Ашер подтянулся и поравнялся со мной:

— Если не считать того очевидного факта, что мы сейчас дружным маршем премся навстречу собственной гибели… у нас вообще есть хоть какой-то внятный план?

Я одарила его улыбкой и попыталась придать голосу максимум ободрения:

— Мы обязательно что-нибудь придумаем. У нас ведь всегда получается.

Если бы демонстрационный стол спа-салона со всеми их тониками и брошюрами не был намертво прикручен к стене, мы, возможно, так и не смогли бы выбраться из этой комнаты. Но мы сумели использовать его как лестницу, пока не добрались до двери на самом верху салона.

Рори был глубоко потрясен тем, что едва не погиб, и всё то заклятие, которое трезвая компетентность Ашера успела на него наложить, теперь окончательно развеялось. Стоило нам только показаться из дверей, как он сразу принялся извиняться.

— Я понятия не имею, что вы двое за существа такие, но я ни разу не похож на вас. — На одну секунду я даже почувствовала горделивую гордость ровно до его следующих слов. — Мне нужно срочно убираться с этого гребаного корабля.

— Устами младенца, — обронил Ашер, бросив на меня выразительный взгляд.

Мне безумно хотелось подтолкнуть Рори пойти вместе с нами, но я просто не могла сделать этого со спокойной совестью. На палубе дела становились всё хуже и хуже. Если он не уйдет прямо сейчас, он может вообще больше не добраться до места, где сложены спасательные плоты.

— Видишь воон те контейнеры? — спросил Ашер, указывая на предметы, похожие на нефтяные бочки, закрепленные на леерах «Мараскино» через небольшие промежутки. — Если всё совсем полетит к чертям, хватай один из них и прыгай за борт. Они сами автоматически надуются, если ты дернешь за шнур с самого конца.

— А откуда ты всё это знаешь? — спросил его Рори и из разряда тех вопросов, отучить себя задавать которые я сама умудрилась уже очень давно.

— Я просто читаю много умных книг. Поторапливайся. Удачи тебе.

Рори кивнул:

— Вам тоже.

И после этого он поспешно улетел прочь, пока палуба накренялась уже почти под сорок пять градусов, а очередная штормовая волна со всей духу впечаталась в борт «Мараскино».

— У нас, скорее всего, осталось совсем мало времени, — произнес Ашер.

Моя рука нащупала его раненую ладонь:

— Я знаю.

***

Вместе мы зашагали прямо по плоскости того, что еще недавно было внешней стеной спа-салона, поднимаясь к тому самому роскошному ресторану, где мы ужинали вместе с Лиз и Натаниэлем всего два вечера назад. То, что мы явились сюда именно так и при подобных обстоятельствах, почему-то ощущалось куда более правильным решением, чем в тот прошлый вечер, когда я была вся из себя нарядно одета.

В этом было куда больше смысла — в этом хаосе, бардаке и осязаемой близости к смерти. Ну конечно же, все последние семь месяцев абсолютного покоя были всего лишь затяжным сном; я была круглой дурой, раз вообще посмела подумать, будто это не так. Я не знала, неужели я просто не заслужила банального счастья (хотя казалось, будто кто-то наверху твердо уверен в моем недостоинстве), или же хаос сидел во мне с самого рождения из-за того, как меня воспитывали. Но то, что абсолютно всё вокруг летело к чертям собачьим, ощущалось сейчас странно и дико правильно. Наверное, потому что слово «бардак» вполне могло бы стать моим вторым именем.

— Я ни за что не позволю ему убить тебя, Эди. Мы сделаем абсолютно всё, что обязаны сделать, и поймаем удачу за хвост, если получится, но ты не имеешь права просить меня о подобном.

— А я и не прошу. Я лишь прошу тебя дать нам хотя бы один призрачный шанс спасти остальных. — Я выразительно кивнула ему и потянулась к его губам за быстрым поцелуем. — Я обещаю тебе.

Мы добрались до дверей ресторана, которые перекосило то ли от чьего-то насилия, то ли от текущей силы гравитации, и осторожно протиснулись внутрь.

***

Натаниэль Тэннин был там, небрежно опираясь на колонну прямо возле входных дверей. Выглядел он точно так же, как и в нашу последнюю встречу, за тем лишь исключением, что теперь на нем был надет ярко-оранжевый спасательный жилет. По обе стороны от него застыли двое его солдат.

Хорхе, Мариус и Кейт висели на открытых потолочных балках, намертво скрученные веревками, точно мухи, попавшиеся в липкую паутину паука. Рты у них были забиты кляпами, но не настолько сильно, чтобы они не могли тщетно мычать сквозь них. Хорхе судорожно заглотнул воздух, увидав наше появление, военная выучка Мариуса заставила его сохранить полное хладнокровие, а Кейт просто тихонько стонала про себя, даже не понимая, кто пришел. Никто из них не выглядел здоровым, хотя и сама я сейчас едва ли являлась ходячим образцом цветущего здоровья.

Натаниэль подался вперед, но не сделал ни шагу навстречу. На ходящей ходуном палубе он уже не контролировал ситуацию до конца.

— Я четко знал, что ты не подохла, даже несмотря на то, что мои люди далеко не всегда бывают достаточно аккуратными. — Он коротко кивнул Ашеру. — Надо же, поглядите-ка, тебе всё-таки удалось вызволить своего ненаглядного мужчину.

— Чего ты хочешь? — Ашер выставил руку, полностью заслоняя меня от него своим телом.

— Я ведь уже говорил ей. Мести.

— Я не убивал твою дочь. Это сделал Консорциум.

Глаза Натаниэля удивленно округлились, а затем он разразился диким, ледяным и протяжным хохотом.

— Оу. Ну разумеется, ты выстроил в голове именно такую версию. Ты ведь физически не мог ничего знать. — Он оттолкнулся плечом от колонны и сделал решительный шаг к нам, при этом ни разу не перекрывая линию огня своим наемникам. — Консорциум вовсе не стал наказывать меня лично. Они просто приказали моим работодателям «подчистить все хвосты». И ты имеешь хоть малейшее представление о том, что эти ублюдки сделали? — спросил он нас.

Я безмолвно покачала головой. Ашер даже не шелохнулся.

— Они не убили её. Они просто забрали её у меня. Они удерживают её у себя всё это чертово время. Ты в одночасье уничтожил результаты целого десятилетия моих кропотливых исследований и заставил этих монстров похитить моего единственного ребенка.

И тут абсолютно все кусочки пазла разом встали на свои места в моей голове. Вот почему Натаниэль был готов без колебаний принести в жертву тысячи невинных людей, лишь бы заполучить Левиафана на свою сторону. Он свято верил, что его дочь всё еще жива. А на что только не пойдет любящий родитель, чтобы попытаться вырвать своего собственного ребенка из лап чудовищ?

— Когда я выяснил, что ты находишься на этом борту, да еще и вместе со своей очаровательной, глупой беременной женушкой… это было слишком прекрасно, чтобы оказаться правдой. Я просто поверить не мог своему собственному везению и именно в тот миг я четко осознал, что мой план сработает без осечек. Твое присутствие здесь, этот подаренный мне шанс… это сама судьба. Левиафан уже на подходе к нам.

Он бесцеремонно выхватил пистолет из рук одного из своих наемников. Кейт принялась стонать еще громче, а из самой глубины зала ресторана донесся отчетливый зловещий гул нарастающих потоков воды, словно где-то окончательно прорвало плотину, и неглубокая волна с шумом прокатилась по полу с противоположной стороны зала. Натаниэль навел дуло пистолета прямо на нас, и Ашер мгновенно сместился, закрывая меня собой.

— Ты прекрасно знаешь, что я мог бы прикончить тебя еще в каюте, но не стал этого делать. Не пойми меня неправильно, я до безумия хочу видеть тебя мертвым, но куда сильнее я хочу отнять то, что принадлежит тебе. Твою женщину и твоего ребенка. Я заберу их отсюда с собой и заставлю тебя каждую божью секунду твоей оставшейся жизни мучиться вопросом: живы они еще или же я их уже прикончил. Проклинали ли они тебя в свой предсмертный миг. Может быть, я даже выращу твоего ребенка как своего собственного. И ты проведешь остаток своих дней, мысленно представляя, как он называет меня отцом.