Обязательный? Блин, нам что ещё и общаться надо друг с другом? Вот подстава. Ург ничего такого не говорил. Забыл, наверное, предупредить о такой неважной детали.

— Никогда, — протянула я, спуская ноги с кровати, — зачем всё это?

— Положение обязывает. Вам, как возможной будущей жене хрейдмара, необходимо налаживать связи с представителями всех Домов Каэрллиона, чтобы в дальнейшем помогать супругу править.

Данэй положила на столик стопку и замерла передо мной, сложив руки на животе. Я рассмеялась. Какие связи, какая помощь супругу? Ритка станет королевой! Ха, глупость какая!

— Отчего вы смеётесь, эйна Маргарита?

— Да так, не обращайте внимания, данэй, — я вздохнула, — как всё-таки я понимаю речь и письменность? Ритуал, да?

— Совершенно верно, — я впервые увидела улыбку на лице данэй. Она мигнула, как солнечный зайчик и исчезла, — ритуал помогает чужеземным девам. Хроники гласят, что раньше ритуал приводил дев разных рас, но потом что-то изменилось. В отбор стали попадать только представители двенадцати Домов Каэрллиона.

— Двенадцати?

— Да, раньше было двенадцать, — данэй, поняв, что сболтнула лишнее, поджала губы, посуровела, — пора одеваться, эйна Маргарита. Мало времени. Вы можете опоздать, а это невежливо.

И как я не пытала данэй, не смогла больше вытянуть ни слова о двенадцатом Доме, сгинувшем непонятно куда. Пришлось сделать вид, что мне стало неинтересно и замолчать. На время, потому что я твёрдо решила узнать судьбу исчезнувшего рода. Ну, не может же быть так, что столько людей разом исчезло без причины. Если бы данэй просто объяснила, что интриги или мор или чёрт знает что ещё стали причиной этого, то я бы приняла ответ и думать забыла про них, но теперь жгучий интерес только пробудился. Что ж, не скажет данэ й, расскажет кто-нибудь ещё. Например, Эдвард.

Через час я стояла наряженная в неимоверно красивый и невозможно откровенный наряд. Платье, струящееся, как горный водопад, ниспадало ажурными волнами и волочилось следом. Снизу ткани было прямо очень много, зато сверху! Мамочка родная! Сверху явно сэкономили. Открытая спина почти до самой пятой точки и глубокое декольте. Ни тебе лямок, ни тебе рукавов, да даже шарфика не выдали! Так иди, полуголая.

— Мне не комфортно, — разглядывая себя в зеркале, возмущалась я, — есть другое платье?

— Нет, — данэй невозмутимо поправляла завитые пряди моей причёски, — это протокольный наряд.

— Уф, — выдохнула я, — нет, так-то красиво, но не комфортно.

— Привыкните.

Данэй поправила длинные серьги, чтобы они ровно свисали, нанесла пару капель духов на шею и отошла на меня.

— Готово. Вы чудесно выглядите, эйна Маргарита.

— Ага. Спасибо.

Я и сама видела, что выгляжу чудесно, но так не привычно было видеть своё отражение. Оказывается и талия у меня есть, и грудь, и кожа такая нежная. Вроде даже красивая я. Вон, как глаза блестят под густыми ресницами. Не знала, что я такая. Всё было великолепно, только розоватая полоса на щеке немного портила идеальность картинки. Как по мне, так даже лучше. Боевой шрам от первого испытания.

— А как мне добираться до Элиан? — я отвернулась от зеркала.

— На конном экипаже.

— А волатура? Есть же более удобные способы передвижения, я видела и даже летала в таком, — я растерялась.

Какие кони? Я ж их только на картинках видела.

— На территории дворцов претенденток соблюдается ряд правил, — пояснила данэй, — традиционный способ передвижения закрытые кареты.

— А почему?

— Традиции. Как и сам отбор, — данэй поклонилась, — вам необходимо полить семена перед уходом.

— Я же их поливала уже.

— Трижды в день, эйна Маргарита.

— Хорошо, иду. Надо, так надо.

Подхватив кружевной подол, я пошла выполнять приказ данэй. Семена я посадила сразу, как только вернулась во дворец. Острые, похожие на подсолнечник семена, легко вошли в чёрную землю, насыпанную в горшки. А когда я оросила землю водой, то зашевелились, проникая глубже. Может мне это показалось, уставшая я была и на нервах, а может в них была скрыта какая-то магия.

Как бы то ни было, сейчас, спустя часов пять после посадки, семена дали ростки. Я с удивлением смотрела на горшки, стоящие на небольших постаментах. Маленькие, клейкие листочки на тонком серебристом стебельке ярко выделялись на чёрном фоне.

— Точно, магия, — вынесла я вердикт, берясь за синий кувшин, — да и ладно.

Земля жадно впитывала воду, словно последний полив был дней десять назад. Я щедро напоила оба ростка, вернула кувшины на место и присмотрелась к растениям. Они подросли ещё немного. В центре роста проклюнулись следующие лепестки.

— Хм, интересно, что же вы такое? — спросила я у растений.

Естественно мне никто не ответил. Я, засмущавшись, хмыкнула. Хорошо никто не видел, как я тут болтаю с цветочками. Решат, что я совсем ку-ку, хотя какое это имеет значение, что обо мне будут тут думать?

Глава 18

Маргарита, дворец Подснежника

Возвратившись в огромную гостиную, я с удивлением, и какой-то радостью, увидела урга, стоящего возле окна. Как-то незаметно я привязалась к нему. Наверное, сработал инстинкт утёнка — первый, кто отнёсся ко мне с теплотой, стал родным.

— Эдвард!

Ург обернулся на зов.

— Маргарита! — он галантно поклонился, — поздравляю вас с безоговорочной победой. Вы сумели удивить всех, включая самого хрейдмара.

— Старалась, — улыбнулась я, останавливаясь напротив урга, — а когда я смогу сама увидеть вашего хрейдмара? Личная встреча предполагается?

Ург удивлённо приподнял брови.

— Не терпится познакомиться?

— Нет, просто желаю сказать ему пару ласковых слов. Лично.

— О, ласку наш хрейдмар любит, но вряд ли оценит, — неверно истолковал мои слова ург, в очередной раз уходя от прямого ответа, а я прыснула, — он прислал вам подарок в честь первой победы. Позволите вашу руку?

— Пожалуйста.

Эдвард очаровательно улыбнулся, скользнул по моему откровенному платью довольным взглядом и легко перехватил запястье. Горячие пальцы слегка задержались на руке, а когда исчезли, я обнаружила миленькую вещицу — сияющий нежным светом тонкий браслет.

— О, дорогой подарок, — я поднесла запястье к глазам, чтобы лучше рассмотреть замысловатое плетение и мелкие розоватые камни, которые каплями росы усеяли ажурные листики.

— Вы очень красивы сегодня, Маргарита. И этот браслет вам к лицу.

Неожиданный комплимент выбил меня из колеи. Никогда в жизни я не слышала таких слов по отношению к себе. Так всегда получалось, что все девчонки вокруг меня были красивее, задорнее, покладистее. Вокруг них вились парни, сыпались комплименты, воздух сотрясался воплями восхищения. Это они, а не я получали обломанные со дворов и парков веники сирени, шоколадные батончики в ярких упаковках и свидания. Я же всегда была другом для парней, корешем, умеющим подсказать, как поступить в сложной ситуации. Скорой помощью на подхвате, чтобы обработать очередную рану, полученную в обыденной драке за гаражами.

Ощущение было настолько неожиданным, что захотелось удрать и забиться куда-нибудь в уголок, чтобы там вволю настрадаться. Ну, не может же быть, что такой мужчина вдруг решил, что я красивая! И не важно, что несколько минут назад так думала я сама, разглядывая себя в зеркале. То я, а тут — мужчина. Издевается, не иначе.

— Я что-то не то сказал? — заволновался ург, — вы побледнели.

— Нет, нет, — выдавила я с трудом, — просто …

— Вы не привыкли к комплиментам?

— Не то чтобы не привыкла, — я натужно улыбнулась, опуская руку, — я их совсем никогда не получала.

— Жаль, что некоторые не видят красоты. Они ценят только кричащую роскошь колючих роз, но игнорируют нежную прелесть полевых цветов, — Эдвард не отрывал от меня своего взгляда, внезапно ставшего гипнотическим, — в кажущейся хрупкости и незаметности этих цветов прячется сила, подчас недоступная никому. Сила и смелость, прикрытая тонкими лепестками, неяркими и недолговечными, как и всё прекрасное в этом жестоком мире.