ещё не доросли до того, чтобы написать настоящего ИИ!

— Хорошо, — произнёс я.

— А стой… — протянул Тиммейт.

— Стою, — выдал я, сидя в машине, заводя двигатель, чтобы было тепло.

— Кто-то уже анализирует списки машин, едущих из Твери в Ярославль.

— Как это «кто-то анализирует»? — спросил я.

— Прикинь, он запрашивает те же данные с камер, вот только он ещё и пробивает данные на всех людей, что владеют ими.

— И что он может из этого почерпнуть? — уточнил я.

— Ну, твой Крузак не на тебя записан, поэтому, скорее всего, то же самое, что и мы: чем ближе ты будешь к цели, если это организовала твоя цель, он получит те же данные, что и мы, — закончил Тиммейт.

— Кто пробивает-то? — спросил я.